Мастер мокрых дел - Лев Пучков

Леха завиновател взглядом, попытался отвернуть лицо – трубка из носа угрожающе натянулась, колыхнув капельницу на штативе.

– Не крути башкой – тихо лежи, – нахмурился Вор. – Че уж теперь… А ты мне нужен – береги себя. Ошибался я… Да, ошибался. Теперь, помимо прочего, нам еще и эту «бабочку» искать надобно…

– Пластит в сумке, – неожиданно прорезался виноватый Леха. – Детонаторы. И – ствол…

– Как-как? – переспросил Кошель. – Чего в сумке?

– Взрывчатка… – уточнил Леха. – Детонаторы… И… «беретта»… Вот.

– От бляха-муха… И что это за бабу такую вы отхватили?! – потерянно пробормотал Вор. – Взрывчатка, детонаторы, ствол… С глушаком?

Леха обрадованно кивнул – точно, с глушаком.

– Так… А… А где, говоришь, она с трассы соскочила? – поинтересовался Вор, новости становились до того интересными, что дух захватывало!

– Второй поворот… на промзону, – сообщил Леха и опять виновато моргнул – вот она, самая пакостная деталишка, за которую Вор и открутит башку. – Мы там встали… Лесок. С трассы не видно… Она стукнулась… Мы подошли – без сознания… Ну, забрали…

Вор не придал решительно никакого значения сомнительным обстоятельствам нахождения Лехи с компанией в столь неподходящем местечке: задумался, начал шевелить губами, нервно перебирать пальцами…

Было над чем задуматься. До зубов вооруженная баба сворачивает на промзону, где в это время…

– Время? Сколько было, когда она соскочила с трассы?

– Только-только светать начало… Да, сумерки. Ну, в седьмом часу…

– Картинка? В смысле – на внешность она как? Старая? Страшная? Молодая? Симпотная?

– Лет тридцать… Все при ней… Фигура – обалдеть… А – на Лильку похожа. Фото Лилькино у нас есть… Ну, последняя, которую неделю до того вели… У меня в куртке…

Итак, молодая и симпатичная дамочка, вооруженная «береттой», имея при себе взрывчатку и детонаторы, сворачивает с трассы в промзону примерно в то же время, как взяли Пса. Улюм и Саранов утверждают, что Пес ехал с деньгами. А взяли его пустым…

– Ох ты ж Боже ж мой – как интересно! – хриплым от волнения голосом воскликнул Вор. – Ох ты ж… и что это за бабу вы надыбали?!

– Она сама… – покаянно пробормотал Леха. – Стукнулась – мы подобрали… Сама…

– Сама! – передразнил Вор. – Оно, мальчик, само никогда не бывает! Всегда что-то за что-то цепляется – на ровном месте сам по себе даже чирей не вскочет… А ты говоришь, она на Лильку похожа… угу… Где, говоришь, фотка этой Лильки?

– В приемном покое надо спросить – вещи мои там, наверно, – напомнил Леха. – В куртке портмоне – там блокнот и фотографии… Похожа – даже волос одинаковый, рыжеватый маленько…

– Все понял – спасибо, – заторопился Вор. – Выздоравливай – ты мне нужен. Пацаны тут пока посидят – мало ли… – И стремительно покинул палату.

– Я иду к машине, – сообщил на ходу пристроившемуся сбоку Мамону. – Пока иду – бегом в приемный покой, забери шмотки этого… Лехины шмотки, в общем. Шевелись – времени в обрез!

Мамон припустил по коридору в противоположную сторону. Кошель едва успел дотопать до «Ниссана», забраться в салон и отправить охрану гулять – метров на двадцать, не далее, – как к нему тотчас же присоединился сильно запыхавшийся Мамон, притащивший Лехины вещи.

– Вот. – Мамон протянул Кошелю портмоне. – Ты это хотел?

