Формула алхимика - Игорь Лебедев

— Возможно, это мог сделать кто-то из его окружения?

— Исключать этого нельзя, — подумав, ответил Ардов. — Но профессор ведет довольно замкнутый образ жизни. При нем находится единственный помощник — трус и заика Аладьин. Второго помощника недавно убили, этим делом я как раз сейчас занимаюсь. Возможно, раскрытие этого преступления прольет свет и на вопрос с золотом.

— Илья Алексеевич, этот вопрос не терпит промедления. Бросьте этого вашего… второго… Прощупайте-ка лучше живого помощника. Пока его тоже не прибили. Нам необходимо установить, действительно ли Горским найдена формула трансмутации металлов.

— Откровенно говоря, я понятия не имею, как это можно сделать.

— Для вас нет ничего невозможного, — принялся привычно опутывать собеседника паутиной лести Райзнер. — Уверен, у вас получится. Дело имеет государственное значение, нам выпала честь защитить благополучие нашего Отечества, от ваших усилий зависит благоденствие народа, покой и процветание которого мы призваны защищать и обеспечивать.

— Август Рейнгольдович, я не могу бросить расследование…

— Выручайте, Илья Алексеевич. Допустить распространение золотой формулы нам никак нельзя — государство рухнет. И погребет всех под своими обломками.

Карета остановилась у здания третьего участка Спасской части. Ардов открыл дверь, но замешкался:

— А куда пропал ваш Бугров?

Вопрос прозвучал излишне фамильярно, но Илья Алексеевич почувствовал, что сейчас может себе позволить такой тон. Бугрова, который два дня назад не пустил его в салон мадам Энтеви, действительно сейчас не было на подножке — притом что обыкновенно он следовал за хозяином неотлучно в паре с другим таким же чиновником по особым поручениям, который сегодня сопровождал карету в одиночестве.

— Да что-то… — Август Рейнгольдович поморщился, — разговляется, надо полагать… А вам он зачем?

— Он был на сеансе мадам Энтеви в эту пятницу?

— Откуда вы знаете? — не смог скрыть удивления обер-полицмейстер; Ардов молчал, давая понять, что рассчитывает на более развернутый ответ. — Да… — продолжил сановник, преодолевая привычное нежелание раскрывать служебные обстоятельства посторонним, — у нас имелись кое-какие договоренности с госпожой медиумисткой, и Бугров должен был проконтролировать их соблюдение во время сеанса.

Ардов прикрыл дверь, чтобы разговор случайно не выпорхнул на улицу.

— Договоренности касались ограничения тем для разговоров с духами? — продолжил он атаку, понимая, что сейчас может вытащить из господина тайного советника кое-какие важные ответы под видом аванса за услугу, которую взялся оказать, согласившись расследовать дело о золоте Горского.

— В некотором роде, — уклончиво ответил Райзнер, но было понятно, что Ардов угадал.

— Могу я получить список гостей на последнем сеансе? — пошел ва-банк Илья Алексеевич.

— Ну, знаете ли… — Август Рейнгольдович едва не задохнулся от неслыханной наглости.

— Дела связаны, ваше высокопревосходительство! — поторопился объяснить причину своего интереса сыщик. — Нам ведь необходимо защитить реформу?

Райзнер в очередной раз отметил про себя, что молодой человек обладает удивительной сообразительностью. Он молча раскрыл кожаную папку с гербом, которая лежала тут же, на откидном столике, и, перебрав бумаги, поднял перед глазами Ардова листок.

— Благодарю вас… — Взглянув на перечень фамилий, Илья Алексеевич спрыгнул с подножки и направился ко входу в участок.