Обманчивая реальность - Нора Робертс

– Да, при условии, что их желудки тоже достигли зрелости.

Поскольку спорить с ним – значило терять понапрасну время, которого у них не было, Ева заставила себя съесть несколько ложек каши. Поскольку та была щедро сдобрена яблоками и корицей, она убедила себя, что это жидкий яблочный пирог.

– Я скопировал данные, которые успел собрать, и перебросил их на твой компьютер, – сообщил Рорк. – Но если хочешь, могу предоставить тебе краткий отчет.

– Давай, но только быстро.

– Я откопал два случая страхования жизни на крупные суммы. Очень даже соблазнительные.

Ева густо намазала тост джемом, в надежде на то, что это поможет замаскировать вкус каши.

– У тебя и у остального человечества разные представления о том, что считать соблазнительным.

– Но ведь так было не всегда, – возразил Рорк, невозмутимо поглощая кашу. По всей видимости, он так и воспринимал ее – как овсяную кашу. – Согласен, кто-то готов убить ближнего за гроши, но это явно не по твоей части. У нас имеется пара жертв, которые должны были унаследовать солидные суммы. Кроме того, я бы не стал сбрасывать со счетов такие вещи, как высокие оклады, премии и прочие бонусы. Значительную часть посетителей бара составляли представители среднего и высшего управленческих звеньев, а значит, кто-то стоял над кем-то, кто-то опережал кого-то на служебной лестнице.

Говоря это, Рорк приподнял палец, и кот, который до этого перекатывался по полу, словно этакий пушистый солдат, замер и вытянулся в струнку.

– Сисадмины, офисные работники – они тоже занимают каждый свою ступеньку, – продолжал Рорк. – И, главное, все эти должности предполагают приличные бонусы – я бы сказал, более чем – за вклад в процветание фирмы: привлечение новых клиентов, повышенные по сравнению с планом объемы продаж, удачную рекламную кампанию и так далее. Беда в том, что количество денег на выплату этих бонусов ограничено, и если кому-то причитается премия, то остальным…

– Лишь крепкое рукопожатие.

– Типа того. Или же если ваш коллега опередил вас по части объема продаж или привлечения новых клиентов, то лично вам повышение уже не светит.

– Люди не любят, когда кто-то другой пробивается наверх, к самой изюминке, оставляя их позади.

– К вишенке. Обычно говорят, к вишенке на торте. Изюм кладут в пироги.

– Случается, что кто-то мечтает заполучить разом и изюм, и вишенку, и целый торт. И я бы поостерегся называть это банальной жадностью. Все не так просто. Но как фактор мы не можем закрывать на нее глаза. Амбиции, алчность, зависть – с них начинаются все войны. Вам хочется того, что есть у других, и вы готовы это нечто отнять у них силой? Согласись, что это война. И то, что сказал Саммерсет, лично мне кажется убедительным.

– Война, но только совершенно другая, не стенка на стенку, как раньше, не пуля за пулю, – согласился Рорк. – Нет, теперь это в высшей степени бесчеловечная война. Это все равно что сбросить бомбу с большой высоты или запустить ракету с дальнего расстояния. Или же – так даже точнее – это напоминает холодный расчет биологической войны.

– Так это она и есть – война. Холодная, лишенная каких-либо эмоций. Но чтобы начать войну, чтобы вступить в битву, нужно чего-то хотеть.

– Кто знает, вдруг ему было нужно лишь убийство как таковое. Например, он хотел проверить, сработает ли его метод, а если да, то насколько эффективно.

– Еще один фактор, но, если это так, я бы на его месте заявила о своей причастности к теракту. Мол, я такая умная, такая изобретательная. Вы только посмотрите, чего я достигла! Вместо этого кончаются сутки, а мы еще не слышали ничьих признаний. Мой внутренний голос подсказывает, что все это как-то связано с баром и/или с кем-то, кто в нем находился. Но наш убийца не хотел засвечиваться.

С этими словами Ева встала из-за стола и отошла, чтобы надеть кобуру.

– Еще одна довольно высокая вероятность, если верить процентам. Это удар по корпорации или фирме, чьи работники – регулярные посетители заведения. Если так, то убийца не получил повышения или премии либо был понижен в должности или уволен.

– Такие данные у меня тоже есть – по крайней мере, должны быть на данный момент, потому что я не стал выключать на ночь поисковик. Как только у тебя будут их имена, ты и твоя команда получат дополнительный список подозреваемых.

– Скажем так, интересных для нас лиц.

– Можешь называть их, как тебе угодно. На проверку уйдет около недели – допросить, проанализировать показания.

– Я тем временем сопоставлю их с моими данными. Тот, чье имя всплывет в обоих списках, – первый кандидат на тщательную проверку. Пройдемся по всем, в порядке возрастания вероятности. Придется просить у начальства дополнительную рабсилу для бумажной работы. Уитни собрался сделать официальное заявление, а это значит, что на нас слетятся всякие чокнутые. С другой стороны – кто знает, может, и от них будет польза. Мы тщательно просеем все, что узнаем от добровольных «помощников», вдруг что-нибудь да проклюнется.

Ева на минуту умолкла и надела куртку.

– Хочу взглянуть на данные. Сравнить с тем, что у меня уже есть. Надеюсь откопать что-то новое еще до брифинга.

– Я постараюсь уделить вам с Фини время, – сказал Рорк, кладя ей на плечо руку, и они вместе вышли из комнаты. – Ты сейчас позвонишь Мире и договоришься с ней о встрече.

В Еве тотчас шевельнулось раздражение.

– Я тебе уже пообещала.

– В таком случае я надеюсь, что ты свое обещание сдержишь.

Не успела Ева войти к себе в кабинет, как из рабочей комнаты Рорка появился Саммерсет, как будто в него был встроен радар. Или же у него по всему дому были установлены собственные камеры видеонаблюдения.

Так или иначе, было в этом нечто пугающее.

– У меня есть для вас информация. – С этими словами домоправитель протянул ей диск. – С именами людей, которые доверяют мне. Нельзя, чтобы кто-то узнал, кто они такие.

– Я поняла.

– Некоторая информация никогда не получит официального подтверждения, поскольку исходные папки запечатаны, а может, и уничтожены.

– Здесь предположения или факты? – уточнила Ева, высоко подняв диск.

– Случаи терактов – это факты. Были свидетели, в том числе парень, о котором я рассказывал вчера вечером. Правда, он давно уже не парень. Теперь у вас есть его имя и показания – в том виде, в каком я их получил. Другие – это те, кто так или иначе имел отношение к тому случаю. Все они утверждают, что следствие тогда сумело установить главные компоненты примененного вещества. Основу его составляли лизергиновая кислота и диэтиамид. Обычно их называют…

– ЛСД. Я знаю, что это такое.

– Другие компоненты тоже записаны на этом диске, но, как я уже сказал, подтверждений вы не получите. Есть у меня один знакомый, который на тот момент служил в королевской армии. Правда, я познакомился с ним спустя несколько лет после войны. Так вот, по его словам, после второго случая был задержан подозреваемый и даже взят под стражу. Увы, расследование вскоре прикрыли, а сам теракт объявили несчастным случаем.