Vip-зал - Йенс Лапидус

Тедди представился и спросил ее о здоровье. Это было лишним.

Ее лицо было покрыто красными пятнами, глаза все еще влажные, и взгляд бродил по комнате, иногда замирая, и тогда казалось, что она смотрит куда-то далеко-далеко.

– То, что случилось с Филипом, вполне может быть связано с его обычной жизнью, – сказал Тедди.

Катарина оперлась на краешек подлокотника, подперев подбородок рукой.

– И каков же ваш опыт в таких делах?

Тедди почувствовал, как у него заурчало в животе. Нужно завоевать их доверие, иначе дело плохо.

Он спокойно продолжил:

– Полагайтесь на меня, я разбираюсь в этом лучше всех. Я понимаю, что вы чувствуете себя беспомощными. То, что вы сейчас переживаете, наверное, самая ужасная ситуация, в какой только может оказаться нормальная семья. Но я скажу, как Уинстон Черчилль: легко увидеть трудности, но нужно быть оптимистом и в каждой трудности видеть еще и возможности. Все будет в порядке.

Он заметил, как плечи Катарины опустились, она расслабилась.

– Да, конечно. Это так ужасно.

Тедди встретился с ней взглядом.

– Тогда я продолжу, – сказал он. – Я хотел бы знать, чем занимался Филип.

– Он много работал. Вам уже, наверное, рассказали о его работе, о том, что он занимался разного рода инвестиционными проектами. Магнусу и Эмили это известно.

– Как долго он этим занимается?

– Дайте подумать… около четырех лет, – ответил Карл-Юхан.

– Где он учился?

– Здесь, в Стокгольме. Мне кажется, он сдал не все выпускные экзамены, но у него и так все хорошо складывалось. Положа руку на сердце, зачем нужно все это учение? Филип – отличный пример того, что все, что требуется, – это немного предприимчивости, – сказал Карл-Юхан.

– Вы знаете кого-то из его университетских друзей?

Родители Филипа переглянулись.

– Я никого не знаю, – ответила Катарина. – А ты, папуля?

– Нет, я тоже ни про кого из них не слышал.

– Где его офис?

– В центре, на площади Стуреплан.

– Там есть персонал?

– Два человека, по-моему.

– Хорошо, вы сказали Эмили, как их зовут?

– Конечно.

– А клиенты, партнеры, деловые контакты? У вас есть их имена?

– Вообще-то нет. Никто и не спрашивал об этом. Они вам и правда нужны?

– Могут понадобиться.

– Хорошо, тогда можно обратиться в «Клареру» – я пользуюсь услугами этой бухгалтерской фирмы, думаю, что и Филип тоже. Но им нужно правильно задать вопросы. Также было бы неплохо связаться с Яном Крона.

Карл-Юхан коротко рассказал о Яне.

– Хорошо. А другие друзья, вы что-то знаете о них?

– Большинство – друзья детства еще со школы. И я боюсь, что некоторые из них могут спросить, что стряслось с Филипом, и это будет катастрофой.

– Я понимаю, что нужно действовать тонко. Но мы должны серьезно обо всем поразмыслить. Думаю, нам понадобится поговорить с Яном Крона. Обсудим это с Магнусом.

– Не знаю. Все друзья Филипа – хорошие парни, но представьте, если они забеспокоятся и обратятся в полицию?

– Справедливо. Но если они не смогут с ним связаться и будут постоянно звонить или пойдут к нему домой, а он не откроет, ну и так далее – то тогда они все равно пойдут к легавым.

Тедди почти почувствовал, как Карл-Юхан и Катарина замерли, разглядывая его.

Он задал им еще несколько вопросов о приятелях сына. Записал их адреса и какое отношение они имели к Филипу. Наконец он спросил:

– Чем еще Филип занимается помимо работы?

– Встречается с друзьями, наверное. Как и все.

– И чем они занимаются?

– Тем же, чем вся молодежь. Обедают вместе, ходят в рестораны, путешествуют.

Тедди на секунду задумался над этим ответом, он был немногословным, очень неопределенным. И он не мог не сравнивать досуг Филипа с тем, чем он сам занимался в последние годы.

– Еще у него есть девушка.

– И кто она, вы ее знаете?

– Лично я ее видел всего один раз, случайно. Они не так давно вместе, всего пару месяцев. Но сейчас, насколько я помню, она уехала.

– Она симпатичная, – вмешалась Катарина. – Хорошая девушка, мне кажется, она не может быть в этом замешана.

– Нет, ее никто не подозревает, – ответил Тедди. – Но она могла заметить что-то важное. Где она?

– Магнус сообщил мне, что она на Маврикии, – ответил Карл-Юхан, снова перехвативший инициативу. – Но можете ей не звонить. У меня сложилось впечатление, что она хм… не очень наблюдательна, понимаете?

– Понимаю. Может быть, у Филипа появились какие-то новые друзья?

– Я ничего о них не слышал, – ответил Карл-Юхан. – Но с уверенностью не скажу.

– Может быть, он вызывал мастера на дом? Или общался с другими людьми, у которых мог быть доступ к его квартире или этой штуке с кодами, диджитпассу?

– Насколько я знаю, нет.

– У Филипа есть враги?

В первый раз Карл-Юхан поднял взгляд и посмотрел в глаза Тедди.

– Нет, не думаю. Филип хороший мальчик. У него такой характер, что он и мухи бы не обидел. Он прекрасный парень. Какие у него могут быть враги?

– Я не знаю, может быть, он кого-то обидел? Кто-то решил, что он когда-то сделал что-то плохое? Может быть, слишком высокомерно с кем-то обошелся? Это может быть кто угодно.

– Нет, я уже сказал, он не такой.

– Он упоминал о чем-то странном или необычном, что с ним случилось в последнее время?

– Нет, не припомню такого.

– Что-то указывало, что за ним следят?

– Определенно нет.

– Вы знаете, что его избили несколько недель назад?

– Да, это случилось у ночного клуба, какой-то иммигрант из Седертелье совершенно беспричинно набросился на Филипа. У него распухла губа, а на бровь пришлось наложить шов, – ответила Катарина.

– Это все? Ему угрожали? Что они сказали?

– Нет, кажется, нет.

– Но вам об этом рассказал Аксель Нильссон?

– Да.

Катарина Шале о чем-то задумалась. Она дважды поменяла позу, и каждый раз при этом звякала золотая цепочка у нее на шее.

Волосы Катарины были высветлены и тщательно причесаны, ни одного выбившегося волоска, хотя последние дни у нее по понятным причинам и выдались беспорядочными. Она была стройной и подтянутой, лицо, к которому сейчас вернулся нормальный цвет, оказалось загорелым и ухоженным. Сложно сказать, сколько ей лет, но должно быть, минимум пятьдесят пять. Она, конечно, следила за своей внешностью.