Мастер - Георгий Садовников

Наконец он отыскал нужный дом. Семен миновал его, даже не убавив шаг, как и посоветовал старик.

– Не суйся сразу в нору к этому хищнику. Не горячись, угодишь в капкан – поминай как звали! – говорил Сергей Сергеич.

Семен дошел до угла и прислонился к столбу. Потом присел под забор, на пыльную траву, закурил, изображая уморившегося человека. А сам исподтишка наблюдал за улицей.

Это была почти деревенская улица, без мостовой, изборожденная рытвинами. Семен намеренно выбрал такое время, когда народ разошелся на работу, и теперь за улицей было легче следить. За теми, кто по ней проходит. Пока это были женщины с кошелками, да и те появлялись изредка, или иногда выходила хозяйка с помойным ведром. Потом поисчезали и они. И, если сбросить со счета прогуливающихся кур, можно было считать, что на улице ни единой живой души.

Высокий пожилой мужчина объявился неожиданно. Уж как ни старался Семен быть начеку, и то пропустил момент, когда тот возник на улице. Мужчина шагал не спеша, вразвалочку и походил по всем статьям на того, кого не раз описывал Сергей Сергеич. Старик и сам в глаза не видел этого человека и тоже знал его только понаслышке. Но обрисовал так точно, что Семен его сразу узнал, не колебался. На месте начальника управления милиции он, Семен, уж обязательно бы пригласил Учителя к себе на работу. Еще бы покланялся в ножки – такой у него был редкий дар.

Семен легко приподнялся с земли и, отряхивая штаны, встал на пути у приближающегося человека.

– Лишней сигаретки нет? – спросил Семен, выпрямляясь.

– Лишние не носим, – сказал мужчина не очень-то приветливо, но полез в карман.

Семен хотел было сказать кое-что в ответ на грубость, но Сергей Сергеич всегда требовал от него учтивости, и Семен, укротив себя, взял сигаретку. А мужчина смотрел в упор, не мигая. Грубые складки на его лице только подчеркивали неприветливый нрав.

Семен сделал жест, намекая на спички. Мужчина нехотя сунул руку в тот же карман.

«Так вот он каков, Мастер!» – подумал Семен. Один из последних динозавров старого преступного мира, как назвал его Сергей Сергеич. О Мастере Семен был еще немало наслышан в лагерях, где отсиживал срок.

– Михаил Алексеевич? – сказал Семен.

– Ну? – только и произнес Мастер.

– Я по тому письму. Из Москвы.

Мастер должен сказать или «да», или «нет», как и было оговорено в этом письме. Если «да», значит, Мастер клюнул на удочку и склонен приехать в Москву. «Его бы только заманить сюда, – говорил Учитель, – а тут он никуда не денется».

Но Мастер не сказал ни того и ни другого. Он лишь посмотрел на Семена чуть попристальней прежнего, пожевал губами, повернулся и пошел. Нет, он не уходил от Семена. В тяжелом повороте плеча и на широкой, сильной спине Мастера как бы было начертано убеждение в том, что Семен все равно следом побежит, как собачка. А рот открыть он даже не удосужился.

Семену все это не понравилось. Он уважал право сильных людей, но Мастер попирал всякое достоинство. Однако пришлось себя смирить. Иначе его не заманишь в Москву, этого типа.

«У него тяжелый характер. Он грубый и надменный человек. Ты будь с ним деликатен», – просил Сергей Сергеич, точно в воду глядя.

И Семен, смирив себя, пошел следом за его плечом.

Так они дошагали до ларька. Здесь Мастер встал, оставив место у окна, в котором торчала продавщица. Это как бы означало новое немое распоряжение – платить.

– По сто пятьдесят и пиво, – сказал Семен, подойдя.

– Водка после десяти. Сколько ходють – и все как маленькие, – отрубила продавщица и начала перекладывать товар с полки на полку.

– Такая красивая и добрая, – завел было Семен, испытывая на лесть.

Теперь для него как бы стало делом чести заставить ее уступить. Вдобавок что-то в горле запершило, и стаканчик был бы в самый раз. Но то, что он сказал, на продавщицу не подействовало. Она давно тут закалилась в таких вот перепалках. Тогда Семен ей кое-что приготовил, но не успел промолвить.

– Ну-ка, дочка, по сто пятьдесят. Если просим, – сказал негромко и спокойно Мастер.

Продавщица так и завертелась под его тяжелым взглядом, завела что-то про инспекцию, которая тут как тут всегда, стоит нарушить. Но Мастер молчал, даже не снисходя до следующего слова, и она сняла с полки бутылку.

– Только уж вы пейте, как нарзан, – сказала она, сдирая этикетку своим багровым маникюром.

– За встречу, – предложил Семен и потянулся к Мастеру стаканом, предлагая чокнуться и наладить свойские отношения.

Но Мастер будто бы и не заметил – вылил водку в себя одним махом и дыхнул. «Ну ладно, сочтемся в Москве», – подумал Семен, утешаясь этим авансом.

– Ну так что же? – спросил он, выпив свое.

Мастер прихлебывал пиво и смотрел на Семена, не мигая.

И что у него там, в глазах, узнать было невозможно.

– Пора бы и сказать, что и как порешили, – произнес Семен, еле сдерживая нетерпение.

– Чего спешить? – только и вымолвил Мастер на это.

Он был Мастер, отхлебывал пиво и изучал Семена не таясь. Такие сразу не клюют, понятно. Сергей Сергеич учитывал все. И то, что Мастер будет очень осторожен. И как бы его не спугнуть. Сергей Сергеич строго наказывал поэтому всегда держать лицо честным и открытым. И Семен старался усердно, с него едва не градом лил пот от усилий. А этот хам строил из себя черт знает что.

– Может, это все подстроено? А? – произнес, усмехаясь, Мастер.

Это было самое скользкое место в миссии Семена – поверит Мастер или нет.

– Ладно. На остальное посмотрим в Москве, – сказал Мастер, опуская пустую кружку.

Семен вздохнул и расправил плечи, будто вышел на свободный путь из какого-то завала.

Они стояли около пустых бочек из-под пива, по соседству компания парней в заляпанных известкой комбинезонах драла под пиво сушеную тарань.

– Тогда уж покатим сегодня. Таков был в письме уговор. Быть всегда наготове. Я уж и билетики купил, – сказал Семен, стараясь наконец-таки взять вожжи всей этой истории.

Теперь-то он приструнит Мастера, как бы его там ни расписывали, ему на это ровным счетом наплевать! Но Мастер неожиданно легко уступил.

– Сегодня так сегодня. Раз уж и билеты есть, – сказал он, не расставаясь со своей противной интонацией, и добавил: – Ну-ка.

А Семен, выходит, должен догадываться сам – дескать, речь идет о тех же билетах. Стараясь напомнить на этот раз о своей полной независимости, он лез в карман лениво и как бы размышляя, стоит ли билеты доставать или надо подумать еще.

Но старания были впустую. Мастер ждал, не выказывая нетерпения. В глазах его стоял все тот же ровный холодный свет.

Он взял билет и, не глядя, сунул в карман.