Шок-школа - Павел Астахов

– И часто ты остаешься без обеда? – нарочито спокойно уточнил Петька, бледнея и заостряя скулы.

Оказалось – часто, но не всегда. Только когда третьи классы приходят раньше.

– Почему ты никогда не говорил, что ходишь голодный? – спросила Женька (спокойно, спокойно, очень спокойно!).

Оказалось – потому, что Стас не голодный. С ним Темка делится и еще девчонки, особенно когда дают пирожки, – девчонки глупые и не едят пирожки, чтобы не толстеть, а пирожки вкусные, особенно если с творогом. Стас специально бегает за ними и еще за булочками с маком в буфет, там пирожок стоит двадцать рублей, а булочка пятнадцать. Когда у Стаса есть деньги на карте школьника…

– У тебя же всегда есть деньги на школьной карте! – спокойно, спокойно-преспокойно напомнил Петька, сверкая глазами. —

Оказалось – не всегда. В буфете много вечно голодных старшеклассников, к прилавку трудно протиснуться, иной раз кто-нибудь хватает Стаса за шиворот, оттаскивает в уголок и предлагает заплатить за то, что ему купят булочку или пирожок. Берут его карту и покупают что-то себе, а Стасу булочку не всегда приносят, раз на раз не приходится… Стас вообще-то в последнее время в буфет не суется, невыгодно это, а только его уже хорошо запомнили как первоклашку, у которого всегда есть деньги, и теперь иногда встречают сразу за школьной калиткой. Если Стасу удается увернуться и добежать до класса, то он остается при деньгах на карте, а на нет и денег нет.

– Значит, в школе у тебя давно уже отнимают еду и деньги, – очень-очень спокойно подытожила Женя. – А почему ты сегодня весь мокрый пришел?

– Из-за компота же! – Стас насупился и, кажется, снова приготовился заплакать. – Мальчишки увидели, что я описался, и заставили меня стирать вещи в туалетной комнате. В умывальнике. Мама, я совсем не умею стирать! Штаны такие мокрые стали… И ботинки тоже. И носки…

– Реветь не нужно, стирать тебя мама научит, – пресек назревающую истерику спокойный-преспокойный Петька.

– Конечно же, я научу тебя стирать, – подтвердила спокойная-преспокойная Женя. – Это очень полезный навык, особенно для мальчика, который не слишком аккуратен. Ты ведь то и дело приходишь из школы испачканный мелом…

– А это потому, что некоторые ребята грязной тряпкой кидаются! Кричат: «Утрись, чистюля!» – и кидаются! И в раздевалке на физкультуре мои брюки на пол роняют и топчут! И руки специально мелом мажут, а потом меня хватают, чтобы отпечатки остались! – Стаса прорвало.

Они дали ребенку выговориться, напоили его водой и под предлогом необходимости нормально помыться уложили в теплую ванну. Вымыли взрослого семилетнего парня, как маленького, завернули в большое пушистое полотенце, уложили отдохнуть – и расстроенный Стас моментально уснул.

Его родители тихо вышли из комнаты и только закрыв за собой две двери – детской и кухни – позволили себе перестать притворяться очень, очень спокойными.

– Я пойду к директору! – Петька бухнул по столу кулаком.

– Как так получилось, Петя? – пригорюнилась Женя. – Ромка же нормально отучился в той же самой школе!

– Ромка… – Петя со скрежетом отодвинул стул, сел и потер лоб. – Ромка был первоклашкой – когда? Двенадцать лет назад. Я тогда в институте за копейки горбатился, мы едва концы с концами сводили, помнишь? Был у нашего Ромки кожаный ранец с отдельным кармашком для смартфона? Белых рубашечек в шкафу целый ряд, чтобы менять их каждый день? Пиджачки и жилеточки с вензелями, физкультурная форма от лучших спортивных брендов? Сто рублей на карман каждый день? На булочки с пирожками! Нет, у Ромки этого всего не было. У Стаса есть. А у его одноклассников-однокашников нет! И в барбершопах они не стригутся! И по-французски ни бельмеса, и ножом-вилкой не пользуются – котлеты в рот руками пихают, была бы только котлета!

– Петь, ты теперь что предлагаешь – мимикрировать под среду? – Женя смахнула слезу и расправила плечи. – Забыть французский, стричься под машинку, есть руками, одеваться в китайскую дрянь с вещевого рынка?

– Не поможет уже.

– Не поможет.

Они согласно помолчали.

– Как там про свиное рыло говорится? – муж поглядел в окно – небо хмурилось, у подъезда, огибая прикативший в неурочный час Петькин джип, лавировала бабка с набитой сумкой-тележкой.

Почему они не сменили дом и район, когда достаток стал выше среднего?

– Не суйся со свиным рылом в калашный ряд, – послушно подсказала Женя.

– Ну и с калачами, я так понимаю, в ряду с потрохами делать нечего, – вздохнул Петька.

– Свиное рыло – это не потроха, а скорее субпродукт, – привычно заспорила Женя – и осеклась. – Но смысл аллегории ясен… Что будем делать, Петь?

– Ну, это же очевидно, Жек, – муж ей улыбнулся. – Нужно менять или мальчика – или его окружение. Французским мы, я так понимаю, жертвовать не можем? Значит, пожертвуем этой школой. У нас в районе есть новая, платная, как ее там? Шоко-школа! Давай-ка в нее…