Ловчила - Александр Чернов

Тяжелой поступью он направился к выходу, а майор обратился к помощнику:

— Парнишка этот, Романов, еще не ушел?

— Нет, Борис Егорович. В коридоре сидит, с Чекмаевой.

— Веди его сюда!

Женя вышел и тут же вернулся с Романовым. Хвостов со скрещенными на груди руками и широко расставленными ногами поджидал у входа в кабинет. Добродушия в нем было столько же, сколько у бульдога, посаженного на цепь.

— О даче ложных показаний предупреждал? — спросил он у Жени.

— Так точно, товарищ майор.

Хвостов взял парнишку за пуговицу на рубашке, притянул к себе, а потом легонько оттолкнул его к стене.

— Так что же ты, щенок, нам голову морочишь?

Очевидно, Романов подумал, что его сейчас будут бить. Он испуганно заморгал, прикрываясь руками, и залепетал:

— Да что я такого сделал, товарищ майор?

— Интересный вопрос! — Хвостов приблизил свое лицо к лицу парня, якобы для того, чтобы лучше расслышать ответ. — Так, говоришь, Чекмаева из дому Бериковой никуда не выходила?

Романов проблеял:

— Не-эт, э-э…

— Что не-эт?.. — передразнил Хвостов. — За решетку захотел? Сейчас я отправлю гонца за вещами к твоей мамочке, то-то будет радости в доме! Так выходила она или нет?

Игорь отвел взгляд.

— Ну, выходила.

— Когда?

— После того, как Сашу к соседям оттащили. Она танцевала, а потом куда-то исчезла. Я искал ее повсюду, но не нашел. А появилась она перед тем, как фотографировать стали.

— Значит, ее не было около часу, — прикинул Хвостов. — И как Чекмаева объяснила свое отсутствие?

— А никак. Сказала, что не мое это дело.

— Зачем же ты ее покрывал, утверждал, будто она весь вечер с тобой была?

— Света попросила. Сказала, что так нужно.

— Лох ты, Игорь, лохом и останешься, — посочувствовал майор. — А если она попросит вместо нее лет на десять-пятнадцать на зону присесть, ты, как джентльмен, согласишься?

Романов обиженно засопел.

— То-то же! — Хвостов подтолкнул паренька к выходу. — Иди и больше никогда не обманывай работников правосудия, даже если об этом тебя попросит женщина.

Парень рванул к выходу, а майор предупредил помощника:

— Смотри, чтобы они с Чекмаевой в коридоре не перемигнулись, и давай ее сюда!

Света Чекмаева в этот раз была одета скромно — в серые джинсы, босоножки и горчичного цвета водолазку. Правда, косметики как всегда не пожалела — трудилась над усовершенствованием лица, наверное, не менее получаса, а вот чтобы так тщательно уложить свою рыжую шевелюру, ей наверняка потребовался не один час. Когда же она сегодня утром встала?

Девушка плюхнулась на стул, достала из сумочки пачку сигарет, зажигалку и с непринужденным видом закурила.

— Я вижу, тебе понравилось курить именно в моем обществе, — проворчал майор, однако придвинул к Чекмаевой пепельницу.

— Га-га! — радостно закивала Света. — Вы же сами меня учили, как правильно нужно курить. Я вчера весь вечер тренировалась, чтобы вам понравиться.

— Напрасно старалась, я не люблю курящих женщин.

— А ваш помощник? — Чекмаева нахально подмигнула Жене.

Селиванов сдержал смех, а майор без тени намека на шутливый тон, заявил:

— Он придерживается того же мнения… Магазин "Бриллиант" ты ограбила?

Вопрос застал девушку врасплох: она поперхнулась дымом.

— Что за шутки, дядя Боря? — возмутилась Света, разгоняя ладошкой повисшее перед лицом облачко дыма.

— Да какие уж тут шутки, — притворно вздохнул Хвостов. — В тот момент, когда убили охранника, тебя как раз не было на свадьбе. В общем, влипла ты, солнышко, по самые ушки.

Глазки "солнышки" захлопали, как две пары детских ладошек.

— Игорь подлец проговорился, да? — чуть не плача, спросила Чекмаева.

— Ты на парня не тяни! — загремел Хвостов. — Подвела его, понимаешь ли, под статью. А он здесь до последнего держался, тебя выгораживал. И признался только тогда, когда я пригрозил посадить его в камеру. Ты "Бриллиант" ограбила?!..

— Что вы, Борис Егорович, — захныкала Света. — Я же нормальная девушка, а не убийца какая…

— Где была от двадцати трех сорока пяти до без четверти час?

Чекмаева потушила сигарету, нервно придавив ее в пепельнице.

— Да я с Кадамовым сидела в его машине.

— Почему скрывала это?

— Да вы что, Борис Егорович! — Света сделала круглые глаза. — Неужели вы не понимаете? Если Ларионова узнает, что я отбила у нее мужика, мне же от нее на работе житья не будет!

— Теперь это не важно, — ослабляя натиск, сказал Хвостов. — Вас всех с сегодняшнего дня из "Бриллианта" уволили.

Глаза у Светы чуть не вылезли из орбит.

— Ну да?! Что же я тогда, зря директора клеила?

— Выходит, зря, — улыбнулся Хвостов. — А вот как ты его "сняла", ты нам сейчас подробно расскажешь.

— Ха-ха! Это он меня "снял"! Нахал такой! Раз уж эта мымра Ларионова мне не страшна, я все расскажу. Он на меня глаз давно положил, я это поняла с первого дня работы в магазине. А на свадьбе, когда мы танцевали, он предложил пойти в его машине покурить. Сразу было ясно, чего он от меня хотел. Я для виду поломалась, только недолго, чтобы не отпугнуть, а потом согласилась. Олег первым вышел, я за ним. Сели в машину, заехали в кусты, ну и налетел он на меня аки коршун!..

— Ты мне не зубоскаль! — одернул Хвостов. — О чем говорили?

— О, он мне много чего наобещал! И помочь в институт поступить, и зарплату повысить, и подарки делать. — Света хихикнула: — А если он своих обещаний не выполнит, вы его за совращение в тюрьму посадите?

— Ага! — хмыкнул майор. — На одни нары с тобой… Музычку включали?

Света подняла руку и потрясла ею, чтобы часики соскользнули с запястья ниже.

— Играло там что-то, а вот что не помню.

— Ла-а, ла-ла-а, ла-ла-а, ла-ла… — напел майор. — Это?

— Правильно, — заулыбалась Чекмаева. — Узнаю этот голос. Это ваши записи Олег ставил той ночью в машине?

На этот раз Селиванов не удержался от смеха, а майор снисходительным тоном заметил:

— Чокнутая ты, Светка. Стинг это. Его лучшая песня. Ты мне вот что скажи. Может быть, я чего-то не понимаю. Как ты могла пойти с Кадамовым. Он ведь в два раза старше тебя?

— Га-га… — Чекмаева совсем развеселилась. — А у меня это… дочерний комплекс. Это когда девушкам зрелые мужчины нравятся. А если честно, Борис Егорович, то куда я с ровесником могу пойти? На те деньги, что он в кармане имеет, даже приличного мороженого купить нельзя. Цены, сами знаете, какие… А мне тоже немножко красивой жизни хочется. Даже не красивой — обычной. Просто иногда посидеть в кафе, купить новую шмотку, побрякушки какие-нибудь, косметику. У меня возможности много заработать нет. А вот солидный дядька кое-что предоставить мне может. Ну, а то, что я… с ним, так от меня не убудет.