Кто в списке у судьи? - Джон Гришэм

– Пожалуй, да. Никак не определюсь. Обвинение скандальное, но контакт предоставляет кое-какие вполне убедительные косвенные улики. Учти, это не настоящие доказательства, а просто подозрения, представляющие интерес.

– Обалдеть, Лейси! Ты привлекаешь меня к настоящему расследованию! Обожаю таинственность.

– Ты мой партнер, Даррен. Ты и Сейделл. Это вся команда, понял? Нас всего трое. Пообещай не выпытывать настоящее имя контакта.

– Обещаю, – процедил он, почти не разжимая губ.

– Тогда пошли.

– В дальнем левом углу холла, за стойкой регистрации, находилось кафе. Даррен молча удалился туда, а Лейси вошла в лифт, одна поднялась на третий этаж, нашла нужную комнату и нажала кнопку звонка.

Джери открыла дверь без улыбки и без единого слова. Она кивком пригласила Лейси войти, та вошла и осмотрелась. Номер был тесный, с односпальной кроватью.

– Спасибо, что приехали, – сказала Джери. – Садитесь.

В номере было всего одно кресло рядом с телевизором.

– Вы как? – спросила Лейси.

– Хоть сейчас в гроб!

На Джери уже не было дизайнерского наряда, его сменил старый черный комбинезон для бега, на ногах были видавшие виды кроссовки. Без косметики она выглядела на много лет старше.

– Да сядьте же вы!

Лейси послушно опустилась в кресло, Джери присела на край кровати и указала на бумаги на столе.

– Это мое заявление, Лейси. Оно короткое, я подписалась «Бетти Роу». Вы подтверждаете обещание, что мое настоящее имя никто не узнает?

– Я не могу этого обещать, Джери. Мы это уже обсуждали. Могу гарантировать, что в КПДС никто не пронюхает, кто вы такая, но помимо этого ничего не обещаю.

– Что значит «помимо этого», Лейси?

– У нас сорок пять дней на работу с вашим заявлением. Если найдем фактуру в поддержку ваших утверждений, то выхода не останется, придется обратиться в ФБР или в полицию. Мы не можем арестовать этого судью за убийство, Джери. Это мы тоже обсуждали. Лишить его должности в наших силах, но к тому времени утрата кресла станет для него наименьшей из проблем.

– Вы должны обеспечить мне защиту.

– Мы будем выполнять нашу работу, это все, что я могу обещать. В КПДС ваше имя никто не узнает.

– Я бы предпочла не попадать в его список, Лейси.

– Я тоже.

Джери, засунув руки в карманы, стала раскачиваться взад-вперед, погрузившись в свои мысли. После долгой напряженной паузы она сказала:

– Он опять убивает, Лейси. Этому нет конца.

– Вы говорили, что появилась новая жертва.

– Так и есть. Пять месяцев назад в Билокси, Миссисипи, он убил некоего Ланни Верно. Тем же способом, такой же веревкой. Я узнала причину. Я, Лейси, – не полиция, а я. Я напала на след, оставленный Верно в Пенсаколе более десяти лет назад. Я искала пересечения жизненных путей и нашла. Я, а не полиция. Они ловят ворон.

– Они и про самого Бэнника ничего не знают, – подхватила Лейси. – Как они пересеклись?

– Давняя ссора из-за ремонта в доме Бэнника. Похоже, Верно в пылу перепалки достал револьвер. Жаль, не спустил курок. Бэнник был тогда просто адвокатом, а не судьей, и привлек его к суду за нападение. Привлек – и проиграл. Верно был оправдан, потому, думаю, и попал в список Бэнника. Тот ждал целых тринадцать лет, можете такое вообразить, Лейси?

– Нет.

– Он стал убивать чаще, и это неудивительно. Все серийные убийцы разные, это игра без правил. Бывает, они то разгоняются, то жмут на тормоз. – Она раскачивалась, глядя перед собой, будто в трансе. – А еще он рискует и совершает ошибки. С Верно он едва не попался, когда перед ним вдруг возник невольный свидетель. Бэнник размозжил ему голову, убил, но веревку для этого не использовал. Этот способ у него припасен для избранных.

Лейси еще раз поразилась уверенности, с какой Джери описывает то, чего не видела и, разумеется, не способна доказать. Обескураживающая убежденность!

– Что с местом преступления? – спросила Лейси.

– О нем мы мало что знаем, поскольку ведется следствие и полиция ничего не разглашает. Второй потерпевший – местный строитель с кучей друзей, поэтому полиция роет землю. Но, похоже, Бэнник, как всегда, не оставил следов.

– Шесть плюс два – восемь.

– Это только те, о ком мы знаем, Лейси. Могут быть и другие.

Лейси взяла заявление Джери, но читать пока не стала.

– Что здесь?

Джери перестала раскачиваться и сонно протерла глаза.

– Только три убийства, последние три. Ланни Верно и Майк Данвуди в прошлом году, Перри Кронк два года назад. Кронк, убитый на островах Флорида-Кис, был владельцем крупной юридической фирмы, видимо, не принявшей на работу Бэнника, который тогда только получил юридическое образование.

– Почему именно эти три дела?

– Дело Верно я выбрала потому, что легко доказывается его связь с Пенсаколой. Он когда-то там жил, я его отследила. Легко, если показать полиции, как это делается. Не надо брезговать старыми судебными делами, перенесенными на электронные носители, и папками со складов. Я все это раскопала, Лейси, и разжевала для копов, чтобы они смогли слепить дело.

– Для этого, Джери, им подавай улики, а не просто совпадения.

– Так-то оно так, но раньше они слыхом не слыхивали про Росса Бэнника. Их надо ткнуть носом, связать разрозненные точки, и уж тогда они разродятся повестками.

– А Кронк? Почему он?

– Это единственный случай во Флориде, и путь туда неблизкий. От Пенсаколы до Маратона десять часов на машине, за один день Бэнник не обернулся бы. Отели, заправка, может, даже авиаперелеты. Тут не останешься незамеченным. У вас получится отследить его перемещения до и после убийства. Загляните в судебные протоколы, посмотрите, когда он вел заседания, когда не вел. Этим обычно и занимаются сыщики.

– Мы не сыщики, Джери.

– Тогда следователи.

– Ну, типа того. – Джери, встав, потянулась и подошла к окну. – Кто тот человек, которого вы привезли с собой?

– Даррен, мой коллега.

– Зачем он вам?

– Так я собираюсь работать, Джери. Теперь я босс и диктую правила.

– Да, но могу ли я вам доверять?

– Не доверяете – обратитесь с заявлением в полицию. Все равно его место там. Я не просила у вас это дело.

Неожиданно Джери закрыла ладонями глаза и заплакала. Этот взрыв эмоций поразил Лейси, она почувствовала себя бессердечной и даже ощутила собственную вину в том, что ее собеседница так расстроилась. Перед ней была хрупкая, беззащитная женщина.

Лейси принесла ей из ванной салфетки и подождала, пока она успокоится. Джери вытерла лицо и сказала:

– Простите меня, Лейси. Я на пределе, не знаю, на сколько еще меня хватит. Я думала, что опущу руки раньше.

– Ничего страшного, Лейси. Я сделаю все, что смогу, обещаю вам. Обещаю сохранить ваше инкогнито.

– Благодарю.

Лейси посмотрела на часы. Она находилась здесь всего восемнадцать минут,