Крест Иоанна Кронштадтского - Юлия Алейникова

– Но ведь это не все? – наклонившись к Мире и стараясь заглянуть ей в лицо, спросил Николай. – Ведь было еще что-то? – Он был в этом уверен. Мира знает о чем-то наверняка. Потому и руки так крепко сжимает и в глаза ему не смотрит.

– Мира, что было потом? – настойчиво, требовательно спросил Николай. Он уже решил, что, если понадобится, потащит девушку на Петровку.

– Да, было, – неохотно согласилась Мира. – Потом, позже я встретила Лиду одну. Я отнесла домой портфель и пошла в ремонтную мастерскую на улице Алексея Толстого, недалеко от ее дома, забирать тетины туфли. Видела, как Лида домой шла, возле нее та самая машина остановилась, и из нее военный вышел. Только военных было уже двое. Один за рулем сидел, я его не разглядела, а второй вышел и с Лидой заговорил.

– Какой он был, в каком звании? – Эх, прав был Кочергин, девчонки много чего знали, только говорить не спешили.

– Он был высоким, в фуражке. Волос я не видела, но виски у него были седоватые, – вспоминала не спеша Мира. – Наверное, они у него темные, потому что щеки хоть и выбритые, но казались какими-то сизыми. У моего дяди такие, а у него темные волосы.

– А звание, звание у него какое? – повернувшись к Мире всем корпусом и стараясь поймать ее взгляд, спрашивал Николай. – И, самое главное – род войск. Кто он был? Летчик? Артиллерист? Танкист? Кто?

Вот тут Мира замолчала. Так глубоко и глухо, что Коле начало казаться, что она больше никогда и слова не вымолвит.

– Мира, кто это был? Какие у него были погоны, ты помнишь? – настойчиво повторил Николай.

– Нет, – выходя из ступора, коротко ответила девушка. – Я не хотела, чтобы они меня видели, и зашла в книжный магазин. А когда вышла, машины уже не было и Лиды тоже.

– Она с ними уехала? – взволнованно спросил Коля.

– Да нет, наверное. Просто домой ушла. Они у самого ее дома разговаривали, – первый раз взглянула ему в глаза Мира.

– Допустим, – неохотно согласился Николай. – А о чем они говорили, как себя вели, что тебе еще запомнилось?

– Просто разговаривали, – пожала плечами Мира. – Я далеко была и разговора не слышала, но мне показалось, он ее приглашал куда-то. Лида, смеясь, отказывалась. Он не отставал, руку ей целовал.

– Да? – с удивлением переспросил Коля. – А мне показалось, ты сразу же в книжный магазин свернула.

– Ну да, – сразу же замыкаясь, подтвердила Мира. – Так и было.

– Неужели же этот военный, едва только с девушкой заговорил, сразу руку полез целовать? – проявил похвальную сообразительность Коля. – Обычно это делают, если люди хорошо знакомы. Они же не были знакомы?

– Нет.

Коля молчал, ожидал объяснений, а Мира, вероятно, пыталась сообразить, как ей лучше выкрутиться. Первым не выдержал Коля.

– Мира, не надо ничего придумывать, расскажи мне все как есть, – снова перейдя на дружеский, доверительный тон, предложил Николай.

– Я из книжного за ними наблюдала, – призналась девушка. – Они долго разговаривали, минут пятнадцать, наверное. Я уже нервничать начала, мне домой надо было.

– И что ты еще видела?

– Больше ничего. Они поговорили, он ей руку на прощание поцеловал, сел в машину и уехал. А я вышла из магазина и Лиду догнала, – после коротенькой паузы призналась Мира.

– Зачем? – с удивлением спросил Коля.

– Предупредить, – сухим, неприязненным голосом объяснила девушка, словно стыдясь своего порыва. – Лида – школьница, он видел ее в форме и у школы. К тому же комсомолка. Что нужно от нее взрослому мужчине?

– Действительно, – расправляя плечи, проговорил Коля, полностью разделявший мнение девушки. – И что же она тебе ответила?

– Что это не мое дело, она сама знает, как себя вести. И чтобы я не смела сплетничать, – с обидой рассказала Мира. – Но через несколько дней я видела, как она после школы садилась в эту самую машину. Она ждала Лиду в Ермолаевском переулке. Я вела племянника в музыкальную школу и видела, – отрывисто, словно решившись на что-то, сказала Мира. – Она подошла к машине, огляделась по сторонам и села. Из машины никто не выходил.

– А ты уверена, что это была та самая машина?

– Вообще-то нет, – с некоторым сомнением ответила девушка, – но тогда мне так показалось.

– А подружкам она о своем поклоннике рассказывала?

– Не знаю, мне кажется, нет, – с сомнением проговорила девушка. – Мне кажется, она не хотела, чтобы об этом кто-то узнал, иначе зачем они встречались в Ермолаевском?

– А больше ты эту машину не видела?

– Нет.

– А номер не запомнила?

– Нет.

– А что это была за марка?

– Не знаю, я не разбираюсь, – покачала головой Мира.

– А почему ты решила, что оба раза это была одна и та же машина?

– Мне так показалось.

Тупик. То ли правда не знает, то ли говорить не хочет.

– Ладно. А в последние дни перед гибелью ты ничего странного в поведении Лиды не заметила? – спросил он наудачу.

– Не знаю, мы почти не виделись, экзамены, – пожала плечами Мира. – Вы извините, мне идти надо, меня дома ждут.

Поднявшись со скамейки, девушка быстро перебежала улицу и скорым шагом пошла прочь, словно боялась, что Николай бросится за ней вдогонку. В небе над сквером громыхнул раскатистый, гулкий гром, словно эхом отбившийся от соседних покатых крыш. Поднялся сильный ветер, согнул до земли дрожащие ветки сирени, и уже в следующую минуту на город обрушился свежий, по-летнему могучий и теплый дождь.