Смерть на выбор - Росс МакДональд

— Джо там нет, — коротко сказал Марио.

— Откуда вы знаете?

— Чувствую.

Шрайбер встал, пожав массивными плечами.

— Вам лучше вернуться домой и лечь в постель. Не знаю, что вы там чувствуете, но выглядите вы неважно.

Мы с Марио сели в мою машину и направились в Пасифик-Пойнт. Безмятежно раскинувшийся на склонах холмов город освещали последние лучи уходящего за горизонт солнца. Кое-где уже зажглись первые огоньки. Ослепительно белые днем, дома, окутанные красноватой закатной дымкой, окрасились в розовый цвет. Кругом царила тишина, и лишь откуда-то сзади доносились тяжелые ритмичные вздохи моря.

Я был рад хоть на время удалиться от моря, не слышать его немолчного рокота. Но радость моя оказалась недолгой. Марио, который не желал ехать домой, затащил меня в бар — опять-таки на набережной. За парапетом глухо, точно усталое сердце, билась волна. Однако массивная дверь бара, закрывшаяся у нас за спиной, оставила шум снаружи.

Пожилой тучный официант встретил Марио у входа и пожал ему руку, по-женски запричитав при виде его лица. Он посадил нас за столик в глубине зала и зажег красную свечу, вставленную в горлышко винной бутылки. Бутылка была густо покрыта потеками стеарина от других таких же свечей. Застывшие красные ручейки походили на запекшуюся кровь. Я вспомнил Даллинга в луже крови на полу. Сейчас он уже, наверное, лежит на полке в морге или на анатомическом столе, с крестообразным разрезом на груди. Я видел его только вчера, но мне казалось, что это было давным-давно и где-то далеко отсюда.

Официант кончил обмахивать стол краешком грязной салфетки.

— Что вам принести, джентльмены? Ужин или только напитки?

Я заказал бифштекс и бутылку пива. Марио — двойное виски без содовой.

— Съешьте что-нибудь, — посоветовал я. — Иначе сразу опьянеете.

— У нас сегодня хорошее минестроне, Марио, — поддержал меня официант.

— Мне надо приберечь аппетит на потом, — объяснил тот. — Мама ждет меня к ужину.

— Может быть, вы ей позвоните? — предложил официант.

— Нет, не хочу с ней сейчас говорить.

Официант ушел, переваливаясь на плоских ступнях.

— Что я ей скажу? — спросил Марио, ни к кому не обращаясь. — Яхта погибла, а ведь она предупреждала меня — не покупай, не покупай. А я, дурак, не послушал, дал Джо себя уговорить. Все деньги на нее ухнул, а теперь что? С чем я остался? С дыркой в кармане. А ведь мог купить долю в этом вот заведении, знаете? Я же здесь всю осень барменом проработал, с клиентами ладил отлично. Со стариком Джорджем — тоже. Он скоро на покой уйдет, и я мог бы сесть на его место, а не в лужу, как сейчас.

В голосе его послышались плаксивые интонации, точно заказанное им виски разобрало его еще до того, как он его выпил. Джордж принес наши напитки, и Марио замолчал. Я оглядел заведение, часть которого могла бы принадлежать Марио. С украшениями здесь явно перебрали. Гирлянды цветных ламп над стойкой бара, оленьи головы на стенах, чучело меч-рыбы, фотографии знаменитых бейсбольных команд, аляповатые горные пейзажи, немецкие пивные кружки с затейливыми финтифлюшками — у меня зарябило в глазах. На подставке, укрепленной над дверью в кухню, орел со сверкающими стеклянными глазами терзал чучело снежного барса. Чтобы довершить все это великолепие, не хватало только чучела его автора.

— С яхтой — дело паршивое, но это еще полбеды, — мрачно продолжал Марио. — Что я скажу ей насчет Джо? Он у нее всегда в любимчиках ходил. Она просто с ума сойдет, если решит, что он утонул. В детстве она нас до трясучки доводила своими страхами, когда отец долго домой не приходил. Для нас чуть не облегчением было, когда старик умер у себя в постели.

— Вы сказали, у вас такое чувство, что Джо на яхте нет. Почему вы так думаете?

Он залпом выпил свое двойное виски и постучал стаканом по столу, требуя повторить.

— Джо хитер как лиса. Черта с два такого поймаешь. Он еще в школе из магазинов таскал — и хоть бы раз попался. А на вид — святая невинность, примерненький младший братик. Я тоже однажды попробовал какую-то ерунду стащить из лавки и сразу угодил в колонию, а мать сказала, что я опозорил семью. Я, а не Джо!

Официант принес ему виски и сказал, что мой бифштекс вот-вот будет готов.

— И потом, — продолжал Марио, — этот паршивец плавает как рыба. Он когда-то спасателем работал на пляже. Вообще, кем он только не был! Но все больше темными делами занимался. Я очень даже догадываюсь, где он сейчас. Не на яхте, нет, и не на дне морском. Улизнул, как всегда, а я теперь расхлебывай.

— Куда он мог улизнуть в море?

— Он просто бросил «Королеву», если хотите знать мое мнение. Он за нее пять сотен заплатил, а я — полторы тысячи. Что для него пять сотен — тьфу! Он большие деньги делает. Вывел ее в море и бросил, чтобы все подумали, что он утонул. А на самом деле его снял, наверное, тот малый, у которого крейсерская яхта в Энсенаде… — Он вдруг осекся и испуганно посмотрел на меня.

— Торрес, — подсказал я как можно небрежнее.

Его синяки и ссадины служили ему маской, за которой можно было скрыть все что угодно. Он нарочито медленно допил второй стакан виски и запил его водой из другого. Губы его при этом слегка подрагивали.

— Не знаю я никакого Торреса, — прошепелявил он. — Я все это на ходу придумал, чтобы объяснить, как он мог яхту бросить.

— А зачем ему было все это затевать?

— Посмотрите на мою морду и пораскиньте мозгами. Меня они отделали только за то, что я его брат, — других причин не было. А с ним самим что бы сделали? — На этот вопрос он ответил сам, повернув сжатые кулаки в разные стороны, словно сворачивая голову цыпленку.

Принесли мой бифштекс. Я запил то, что мог съесть, остатками своего пива, а Марио заказал третье двойное виски. Его уже начало разбирать, и я решил, что больше не дам ему пить. Однако мое вмешательство не понадобилось.

В баре собирались посетители. Они входили по одному или по двое и в основном располагались на табуретах у стойки. Сидя в ряд, они напоминали насаженных на вертел рябчиков. Я пытался поймать взгляд официанта, чтобы получить счет, когда в зал вошел еще один мужчина. Он остановился на пороге, держа руку на ручке двери, и стал внимательно оглядывать посетителей. Могучего телосложения, в шляпе с высокой тульей, он был похож на принарядившегося фермера. Наконец взгляд его уперся в забинтованную голову Марио, и он решительно зашагал к нам.

Полуобернувшись на стуле, Марио тоже заметил его.

— Черт! — пробормотал он. — Помощник шерифа. Здоровяк положил руку ему на плечо.

— Я так и знал, что ты здесь. Ну, что там за история с твоим братом? Куда он подевался? Решил сменить адрес, а? — Марио неохотно подвинулся, и помощник шерифа грузно опустился на стул рядом с ним.

— Я знаю не больше вашего, — буркнул Марио. — Джо мне о своих планах не докладывает. — Он чуть отодвинулся от полицейского, словно чураясь любого контакта с законом.