Обреченные невесты - Тед Деккер

— И слава Богу.

— Да уж. Шизофрения же расстройство мысли. Эта форма психоза обычно становится заметной у людей примерно двадцатилетнего возраста. Считается, шизофрения связана с уровнем допамина и серотонина в головном мозге, но вообще-то никто толком не знает, что тут главное — химический дисбаланс или мозговые рецепторы.

— А вы хорошо подготовлены.

— Я читаю медицинскую литературу. Ученые и врачи блуждают в тумане, вы уж поверьте. Большинство психических заболеваний, в том числе шизофрения, обнаруживают себя в форме маний: например паранойи или мании величия; галлюцинаций — визуальных, слуховых и так далее; иных мыслительных расстройств, связанных с формированием идей в человеческом мозге. Замедленная речь, хаотический поток мыслей, невнятность — что-то в этом роде. Вы меня понимаете?

— Да. — Брэд успел проникнуться к Птичке уважением.

— Шизоаффективное расстройство — это, в основе своей, сочетание умственного расстройства, например биполярного, и шизофрении. Это я просто раскрываю смысл некоторых терминов. У меня умственное расстройство — биполярное, но я не сумасшедшая.

Она соскользнула с ручки стула на подушку сиденья.

— Итак, чем я могу быть полезна?

Сидя на диване, вглядываясь в ее карие глаза, вслушиваясь в четкую речь, Брэд видел совершенно другую женщину по сравнению с той, какой она предстала всего несколько дней назад.

— Сегодня утром мы обнаружили новую жертву. Девушку зовут Мелисса, она всего на два года моложе вас — ей чуть больше двадцати.

Птичка молча смотрела на него.

— Она была мертва. Убийца обескровил ее и предоставил нам найти тело.

— Не очень приятная картина. — Птичка поежилась.

— Согласен.

Она откинулась на спинку стула и скрестила ноги.

— И кто мог пойти на такое? — Взгляд ее затуманился и скользнул в сторону.

У Брэда запершило в горле.

— Раньше мы думали, что убийца как-то связан с Центром Благополучия и Разума, но вроде ничего не вытанцовывается.

— В таком случае почему вы обратились ко мне?

— Честно? Сам до конца не знаю. Просто так мне моя печенка подсказывает. И еще Элисон кое-что на днях говорила. — Брэд скрестил ноги как Птичка. — Не расскажете про свой дар?

— То есть вы хотите сказать, про галлюцинации. — Она пристально посмотрела на него.

— Элисон утверждает, что это не галлюцинации.

— Так то Элисон, ее тут нет. А есть мы с вами. Вы же не будете утверждать, что верите в призраков?

— Нет. Не буду. Но я хорошо знаю, каким сильным бывает воображение и инстинкт. В моем деле компьютер гораздо точнее анализировал бы и раскрывал суть улик, если бы человеческие исчисления не были важнее. Инстинкт. Печенка. Я не верю в призраков, но верю в то, что некоторые люди наделены исключительной способностью восприятия.

— Латентное торможение, — кивнула она.

— Иными словами…

— Почему вы боитесь женщин?

— Виноват…

— У вас на пальце нет кольца.

— Так я не женат, но…

— Вы очень следите за прической и ногтями.

Он автоматически посмотрел на свои пальцы.

— На вас те же брюки, что и во вторник, а в квартире ни пылинки. Если бы вы могли заставить себя поверить женщине, вы пустили бы ее в свой мир, но в нем очень много того, что нуждается в защите. В нем слишком много порядка и комфорта. Диван ваш обит алой тканью, окно позади вас открыто в иной мир, и если вы домчитесь до него со скоростью сто пятьдесят километров в час, окажетесь в астрале вместе с ангелами, а они предложат вам чашку чаю перед встречей с Раушем.

— С Раушем?

— Да.

Они замолчали и отвернулись друг от друга. Брэд даже представить не мог, что это за мифологическое существо — Рауш. Впрочем, это и не имеет значения.

— Черный, — возразил он. — Мой диван обит черным бархатом.

— Извините, — покраснела Птичка. — Насчет дивана у меня просто вырвалось. Я не собиралась говорить об этом вслух.

«Но насчет остального, — подумал Брэд, — все правильно. И теперь она просто пользуется моей заминкой, чтобы уточнить детали».

— А в остальном я почти не ошиблась, — заговорила Птичка. — Хотите знать, откуда я все узнала?

— Пожалуй.

— От призраков.

— Вы… — Он покосился налево, куда Птичка только что глянула. — Вы видите призраков?

— Не сейчас. Хотя один из них действительно прошел мимо окна три минуты назад. Впрочем, все это только мое воображение.

— Выходит… Ничего не понимаю. Может, просветите?

— Время от времени благодаря латентному торможению в моем воображении возникают «призраки». — Она показала кавычки пальцами. — Сознание большинства людей подавляет внешние раздражители — виды, звуки, запахи, идеи, ощущения. Оно сосредоточено только на том, что полагает в данным момент критически важным. То есть действует как фильтр. Латентное торможение — это перцепционный фильтр сознания.

— А низкий уровень торможения, или, как вы говорите, латентное торможение, — сбой в работе фильтра?

— Творческие люди — художники, писатели и так далее — часто видят больше других. И не все из того, что они видят, — реальность. Я смотрю на вас и вижу многое, что другие с первого взгляда пропускают. Я смотрю в окно и вижу другую вселенную. Кое-что из того, что я вижу, вымышлено, кое-что реально. Элисон считает, высокий уровень развития позволяет людям с ослабленным латентным торможением эффективно перерабатывать внешние раздражители. Но при отсутствии такого уровня поток мыслей и чувств может оказывать негативное воздействие.

— И тогда окно открывается в другую вселенную…

— Что-то в этом роде.

— А как насчет призрака, которого вы видели несколько минут назад?

— Но ведь были случаи, когда, как мне кажется, я и правда их видела.

— Тем не менее полной уверенности у вас нет, — заметил Брэд. — А со стороны подлинную галлюцинацию отличить от реальности невозможно.

— Нет, тут другое, — произнесла она негромко, словно опасаясь нарушить нечто вроде хрупкого равновесия, установившегося в комнате. — У меня галлюцинаций нет.

Независимо от состояния ее психики Райская Птичка несомненно блестящая личность. Бог нашел нужным поместить в эту слабую оболочку такой ум, что Брэд испытывал нечто близкое к благоговению.

— Что сказать… — пожал он плечами. — Вы совсем не такая, какой я вас представлял.

— Н-да… А кого вы ожидали увидеть — безумного маньяка?

— Нет. — Брэд скрыл смущение за сдержанным смешком. — А вы кого ожидали — монстра?