Смерть за поворотом - Ти Кинси

Я искренне старалась ответить на все их вопросы и уже почти взяла ситуацию под свой контроль, когда услышала, должна признаться, с большим облегчением, громкий и четкий голос мистера Спинни, который твердо сказал:

– Достаточно, леди и джентльмены, благодарю вас. Возвращайтесь к своим обязанностям, а с мисс Армстронг мы сможем вновь пообщаться попозже.

Собравшиеся вокруг меня слуги завздыхали и заворчали, а я пожала плечами и улыбнулась им, как бы говоря: «Ну что тут поделаешь? Любящий покомандовать старина Спинни поломал нам все удовольствие». Однако все они, несмотря на свое очевидное нежелание, быстро и послушно разошлись по местам.

Когда комната очистилась – даже Морган воспользовался этой возможностью и смылся, – дворецкий направился к выходу и кивком пригласил меня следовать за ним. Он провел меня коротким коридором, по которому я до этого не ходила, и открыл дверь в свои собственные покои. Его гостиная-кабинет была уютно обставлена. Два мягких кресла стояли по обеим сторонам от небольшого камина, а в углу красовался скромный книжный шкаф. Вдоль одной из стен стоял прочный дубовый стол, на котором располагалась механическая подставка для бутылок.

Домоправитель предложил мне занять одно из кресел.

– Прошу вас, примите мои извинения, – сказал он, усаживаясь в другое. – Вам ни к чему было так мучиться.

– Пустое, мистер Спинни. Но благодарю вас за внимание.

– Спасибо. Я… – начал было дворецкий, но внезапно замолчал. Было видно, что он чувствует себя некомфортно, и не потому, что неудобно сел.

– Что-то еще, мистер Спинни? – поинтересовалась я.

– Право, мне так неудобно… – снова неуверенно начал он.

– Да говорите же, хуже уже все равно не будет.

– Я не люблю просить…

– Я что-то могу для вас сделать? – уточнила я. – С удовольствием – все, что в моих силах.

– Вы чрезвычайно добры, мисс Армстронг, но у нас, в Кодрингтоне, очень строгие правила, когда дело касается гостей и их слуг. Все мы стремимся как можно лучше устроить их всех, независимо от их положения. «Поступай с другими так…» – говорил наш Господь. Никогда не знаешь, когда сам окажешься гостем в чужом доме и встретишь теплый и благодарный прием.

Кивнув, я улыбнулась.

– Так что, понимаете ли, мы установили правило никогда не просить наших гостей, которым мы предоставили наше гостеприимство, ни о чем необоснованном.

– Что же я могу для вас сделать? – прямо спросила я, пытаясь спасти беднягу от всех этих никому не нужных танцев вокруг да около. – Я в вашем распоряжении.

– Мы должны, ради его светлости, найти виновного в смерти бедняги Докинса. И ради его же светлости, мы должны, во бы то ни стало, избежать скандала. Так вот, мне пришла в голову мысль…

– Не согласимся ли мы с леди Хардкасл использовать наши способности добираться до самой сути вещей, не привлекая к этому местных «синих мундиров»? Ведь мы с ней уже стали известными всей стране ищейками.

– Ну… я… понимаете ли… – начал заикаться дворецкий.

– Простите меня, мистер Спинни, – шутка неудачная. Я буду рада вам помочь и уверена, что леди Хардкасл тоже с удовольствием за это возьмется. В конце концов, лорд Ридлторп – один из старейших друзей ее брата.

– Правда? – переспросил мой собеседник с очевидным облегчением. – Вы не шутите?

– Разумеется, нет, – дружелюбно ответила я. – Это будет… – Я хотела было сказать «весело», но вовремя остановилась – ведь в расследовании убийства нет ничего «веселого». – Это будет… славно, когда негодяй предстанет перед судом.

– Перед судом? – немного испугавшись, уточнил дворецкий. – А я надеялся, что мы сможем все решить без привлечения судов. Нам любой ценой надо избежать скандала.

– Боюсь, что этого я обещать не могу. Время от времени мы позволяем себе достаточно вольно обращаться с законом, но нарушать его – никогда! – Последнее было безобидной ложью – мы нарушили законы множества стран, занимаясь нашей прошлой деятельностью на службе Короны, но дворецкому знать об этом было ни к чему. – Однако если мы сможем решить проблему ко всеобщему удовлетворению, избежав и скандала, и нарушения закона, мы это сделаем.

– О большем я и не прошу, – сказал наконец Спинни.

– Что ж, отлично. И что вы собираетесь делать? Как, по-вашему, будет лучше провести расследование?

– Ну-у-у… – медленно произнес дворецкий. – Здесь я хотел бы сделать одно довольно дерзкое предложение. Я подумал, что, если бы вы согласились проводить побольше времени внизу, вы смогли бы втереться в доверие к слугам, и это дало бы вам возможность беспрепятственно передвигаться по дому и наблюдать за гостями.

Я с трудом удержалась от смеха.

– Какая потрясающая идея! Но почему вы упомянули слуг? У вас что, уже есть подозреваемые?

– Не хотелось бы думать, что кто-то из слуг его светлости мог совершить такое темное дело, как убийство мистера Докинса, – серьезно сказал Спинни, – но… Понимаете… Поведение Эвана Гаджера так и не изменилось…

– Да он просто упрямый молодой человек, – заметила я. – Пытается проверить, насколько можно манкировать правилами.

– Я на это надеюсь. А потом есть еще Морган Колман. Очень амбициозный юноша.

– Но ведь вы не думаете, что амбиции могли подтолкнуть его к убийству?

– Опять-таки, надеюсь, что нет. Но из этого только следует, насколько важно для вас будет иметь возможность наблюдать, слушать, расспрашивать… И вы сможете вывести этих людей из-под подозрения, поймав настоящего негодяя.

– Хороший план, – сказала я. – А как мы объясним мое неожиданное желание поработать, если последние два дня я провела в одиночестве в своей комнате, подозрительно избегая компании всех вас?

– Может быть, можно будет сказать, – предложил дворецкий, подумав, – что вы устали от безделья и хотели бы чем-нибудь заняться, чтобы поменьше думать о трагедии?

– Вы очень умны и хитры, мистер Спинни. Думаю, вы сами сможете сообщить об этом всем остальным.