– Какой ты догадливый, – буркнул Вор, производя спешную ревизию портмоне. Обнаружив тощую стопку фотографий, принялся читать на обороте: – Так… Угу, угу… О! «Лиля Котлярова». Ага – она. Ну и как тебе?

С фотографии на них смотрела симпатичная девчонка лет двадцати – двадцати пяти. Задорно вздернутый носик, волосы – не прав был Леха – вовсе и не рыжеватые, а просто – цвета спелой пшеницы, красивая шея, халатик едва запахнут…

– Так я ж ее знаю! – сообщил Мамон. – Это ж наша шмара – с химкомбинатовской общаги. Бабец – оторви да брось, мужики из-за нее резались как бешеные…

– Вот и славненько, – констатировал Вор, протягивая фотографию помощнику и оглядываясь зачем-то по сторонам. – Размножь. Бросай этого Леху – без тебя есть кому сторожить. Возьми двух самых умных и не болтливых пацанов, предупреди за базар. Ищите вот точно такую бабу, только… так – он сказал – лет тридцать… угу-угу… только постарше. Поприличнее, может быть… На бабки не жлоби – трать сколько надо, она нам стократно больше принесет – если получится… В общем, все вверх дном переверните, но найдите мне ее. Ты понял? И – никому ни слова. Если кто из наших, а тем паче из сарановских узнает – яйца оторву. Все – давай. Я тебя каждую секунду на мобильном жду…

…Возле школы, как и следовало ожидать, была засада. Или, вернее сказать, пугало. Памятуя о скверном нраве искомых объектов, «засадники» не торопились выслеживать их и внезапно нападать. Это еще бабушка надвое сказала, чем такое нападение может закончиться: печальный опыт некоторых товарищей – наглядное тому подтверждение. Ну их к лешему! Лучше сразу отпугнуть, и не надо будет проявлять чудеса мужества и героизма. Принцип проверенный, сомнению не подлежит…

В «кармашке», возле ворот школы, стояла новая белая «десятка» с бандитскими номерами. Двери открыты, музыка наяривает, двое на заднем сиденье режутся в карты, один на водительском месте работает челюстями, употребляя нечто съедобное. Идиллия! Те, что режутся и употребляют, – явно не юннаты, судя по массивным цепям на мускулистых шеях, бритым черепам и вообще…

Метрах в пятидесяти, на противоположной стороне улицы, между двух ларьков приткнулась бежевая «шестерка» – только бок виден. А вот это – публика посерьезнее. Никто не высовывается, стоит себе машина и стоит – вроде бы никаких отклонений… Но только не для человека, живущего в школе. Эти продуктовые ларьки принадлежат армянину Ашоту – хорошему дядьке, – он частенько снабжает Рудина товарами под запись, когда с деньгами туговато. Ашот даже под угрозой физической расправы никогда не даст ставить машину между ларьками – здесь паркуется его серая «ГАЗ-2410», когда он навещает Надьку, грудастую продавщицу с шалыми глазами. Хозяин ларьков еще вполне в тонусе, несмотря на солидный возраст, приехать может когда пожелает – расписание составить как-то недосуг. В настоящий момент, например, он опять гостит у Надьки. Нет-нет, ларек не трясется, и оргастические вопли на армянском не слышны – Ашот культурный мужчина. А как же определили наличие присутствия? А вот: «ГАЗ-2410» торчит неподалеку – серого цвета. Только сейчас армянская «Волга» стоит на непривычном месте – за ларьками. О-о! На бандитов Ашот клал с прибором: у него «крыша» – Кошель. Вывод: в тачке между ларьками сидят люди Вора. И не надо обладать гениальностью Шерлока, чтобы понять, чем они тут занимаются…

– Совместное патрулирование, – резюмировал Рудин, насладившись в бинокль лицезрением милой сердцу пасторали с расстояния в двести метров: ближе подъезжать было небезопасно. – Однако надо с Татьяной пообщаться… Какие предложения?