Неудачная карьера мегеры - Дарья Донцова

– Где она? – громко спросил Михаил.

Я вздрогнула. Неужели я ошиблась? Технологии развиваются стремительно, а мне лет пять назад предлагали работу на телевидении. Вероятно, сейчас отсутствие электричества не помеха для съемок.

– …! – ответил Виктор. – Вот коза! Поперлась не в тот коридор!

– …! – разозлился Михаил. – Не сообразила, что надо идти на свет? Что у бабы с головой?

– Да ладно тебе, – протянул Витя, – побродит, испугается и назад побежит!

– И сколько нам эту … ждать? – повысил голос Михаил. – …!

Я подошла к стене, за которой шел диалог. Так, понятно! Коридор змеился, и в конце концов я очутилась там, где начинала свой путь. Только меня от студии отделяет перегородка. Похоже, она не капитальная, поэтому звуки беспрепятственно проникают через нее.

– Давай посидим спокойно три часа, – посоветовал Виктор, – у нас столько времени запланировано на съемку. Ведьма потычется в разные углы, поймет, что в темном коридоре ничего нет, и пойдет куда надо.

– Ненавижу дур, – от всей души высказался продюсер, – и редакторов-кретинов.

– Приходится работать с теми, кого наняли, – по-прежнему терпеливо среагировал Осокин, – расслабься. Сейчас с Людой побалакаем. Алло, слышь меня?

– Ага, – произнес вдалеке женский голос.

– Ты где? – осведомился Виктор.

– Там, куда вчера велели идти. По коридору до конца и налево, в спальне. Свет горит. Если она дверь в комнату открывать начнет, я спрячусь. Ася велела под кровать залезть, но она очень низкая, а пол грязный. Можно я под стол заберусь?

– Валяй, – велел Михаил, – только шумни как следует. А то у нас героиня дебилка, может не догадаться повсюду нос засунуть.

– Ага, – ответила Людмила, – тоска здесь.

– Тебе за работу платят, – огрызнулся продюсер.

– Миша, ты что, на этом шоу стал психом? – спросила Людмила. – Сколько с тобой, Копылов, работаю, никогда тебя таким не видела. Чё случилось?

– ПМС у него, – заржал Виктор.

– Идите вы …! – заорал Михаил.

Потом раздался грохот и стало тихо.

– Во дает, удрал, – произнес незнакомый мужской голос, – Милка права, Мишка стал дерганым.

– Да он долго в простое был. Потом активировался и три проекта дерьмово снял, – вступил в беседу еще один парень, – мне тут в уши насвистели, что Копылову сказали: «Если еще раз говно снимешь, мы с тобой больше не работаем». Костян, нам, операторам, легче. Всегда найдем, как денежки заработать, да хоть свадьбы снимать будем. А ему куда? Ну, и между нами говоря, Копылов не лучший. Он начинал на первом, потом его оттуда выперли, Мишаня пристроился на НТВ, там его не долго продержали, он перебрался еще куда-то. Не вверх двигался, а вниз катился. В последние годы Копылов на ютюб-каналах работал. Там деньги маленькие. Как он живет? Поэтому и истерит сейчас, хочет снять супершоу, а как всегда дерьмо получается.

– Лёха, у Михаила семьи нет, – отрезал Константин, – ни детьми, ни женой он не обзавелся. Отец у него был известный писатель или журналист. У Копылова квартира в центре, дача, машина клевая. Какие у него проблемы, а? Вот ты как живешь? Только о себе заботишься?

– У меня ипотека! Еще за двоих пацанов садик оплачиваю, – вздохнул Костя, – и теща заболела. У Ленки мать хорошая, всегда нам помогала. Сейчас ее лечим. Только врачи по ОМС прямо деньгоотсос! Операцию сделали и в руки тебе глядят: сколько дашь?

– Идея-то шоу неплохая, – подал голос Виктор, – берем звезду среднего размера. С первым эшелоном такое не проделать, да и надоели одни и те же морды на экране. Нужен свежак. Писательница прекрасно подошла.

Я схватилась рукой за стену. Так! Съемочная группа знает, кто такая Виола Тараканова? Любовь мне пообещала, что про меня будет знать только пара человек, но операторы в курсе.

А за хлипкой стеной продолжали беседу.

– Знаешь, Витя, – засмеялся Алексей, – я не удивился, когда Михаила на проекте увидел, но поразился, что ты – режиссер! Ты, Осокин, шикарную карьеру сделал, все топовые проекты сейчас твои, на фига тебе барахло у Гончарова снимать, а? И заработок не тот, которого ты достоин.

– Лёха, денег много не бывает, – засмеялся Виктор, – у меня сейчас три проекта параллельно в работе, пока я на коне, надо бабло рубить. А насчет Арины Виоловой… Она участвовала в разных проектах, книги ее читают, в Инстаграме подписчики есть, не затасканная на ТВ личность, а с другой стороны, не новичок в студии, вела программы, правда, малоуспешные.

– Под стать нашей ведущей, – хмыкнул Константин, – две козы.

– Тсс, – прошипел Лёша, – ты знаешь, кто у нее муж. Марго ничего совсем бездарного не делает. Повторяет, что ей «ухо» говорит, старается, и внешне не полный ужас.

– Ага, половина кошмара, – развеселился Костя.

– Мне Маргарита нравится, – высказался Виктор, – милая, нос не задирает, пальцы не растопыривает. И шоу-то, по идее, рейтинговое. Да, есть съемки в студии, но основная часть за кадром! Героиня об этом не знает. Вспомните, как круто мы сняли все на кладбище! И беседу про шантажиста тоже.

Я села на грязный пол. Вот оно что! В эфире покажут все мои ночные приключения.

– Ну, не все гладко прокатило, мы ожидали, что писательница сядет в свою машину, – напомнил Алексей.

– Верно, – согласился Виктор, – но…

– Она нацепила какие-то офигенные ботинки и понеслась на них, как на реактивной тяге, – перебил его Константин. – Ой, не могу! Я оборжался! Сидим на погосте, спрятались, пэтээска вся в камуфляже, и тут Витя звонит: «А-а-а! Писательница улетела!»

– Ты у меня спросил: «Реально? На метле?» – засмеялся режиссер. – Кость, это лучший вопрос года!