Судить буду сам - Кирилл Казанцев

Сам Данилин в это время вновь направлялся в Наковальское, заранее предчувствуя полное фиаско с выполнением указаний генерала Чубареева. Хорошо, если обойдется одними лишь упреками, без откровенной брани и каких-либо демаршей, наподобие несанкционированных митингов.

Прибыв на улицу Герцена к дому сорок, он постучал в калитку и, увидев крепыша в годах с умным, спокойным взглядом, неожиданно внутренне ощутил какое-то облегчение. С умным человеком всегда легче общаться, даже если он не очень настроен на общение.

Представившись и показав удостоверение, он попросил у хозяина дома разрешения с ним побеседовать.

– Ну, побеседовать – это можно, – сдержанно кивнул тот, выходя на улицу. – Если, конечно, беседа не будет такой, как недавно провели с племянником Усачевых Кириллом… – Федор окинул опера внимательным, изучающим взглядом.

– Я сегодня утром был у Кирилла… – нейтральным тоном уведомил Юрий. – Случай, конечно, безобразный. Начальник областного УВД намерен наказать виновных.

– Ну да, ну да… – усмехнувшись, поддакнул Романцов. – Объявит устный выговор с «тысяча первым китайским» предупреждением.

– Думаю, что нет… В лучшем случае, виновных просто выгонят с работы. Но не исключено, что заведут уголовные дела, тогда серьезного наказания им избежать не удастся, – пытаясь вывести завязавшийся диалог на конструктивную основу, уверенно предположил Юрий.

– Знаете, был тут у нас начальник угрозыска капитан Денисяхин… – Задумчиво глядя на прыгающих у обочины дороги воробьев, Федор говорил негромко, но жестко и категорично. – За зверское избиение ни в чем не повинных людей его выгнали с работы, осудили. Правда, всего на два года и условно, хотя один из избитых им полгода спустя скончался. Сегодня он работает начальником угрозыска в Запрудинке уже в звании майора. Вы можете дать гарантию, что там, в Запрудинке, вчера вечером никому не переломали ребра?

Это было, что называется, ударом ниже пояса. С учетом настроения собеседника, ни о каком «конструктиве» и речи быть не могло. Теперь нужно было просто выполнить все положенные формальности, полагавшиеся в ходе проверки алиби потенциального подозреваемого.

– Я сегодня собираюсь там побывать, и если Денисяхин действительно превысил свои полномочия, то на сей раз ему точно не поздоровится, – Юрий сказал это для того, чтобы хоть как-то закруглить эту часть разговора. – Но вы же наверняка догадываетесь, что я к вам приехал не просто так… – он многозначительно посмотрел на Федора.

– Да уж как тут не догадаться? – грустно усмехнулся тот. – Раз до полусмерти «отрихтовали» двоюродного брата парня, загубленного бандитами, то взяться за отца ими же загубленной девчонки – сам бог велел. Только в связи с чем, хотелось бы знать?

– Вы новости смотрите? Наверное, знаете о том, что позавчера на трассе Медногорск – Москва взорвался кем-то заминированный автомобиль «БМВ»? Думаю, что знаете. Есть предположение, что это может быть делом рук определенного круга лиц. Поэтому мне дано указание проверить их алиби, в том числе и ваше. Не возражаете? – утвердительно спросил Данилин.

– Постойте, постойте! – Романцов возмущенно поднял руки. – А каким боком-припеком я могу быть причастен к взрыву этой машины? Вы тогда уж всех подряд на этот счет проверяйте. Вон, баба Поля у калитки греется. Ее проверьте. Это что же, выходит, Кирилла Усачева искалечили из-за той машины?

– Если это вас так интересует, поясню, – набираясь терпения, заговорил Данилин. – Взорван черный «БМВ» с номером, в котором есть три шестерки. Похожая машина фигурирует и в истории с похищением вашей дочери.

– Ах, во-о-о-н оно что!.. – Романцов понимающе покачал головой. – То есть кто-то взорвал черный «БМВ» предполагаемых насильников и убийц. И вот теперь наша «главная защитница» – милиция готова есть землю, чтобы найти и покарать виновных. В принципе, что уж тут плохого? Вот только непонятно, почему до сих пор не найдены те, кто погубил мою дочь и ее жениха. Тут милиция оказалась бессильна. Кстати, подозреваю, что во взорванной машине ехали люди очень небедные, не чета нам, рвани заугольной…

– Видите ли, у меня нет времени и возможности вести долгие дискуссии на правовые темы, – досадливо поморщился Юрий. – Но вы должны бы знать, что любое преступление – это всегда преступление. И когда от рук негодяев страдают обычные люди, и когда кто-то берется вершить самосуд. Особенно если он основан на поверхностных подозрениях.

– А наша милиция хоть когда-нибудь копает глубоко, чтобы выявить по-настоящему виновных? – В голосе Федора звучал убийственный сарказм. – Кто доказал, что это Кирилл взорвал ту машину? Но даже если бы это был и он, кто и какое имеет право заниматься рукоприкладством? Искалечили парня, и не только его одного. Видимо, эти «потерпевшие» из «БМВ» много зла людям причинили, раз по всей области прошли аресты. И почти половина, кого сцапали менты, ходит с побитыми мордами. И тут не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, откуда ветер дует. Видимо, блатных бандюганов кто-то взорвал за их поганые дела, но эти бандюганы – из каких-то особенных… Верно? Дружки убитых рассказали милиции, где и какие подлости они творили, и милиция, вместо того чтобы арестовать их самих, начала хватать тех, кому эти твари беду принесли.

– А… Вы откуда знаете про аресты? – Данилин был ошарашен осведомленностью своего собеседника и его весьма неординарной проницательностью.

– Ребята знакомые в Интернете прочитали. Сегодня ко мне заходили, говорят, что есть даже фотографии тех, кто получил в милиции «урок правовых знаний», – иронично уведомил Романцов.

– М-да-а-а… Ну, так это или не так, но я попросил бы вас сообщить мне, где вы были и что делали позавчера, примерно с двенадцати до восемнадцати часов дня, – чувствуя, что подозреваемый без проблем загоняет его в тупик, спросил Юрий уже без каких бы то ни было околичностей.

– До двух был дома – это все соседи подтвердят, а потом, до самого вечера, был на рыбалке – ездил на Ужовку, – совершенно спокойно сообщил Федор. – Кстати, свидетели есть и там.

– Мы можем туда съездить? – Данилин указал на свою машину.

Пожав плечами, Романцов поднялся с лавочки и молча направился к «Калине», стоявшей невдалеке. Машина помчалась по проселкам, где – вдребезги разбитым тракторами, где – уже поросшим травой. Всю дорогу и Данилин, и Романцов молчали, как если бы перед этим, на лавочке у калитки, растратили весь свой словарный ресурс. Через полчаса езды меж прибрежных холмов и откосов, в обрамлении местами песчаных, местами травянистых берегов, яркой синевой блеснула извилистая полоса реки.

Остановившись невдалеке от Василия Спиридоновича, стоявшего с удочками на своем излюбленном месте, Юрий заглушил мотор и, выйдя из кабины, направился к старому рыбаку. Федор не спеша следовал за ним. Услышав вопрос незнакомца, из которого явствовало, что тот в чем-то собирается уличить такого отличного мужика, как Федор Романцов, старик измерил любопытствующего неприязненным взглядом, после чего авторитетно заявил: