Приговор полковника Гурова - Алексей Макеев

– Машенька, давай-ка прогуляемся вон к той скале, – показал Гуров рукой. – Там очень живописно.

– Ясно! – усмехнулась Мария. – Тебе не дают покоя мысли о том, что там находится концлагерь, где пытают людей! Гуров, я же говорила тебе, это обычный санаторий!

Но они уже шли к скале. Гуров не стал рассказывать Марии о том, что видел ночью странную фигуру, спускающуюся оттуда по веревке. Он видел скепсис жены и не хотел, чтобы она окончательно его задразнила.

А та тем временем продолжала:

– Между прочим, им заведует очень милая женщина. Я ее видела вчера – правда, мельком. А Антонина Павловна – ну помнишь, пожилая женщина, похожая на селедочку, за соседним столиком, – мне рассказала, что санаторий очень дорогой, закрытый и туда кого попало не пускают. Она сама хотела там остановиться, но после того как заполнила анкету, ей отказали. Она до сих пор расстроена.

– Анкету? – поднял брови Гуров. – Совсем интересно.

Они уже подошли к подножию скалы. Вблизи это место совсем не казалось зловещим: обилие пышной яркой зелени, цветы, белый домик наверху – под солнечными лучами все это казалось картинкой из сказки.

– Видишь, чудесное место! – заметила Мария.

Гуров глазами искал тропинку, ведущую вверх, и двинулся вдоль скалы. Никакого подступа к вершине он пока не видел.

– Гуров, уж не собираешься ли ты карабкаться на эту верхотуру? – возмутилась Мария. – Имей в виду – я с тобой не полезу! У меня каблуки!

Гуров, не отвечая, остановился и прислушался. Сверху доносился шум мотора автомобиля. Он дернул Марию за руку и увлек под пышно цветущий куст рододендрона. Выглянув оттуда, он увидел, как вниз съехала машина. Это был миниатюрный «Фольксваген»-«жук» синего цвета. За рулем, как заметил Гуров, была женщина. Она явно спешила, потому что, едва машина съехала с горы, она сразу прибавила скорость и быстро покатила по тропинке, по которой только что пришли Гуров с Марией.

Гуров снова взял Марию за руку, помог ей выбраться из-за куста и прошел вперед. Там, сквозь заросли, он увидел наконец неширокую асфальтированную дорожку, на которой сложно было бы разъехаться двум автомобилям. Гуров вскинул голову вверх. В синем небе летали птицы, виднеющаяся часть санатория выглядела мирной и дружелюбной.

– Ну и что? – насмешливо спросила Мария. – Ты продолжаешь раскручивать версию, что за страсти там творятся? Ладно, Гуров, я тебе помогу избавиться от паранойи!

– Интересно, каким образом? – усмехнулся Лев.

– Да просто пойду туда и сама все узнаю! Ну, разумеется, не с пистолетом ворвусь! Просто побеседую с хозяйкой, и все! Я уверена, что после этого все твои домыслы развеются!

– Не вздумай! – Гуров крепко сжал руку жены. – Это может быть опасно!

– Гуров, я не устаю тебе удивляться! – фыркнула Мария. – Я же замужем за сыщиком много лет! Неужели ты думаешь, я не смогу отличить реальную опасность от мнимой?

– Маша, Маша! – предостерегающе покачал головой Гуров. – Ты не понимаешь, куда собираешься вмешаться! Быть замужем за сыщиком еще не означает самой быть сыщиком-профессионалом. И вообще, зачем тебе это нужно?

– Я не понимаю, зачем тебе это нужно! – не унималась Мария, сделав акцент на слове «тебе». – Потому и хочу поставить точку!

– Не надо, – повторил Гуров. – Я не стану больше об этом беспокоиться. Все, считай, что точка поставлена.

– Ну вот и славно, – кивнула Мария. – Значит, на гору не полезем?

И, услышав отрицательный ответ, пошла вместе с мужем к тропинке. Когда они прошли несколько метров и впереди показалось кафе «Хуторок», Мария вдруг остановила мужа и шепнула:

– Смотри!

Гуров уже и сам увидел, что возле кафе стоит припаркованный тот самый «Фольксваген Гольф», что встретился им несколько минут назад.

– Вижу, – спокойно ответил он. – И что? Она, наверное, зашла туда пообедать.

– Владелица санатория идет обедать в чужое кафе? – недоверчиво спросила Мария. – Она что, в своей вотчине поесть не может?

– Машенька, кто из нас параноик? – улыбнулся Гуров. – Мы же, кажется, закрыли эту тему.

– Да-да, конечно, – отозвалась Мария.

В это время женщина вышла из кафе. Гуров с Марией хоть издали, но смогли рассмотреть ее получше. Она была не слишком высока, но достаточно стройна. Определить возраст мешали солнцезащитные очки и легкий, прозрачный бирюзовый шарф, небрежно повязанный на голову. На женщине был костюм темно-голубого цвета. В руках она несла спортивную сумку, которая, по всей видимости, была пуста: женщина складывала ее на ходу.

Бросив сумку на переднее сиденье, она села за руль и завела машину. «Фольксваген» тронулся с места и, не разворачиваясь, поехал вперед, в противоположном от Гурова и Марии направлении.

Ничего не говоря, супруги продолжили путь. Когда они проходили мимо «Хуторка», то заметили, что на кафе висит вывеска «ЗАКРЫТО»…

В ресторане пансионата худо-бедно все пришло в относительный порядок. Во всяком случае, ужин был организован как положено, с единственным минусом: некоторые блюда на сегодня были вычеркнуты из меню.

– А что вы хотите? – разводил руками администратор, вышедший в зал по требованию особо вздорных посетителей. – Полдня потеряли, к тому же двух официантов не стало: одного уволить пришлось, второй сам сбежал. И главное, за разбитые тарелки не заплатил, подлец! Вот и приходится поварам совмещать и готовку, и раздачу!

– «Пятизвездочный отель»! – посмеиваясь, передразнил Гуров Марию. – В официанты неквалифицированных сезонных работников нанимают! Понятно, почему тебе сюда путевку с такой скидкой продали!

– Гуров, прекрати! – Мария предостерегающе блеснула на него глазами. – И вообще, ты не был в Голландии! После той вонючей ночлежки – это просто мегаотель! Будь великодушен и снисходителен! В конце концов, убийство есть убийство. Если бы не оно, все было бы как надо. И вообще, мне здесь нравится!

Однако не все разделяли оптимизм Марии. Николай Петрович, лысина которого покраснела от многочасового пребывания на пляже, возмущался больше всех, что в меню отсутствует кубете – пирог с мясом и картофелем, так им любимый.

Администратор терпеливо разъяснял, что сегодня в связи с визитом полиции просто не успели приготовить тесто и что завтра кубете обязательно появится в меню, и предлагал сегодня довольствоваться чебуреками. Он потратил около пятнадцати минут на уговоры, после чего Николай Петрович наконец согласился на чебуреки.

После ужина Мария захотела подняться в номер и отдохнуть. Гуров же сказал, что выйдет подышать, заранее настроенный выслушать недовольство жены. Вообще-то Мария никогда не была сварливой и даже к работе мужа за годы совместной жизни выработала лояльное отношение. Она не ограничивала его свободу и старалась не вмешиваться в дела. Но вот на отдыхе ей всегда хотелось, чтобы муж не отвлекался ни на что постороннее и уделял ей больше внимания. Что ж, ее можно было понять: слишком редко им удавалось отдохнуть вдвоем.