Сыщица начала века - Елена Арсеньева

– Не то слово! Главное, это так неожиданно! – Светатам, около своего телефона, казалось, тихонько всхлипнула. – Они изЗаречной части, так что и от места были в полном восторге, и от самой квартиры.Как моя агентша говорит, заметно было повышенное слюноотделение.

Алена, не переставая молчаливо, но сочувственно кивать,подтянула к себе блокнот, карандаш и быстренько записала последнюю фразу.

– Главное дело, – насморочным голосом продолжалаСвета, – они рассердились, что я так долго квартиру ищу. А прошло всегодесять дней с тех пор, как они мою посмотрели. И я уже нашла вариант! И мояагентша им позвонила, а они… Знаешь, у меня такое впечатление, что тут что-тонечисто.

– Почему?

– Не знаю! Такое ощущение. Эта агентша вообще какая-тоскользкая бабенка, что-то в ней такое… неискреннее.

– Это та самая, которая была бомба, а стала Твигги? –вспомнила Алена дневной разговор.

– Ну да, она и есть, – уныло подтвердила Света. –У нее такие светлые глаза, ну чистые-пречистые, как будто с «Фейри» вымытые,там просто-таки ничего человеческого не осталось, одна мыльная вода. Не верю яей, вот сама не знаю почему! Мне кажется, она просто почуяла, что с той,другой, квартиры больше гонорару слупит. Вот и кинула меня, а им наплеланебось, что это я их кинула… Тебе, наверное, кажется, что я просто дурью маюсь?

– Да нет, я верю в женскую интуицию, – ответилаАлена. – Но знаешь что? Почему бы тебе самой не позвонить этим своимбывшим покупателям и не спросить их прямо? А вдруг и правда можно исправитьситуацию?

– Дело в том, что я не знаю ни телефона их, ни адреса, нифамилии, – мрачно усмехнулась Света. – Агенты такую информацию оченьтщательно скрывают, чтобы клиенты не общались между собой напрямую.Единственное, что мне известно, это что они на улице Мануфактурной живут,где-то на краю географии.

– На Мануфактурной? Я даже не знаю, где это, –пробормотала Алена, записывая также и насчет «края географии».

– В районе Староярмарочного собора, – ответилаСвета. – Далеко, конечно. Но знаешь что?

– Что?

– Сегодня в «Из рук в руки» появилось объявление о продажеих квартиры. То есть там ситуация такая: у них деньги есть, но все равно онидве квартиры не могут себе позволить, надо старую продавать, чем скорей, темлучше. Телефон в объявлении, конечно, дан этой агентши. А квартира, онижаловались, у них выходит как раз на крышу подвала. Ну представляешь, вхрущевках же подвалы внизу под домом устраивали, и вот над выходом из неготакая крыша. Их окна точно на нее смотрят. Если бы удалось хотя бы номер домаузнать, я бы вычислила их квартиру по этой крыше и зашла бы к ним. Поговорить,выяснить наверняка: да так да, нет так нет. Ненавижу неопределенность!

– Понимаю! – пылко воскликнула Алена, которая всякуюнеопределенность тоже ненавидела. Именно благодаря этому свойству своей натурыона наворотила в жизни немалое количество бед, а также начала писать именнодетективы. Чтобы расставить все точки над i!

– Слушай, Алена, ты мне не поможешь, а? – робкоспросила Света.

– Ты хочешь, чтобы я позвонила агентше, сделала вид, будтоменя интересует эта квартира, и попыталась узнать номер дома? –усмехнулась Алена. – Конечно, позвоню, без проблем. Какой у нее номер?

Света назвала.

– Ну, я тебе перезвоню через несколько минут, если какой-топрок будет, – пообещала Алена. – А если не будет, тоже перезвоню.

– Слушай, ты меня извини, я тебя небось от работыотрываю, – запоздало спохватилась Света. – Ты, наверное, пишешь…

– У меня как раз перерыв, – бодро соврала Алена, нажалана сброс и начала набирать номер агентши.

Перерыв у нее! Бунин, что ли, говорил, будто каждый писательиспытывает жуткий страх перед чистым листом бумаги? Ну, на бумаге теперь,пожалуй что, и не пишет никто, а вот страх остался… Можно назвать его страхомперед чистым экраном компьютера? Новым документом? Новым файлом?

Да хоть горшком назови!..

– Алло? – ударил в ухо резкий, напористый голос, иАлена слегка отстранилась от трубки.

– Добрый день, – весело сказала писательница. –Вернее, вечер.

– Добрый, – ответили на том конце провода с некоторойзаминкой, как будто не вполне были в этом уверены. Строго говоря, Алена – тоже.

– Я звоню по объявлению о продаже квартиры на Мануфактурной.Вы хозяйка или посредник?

– Да, я агент по продаже, – резко повеселевшим голосомответила трубка. – Ну что я могу вам сказать об этой квартире… Она напервом этаже, но очень хорошая, окна забраны решетками. Установлена охраннаясигнализация. Так что в этом смысле беспокоиться не о чем.

– Да меня нисколько не смущает первый этаж, я и сама всюжизнь на первом живу, – вдохновенно соврала Алена. – К тому же, как японимаю, это существенно влияет на цену, а то у меня с деньгами не бог вестькак.

– Ну, квартира стоит двадцать восемь тысяч долларов, –с чуть наметившимся холодком в голосе проинформировала агентша.

Для бедной писательницы всякая сумма более одной тысячи былазапредельной, однако она держала удар хорошо:

– Я примерно на это и рассчитывала. Нормальная цена, лишь быквартира была ее достойна.

– Квартира отличная, уверяю вас, – голос агентши вновьсделался теплым и дружеским. – Вот посмотрите – и сразу в этом убедитесь.Когда вам удобно?

– Завтра суббота – я на выходные уезжаю. Созвонимся еще разв понедельник, только вы мне вот что скажите. Я примерно знаю Мануфактурную –этот дом где именно находится, какой у него номер? Хочу сориентироваться.

– Номер двадцать. Как раз напротив школы.

– Очень удачно! – обрадовалась Алена. – У меня сыншкольник. Просто замечательно. Тогда давайте я вам звякну в понедельник, и мыконкретно о времени условимся. Договорились?

– Ой, знаете, меня довольно трудно вызвонить, вы мне навсякий случай ваш телефончик оставьте, – зачастила было агентша, однакоэто отнюдь не входило в намерения детективщицы, поэтому она нагло соврала, чтодомашнего телефона у нее нет и звонит она от соседки, а затем положила трубку,чтобы тут же поднять ее вновь и набрать номер доктора Львовой.