Три проблемы для Золушки - Джанет Иванович

Меня не заботили такие формальности, как постучать к ней дверь. Вместо этого я просто ворвалась в гостиную, притоптывая ногами, размахивая руками, и воскликнула:

- П-п-проклятье, к-к-ак х-х-холодно!

Мери Лу ползала на карачках и подбирала маленькие пластиковые машинки и человечков, которые выглядели как пожарные краны.

– Может, тебе стало бы легче, попытайся ты надеть пальто.

- Я была у родителей, а тут нарисовался Морелли, и мне пришлось смываться через заднюю дверь.

- На это я не куплюсь, - заявила Мэри Лу. – Если бы ты только что была с Морелли, на тебе отсутствовало бы не только пальто.

- Я же серьезно. Боюсь, он мог бы пожелать меня арестовать.

Двухлетка Мери Лу, Майки, проковылял из кухни и вцепился в ногу Мери Лу бульдожьей хваткой.

На расстоянии дети вполне ничего, но я совсем не в восторге от их запашка, когда они подбираются близко. Полагаю, что когда они принадлежат тебе, тогда все воспринимается по-другому.

- Тебе, наверно, стоит перестать отстреливать парней, - посоветовала Мери Лу. – Ты настреляла уже кучу парней, и, в конце концов, копы из-за этого разозлились.

- Именно этого типа я не застрелила. Так или иначе, мне пришлось улизнуть из дома, оставив пальто и все остальное.

Ленни с их четырехлеткой сидели перед телевизором и смотрели повтор «Мунстеров» (сериал, о котором уже упоминалось в предыдущей книге. – Прим.пер.). Ленни – он ничего, но в некоторой степени болван. Мэри Лу всегда западала на таких типов, предпочитая мускулы в ущерб мозгам. Не то чтобы Ленни был полным тупицей. Просто никогда не стоит его смущать компанией Лайнуса Полинга (известный химик и борец за мир, дважды Нобелевский лауреат – Прим. пер.)

Мери Лу свалила кранообразных человечков в пластиковую корзину для белья, которая была полна игрушек, и двухлетка издал вой. Он плакал навзрыд, ручонки его сжимались и разжимались, протягивались неизвестно к кому. К Мери Лу, полагаю. Или, может, к игрушкам, которые убирали на ночь. Он ревел, широко раскрыв рот, глаза превратились в щелочки, а между всхлипами он пронзительно визжал:

- Нет, нет, нет!

Мери Лу достала крекер из кармана и дала его Майки.

Майки запихал крекер в рот и продолжил выть, одновременно жуя и потирая глаза пухлыми кулачками. Размокший крекер смешивался со слезами и соплями малыша, прокладывая путь к его волосам и размазываясь по лицу. Коричневая слюна ползла по щекам и пачкала рубашку.

Мери Лу одарила Майки взглядом типа «иди сюда, посмотри-ка на что ты похож».

– Майки устал, - пояснила она.

Как я уже говорила, детишки издали хороши, но не думаю, что они когда-нибудь заменят хомяков.

- Мне нужен твой телефон, чтобы позвонить домой, - предупредила я Мери Лу.

Она вытирала кашицу подолом рубашки.

– Сама возьми.

Я набрала номер с телефона на кухне, пытаясь слушать сквозь шумиху из гостиной Мери Лу.

- Морелли еще там? – спросила я матушку.

- Он только что ушел.

- Ты уверена? Он нигде там на улице не болтается?

- Я слышала, как отъехала его машина.

Я позаимствовала у Мери Лу свитер и припустила в дом родителей. Срезала через двор и медленно прошлась по подъездной дороге, чтобы проверить улицу. Улица выглядела чистой. Морелли не было. Я проследовала обратно до кухонной двери и соизволила войти.

- Ну, - встретила меня матушка, - что случилось?

- Меня-то никто не застанет улепетывающей от такого красавчика, как Джо Морелли, - заявила Бабуля. – Думаю, я знаю, что делать с таким мужчиной.

Думаю, я тоже знаю, что с ним делать, но, наверно, кастрировать копа будет противозаконным.

- Ты ведь не дала ему с собой кусок торта, верно? – спросила я матушку.

Матушка выставила подбородок на долю дюйма вперед. – Я отдала ему весь торт. Это было меньшее, что я могла сделать, после того как ты бросила его здесь на произвол судьбы.

- Весь торт! – завопила я. – Как ты только могла? Мне ни кусочка не досталось!

- Вот что случается, когда ты сбегаешь. И как мне было узнать, где ты? Может, тебя похитили. Может, с тобой случился психический припадок, и ты бродишь, потеряв память. Откуда мне знать, что ты вернешься и захочешь торт со специями?

- У меня были причины сбежать, - причитала я. – Совершенно оправданные причины.

- Какие такие причины?

- Морелли собирался меня арестовать… возможно.

Матушка глубоко вздохнула.

– Арестовать тебя?

- Есть небольшая вероятность, что меня могут подозревать в убийстве.

Матушка перекрестилась.

Бабуля и близко не выглядела столь же расстроенной.

– На днях по телевизору показывали женщину. В одном из этих ток-шоу. Она говорила, что ее арестовали за травку. Она рассказывала, что когда тебя арестовывают, то копы запирают тебя в маленькой камере, а потом сидят и наблюдают за тобой по скрытой камере, ожидая, когда же ты пойдешь в ванную. Она еще говорила, что там металлический стульчак без единого пятнышка в одном углу, и на нем нет сиденья для унитаза или ничего такого, и это туда ты должна ходить. А еще стульчак стоит лицом к камерам наблюдения, так что у них всех очень хороший обзор на все, что ты делаешь.

Желудок у меня провалился, и перед глазами замелькали маленькие черные точки. Я уже прикидывала, сколько у меня деньжат на счету в банке, и хватит ли их на билет в Бразилию.

Бабулино выражение лица отдавало коварством.

– Женщина в телевизоре сказала, что перед тем, как тебя арестуют, нужно выпить кучу «Каопектейта» ( средство от расстройства желудка – Прим. пер.). Тогда с тобой все будет в порядке, и тебя закупорит так, что ты сможешь подождать, пока тебя выпустят под залог.

Я опустилась на стул и сунула голову между колен.

- Вот что случается, когда работаешь на родственничка твоего отца, - подвела итог матушка. – Ты ведь умная девочка. И тебе нужна приличная работа. Тебе стоило бы стать школьной учительницей.

Тут я вспомнила о малыше Мери Лу с крекером, застрявшим в волосах, и почувствовала себя гораздо лучше в роли охотницы за головами. Посмотри, ведь могло быть и хуже, подумала я. Я могла бы работать школьной учительницей.

- Мне нужно домой, - сказала я, извлекая свое пальто из шкафа в прихожей. – Завтра у меня много работы. Хотелось бы пораньше лечь спать.

- Вот, - произнесла матушка, вручая мне сумку с продуктами. – Немного мясного хлеба. Хватит, чтобы сделать сэндвичи.

Я заглянула в сумку. И вправду мясной хлеб. И никакого торта.