Совсем другая тень - Анатолий Ромов

– Дня за три Вадим Павлович позвонил по междугородному и сказал, что лезвия прибудут в Сухуми числа десятого. Спросил, готов ли я? Я и мои люди были готовы. Вадим Павлович сообщил, когда приедет, сказал, что тогда и назовет имена водителей и номер машины. Десятого днем Вадим Павлович приехал на Батумскую. Сказал, что машина, если ничего не случится в пути, подъедет вечером. Водителей зовут Юра и Женя. Мы стали ждать. Около семи позвонил Дереник, рассказал о трейлере с московским номером и водителях.

– А что он рассказал о водителях?

– Вадима Павловича интересовала их внешность.

– Он сам разговаривал с Аракеляном?

– Нет, я.

– Вы пересказывали вопросы и ответы?

– Да.

– Тогда вы должны знать о внешности водителей. Кто был в машине?

– Довольно молодые. Один блондин с длинными волосами, второй темный и лысоватый.

Интересно, отметил Рахманов. По описанию это Клюев и Шитиков. Но Клюева зовут Виктор, а Шитикова – Николай. Ясно, для подстраховки были названы вымышленные имена.

– Что еще спрашивал Вадим Павлович?

– Номер машины. Дереник назвал. Все сошлось.

– Сами-то вы помните этот номер?

– Нет. Но это был трейлер КамАЗ с прицепом.

– Что было дальше?

– Поехали к Придонишвили, посмотрели из окна.

– Вы тоже смотрели на водителей из окна?

– Конечно.

– Как они выглядели?

– Обычные ребята. Лет по тридцать. Все, как сказал Дереник.

– Во что они были одеты?

– На светленьком была такая курточка. Модная. Голубого цвета. И белая майка. На втором черная футболка. С буквами на груди. Под фирму.

«Все сходится», – подумал Рахманов. По описанию, сделанному Козловым, так были одеты те двое на заднем сиденье светло-серых «Жигулей».

– Если вам снова покажут этих водителей, вы их узнаете?

– Узнаю.

– Лезвия вы сразу сложили в гараж Аракеляна?

– Сразу.

– Все пятьсот тысяч пачек?

– Да.

– А дальше?

– Дереник отнес водителям пятьдесят тысяч и билеты на поезд.

– Они уехали?

– Уехали.

– А трейлер?

– Трейлер… – Азизов усмехнулся: – Трейлер разобрали и выбросили на свалку.

– На свалку?

– Да. Есть тут у нас под городом… свалка металлолома.

– И откуда вы про это знаете?

– Дереник предлагал водителям продать трейлер, чтобы не пропадало добро. Они отказались. Да и Вадим Павлович с самого начала меня предупредил: трейлер должен исчезнуть. Когда Дереник отдал водителям деньги, они попросили помочь найти шабашников. Он нашел им людей. Эти шабашники и разобрали трейлер на свалке. Правда, сам я этого не видел. За что взял, за то и продаю…

– Аракелян знает этих шабашников?

– Это была приезжая бригада. Где они сейчас, неизвестно. Приезжали откуда-то из Прибалтики.

– Не знаете случайно, трейлер и сейчас лежит на свалке?

– Кто его знает. Остатки, наверное, лежат.

– Если я попрошу вас поехать на эту свалку, покажете?

– Только я своими глазами трейлер на свалке не видел.

– Ну, может, узнаете. И еще. Роберт Арутюнович, кроме пятидесяти тысяч водителям, вы отдали деньги Вадиму Павловичу?

– Отдал.

– Сколько денег всего вы ему отдали?

– Считайте… Всего я должен был за лезвия семьсот пятьдесят тысяч. Пятьдесят отдал водителям. Остальное – Вадиму Павловичу.

– То есть семьсот тысяч рублей?

– Да. Семьсот тысяч рублей.

– Вадим Павлович куда-то положил эти деньги? В чемодан, в сумку?

– Деньги уже лежали в чемодане. В моем. Вадим Павлович забрал их вместе с чемоданом. По взаимной договоренности.

– Опишите, пожалуйста, чемодан.

– Черный. Из искусственной кожи. С двумя ремнями. Такие чемоданы есть сейчас в продаже. Польского производства.

– Значит, чемодан был новый?

– Да, новый.

– Вы передали Вадиму Павловичу два билета СВ на вечерний поезд. До Москвы?

– Верно.

– Почему два? Он что, уехал в Москву не один?

– Вот уж не знаю. Дереник проводил его только до вокзала. Хотел проводить до вагона, но Вадим Павлович сказал, что дойдет сам.

– Что еще было у Вадима Павловича из багажа? Кроме вашего чемодана?

– Ничего. Только этот чемодан.

– После этого вы видели Вадима Павловича? Хоть раз?

– Не видел.

– О дальнейших встречах договаривались?

– Нет. Вадим Павлович сказал: если что-то подвернется, он даст знать. Но пока от него ничего нет. Думаю, и не будет.

– Я правильно понял: Вадим Павлович уехал, не повидавшись с водителями?

– Правильно.

– Что-нибудь еще знаете об этих водителях? Откуда они? Имена, фамилии? Где работают?

– Я все сказал. Больше ничего не знаю.

«Допрос можно заканчивать», – подумал Рахманов. Все показания Азизова еще предстоит проверить. Но похоже, подследственному не имело смысла что-то скрывать. Просмотрев протокол допроса и подождав, пока Азизов поставит подпись, кивнул:

– Роберт Арутюнович, вы обещали показать, где находится свалка. Готовы поехать прямо сейчас?

– Пожалуйста. Готов.

– Отлично. Тогда выезжаем через десять минут.

Вызвав конвоира, Рахманов попросил его подождать вместе с Азизовым в коридоре. Набрал по коду Москву, услышав отзыв Инчутина, сказал:

– Леша, привет. Это Рахманов. У меня мало времени, поэтому давай коротко. Как дела? Что-нибудь новое есть?

– По мелочам есть кое-что. Но если вы насчет «Росгалантереи», там все глухо. По-прежнему.

– Ясно. Возьми ручку, карандаш и записывай. Записываешь?

– Записываю…

– Новлянская Вера… Была женой замминистра… Работала в министерстве легкой промышленности и в минторге. В частности, в «Росгалантерее». Богатая и известная в Москве женщина. Возраст неопределенный. Как говорится, средних лет. Запиши телефон… – Продиктовал. – Записал?

– Записал.

– Отлично. Определись с этой Новлянской. Выясни: кто такая, где живет, кем работает. Естественно, где находится в настоящее время. И вот что: отправь сейчас с нарочным вызовы на завтра Клюеву и Шитикову. Клюеву на четырнадцать ноль-ноль, Шитикову на шестнадцать. Если ничего не случится, мы утром прилетим. Причем с конвоем. Так что подготовь встречу. Все понял?