Дамские штучки - Марина Серова

— Сейчас же поеду к нему, — обрадовалась я.

— Не торопись. Его сейчас, скорее всего, нет дома, — предупредил меня Миша. — У него сегодня дансинг-день, вернее — ночь. Он до утра будет торчать на ночной дискотеке.

— На какой именно? — решила я уточнить, надеясь, что получу ответ. Хорошо, что бог иногда посылает таких осведомленных друзей!

— В «Праге», — сообщил Ефремов. — Он там завсегдатай!

Я поблагодарила Мишу и немедленно отправилась на стоянку за машиной, почему-то думая на ходу не о предстоящей встрече, а о том, что «ласточка» моя по-прежнему требует хорошего ремонта, несмотря на то что сегодня с ней уже повозились автомастера. Ерундовские неполадки устранили, а надо бы наконец заняться основательно и всерьез. И я дала себе твердое обещание сделать это. Вот только разберусь с Лаки. И Бартвеллом. И Арабом заодно.

* * *

— Ну что? — осведомился шеф у Виталика. — Как успехи?

— Все, как надо, — откликнулся тот с готовностью. — Телефоны на прослушке.

— Какие? — Араб предпочитал лично вникать во все подробности, чем и объяснял свою легендарную живучесть.

— И Бартвелла, и хозяина галереи, — ответил Виталик. — Он, кстати, сегодня уже нашей подопечной звонил. Она сейчас в «Прагу» направляется разыскивать какого-то Радковского.

— Проследить немедленно! — распорядился Араб. — И докладывать мне о каждом шаге, — строго добавил он.

— Сделаем в лучшем виде, — заверил Виталик.

* * *

Как ни странно, машина завелась моментально, практически с пол-оборота. Я плавно выехала с автостоянки, внимательно наблюдая за дорогой. Темнело, а снег повалил крупными мягкими хлопьями, которые налипали на ветровое и заднее стекла, портя обзор. Я и не заметила, как быстро пролетел этот день, до того он был насыщен событиями.

Я остановила «девятку» у «Праги» — ночного клуба, который расположился в здании бывшего кинотеатра. От прежнего центра проведения городского досуга сохранилось только название. «Для маскировки, что ли», — подумалось мне. Хотя не знаю, уместна ли в данном случае ирония.

В гардеробе я сняла свой супермодный пиджак, пару месяцев назад приобретенный в одном бутике на проспекте на деньги, полученные мною за поимку убийцы дочери судьи. Затем заплатила за вход, взяв в обмен на доллары квитанцию у симпатичной девочки, пожелавшей мне приятного вечера, бросила быстрый взгляд в овальное зеркало и, оставшись довольной от своего вида в черном коктейльном платье при свете неоновых огней, устремилась на поиски гриновского романтика.

Музыка в стиле техно оглушала, лазерные лучи ослепляли, но у меня совершенно отсутствовало желание расслабляться на полную катушку. Почему-то хотелось поговорить с кем-нибудь по душам в тихой приятной обстановке за чашкой кофе и крепкой сигаретой или за бокалом элитного вина. Что-то вопреки музыке и клубно-дискотечному антуражу настраивало меня на сентиментальную волну, в общем-то, мне совсем не свойственную. Может, прозвище Радковского подействовало таким странным образом? Или я просто устала?

«Лень-матушка!» — диагностировал внутренний голос мое состояние. У него на все случаи жизни находились нелицеприятные заявления в мой адрес, всегда отличавшиеся содержательностью и лаконичностью.

«Нет чтобы утешить», — обиделась я.

«Совсем разбалуешься», — парировал он. На этом я решила прекратить свой мысленный диалог, сочтя его бесполезным.

Миновав бильярд и боулинг, я решительно направилась прямо на дискотеку, в эпицентр шума и толкотни. Вот уж где настоящее светопреставление! В гущу народа я пока соваться не стала, выискивая глазами «своего Грея». Но по неведомой мне причине его почему-то не было видно. Местная публика состояла в основном из подростков, более или менее приличные посетители потягивали спиртное в баре напротив. Решив присоединиться к ним, я заказала себе слабоалкогольный коктейль.

— Что вы предпочитаете? — осведомился бармен, холеный высокий парень в специфически элегантной одежде. Создавалось впечатление, что подобных типов выращивают в каких-то особых заповедниках, куда посторонним вход запрещен.

— На ваш вкус, — махнула я рукой, предоставив ему возможность проявить инициативу и осуществить выбор за меня. Он метнул в мою сторону подозрительный взгляд из-под золотистых ресниц, но в перепалку вступать не стал. Очевидно, привык и не к такому.

Я вальяжно устроилась у стойки, наблюдая, как он привычными жестами смешивает напиток, а затем переливает его из шейкера в фужер с сахарной кромкой «инея» по краям и опускает в него шпажки с нанизанными ягодными кубиками фруктов. Протянув мне коктейль, молодой человек занялся салатом. Напиток оказался изумительно легким и сладким на вкус, он таинственно мерцал в фейерверке «пражских» огней, отливая янтарно-каштановым перламутром, и слегка горчил от добавленного амаретто. Едва я успела пригубить нектар богов, вышедший из умелых рук бармена, как он закончил и со вторым предназначенным мне деликатесом.

— Нравится? — заулыбался бармен, довольный произведенным эффектом, и пододвинул ко мне вазочку с фруктовым салатом.

— Очень, — призналась я. В этот момент мне показалось, что и музыка не так уж резка, и мелькающий свет не столь раздражающе ярок.

— «Сицилийский поцелуй!» — чувственно прошептали губы бармена.

Я встряхнула головой, чтобы отогнать наваждение.

— Вы не поняли, — он усмехнулся. — Это всего лишь название коктейля.

Пожалуй, я испытала легкое разочарование.

Потом я попробовала фруктовый салат, вернувшись мыслями к Борису Радковскому. «Милый Грей, сдается мне, что у тебя возникли крупные осложнения!» — обратилась я к нему телепатически, пытаясь полушутя, полусерьезно настроиться на его волну.

Салат обладал оригинальным, я бы сказала, специфическим вкусом. Оценить его по достоинству не помешала мне даже отвлекающая от гастрономических ощущений попытка экстрасенсорного сеанса. Яблоки, грецкие орехи, дольки ананаса в сиропе были смешаны с сельдереем и зеленью под майонезом. Наверное, это и добавило блюду пикантности.

«Жуй! Жуй! — командовал внутренний голос. — А то совсем от рук отбилась, скоро решишь на полном серьезе, что ведьмой заделалась. Нельзя забывать о земных радостях, реальнее надо на вещи смотреть, а не каббалистикой заниматься. Тоже мне, магистр черной и белой магии!»

Девушка по соседству заказала «Тропическое наслаждение», чем привлекла мое рассеянное внимание. Такое название носило другое фирменное творение бармена. А глаза-то у него цвета бронзы, подметила я непроизвольно, внимательным взглядом окидывая все вокруг. Девушка блистала яркой восточной красотой наложницы из гарема. Только вот, правда, поблизости не было султана. Зато с нее не сводил влюбленных глаз бледноватый юноша с копной густых соломенных волос на продолговатой голове. Его узкий подбородок скрывала редкая, прямо-таки козлиная, бородка того же цвета. По всей видимости, это и был ее спутник. Он как-то путано рассуждал о живописи, то и дело вставляя «умные» слова, что-то из профессионального лексикона — всякие там «колер», «ракурс» и «стаффаж».