Кто в списке у судьи? - Джон Гришэм

– Думаете, он крадется по вашему следу?

– Не знаю, просто стараюсь свести риск к минимуму.

– А как вы думаете, есть шанс, что Бэнник проведал о вашем интересе к нему? Вы говорите о восьми убийствах, Джери. Вы прочесали большую территорию.

– Думаете, я об этом не беспокоюсь? Восемь убийств за двадцать два года, и это не предел. Я говорила с сотнями людей, чаще всего впустую. Конечно, не исключено, что какой-то знакомый студенческих лет предупредил Бэнника о женщине, задающей вопросы, но я никогда не называю свое настоящее имя. Да, какой-нибудь коп из Литл-Рока, Сигнал-Маунтин или Уилмингтона может сообщить про частного детектива, охотящегося за старыми делами об убийствах, но при чем тут я? Я очень осторожна.

– Тогда чего беспокоиться?

– Он необычайно умен и терпелив. И потом, я не удивлюсь, если он в какой-то момент пойдет по собственным следам.

– В каком смысле? – спросила Лейси, немного подождав.

– Станет возвращаться туда, где убивал. Сами знаете, так поступали Тэд Банди[3] и другие серийные убийцы. Бэнник не так беспечен, но он может следить за полицией, узнавать, что происходит со старыми делами, справляться, не проявляли ли к ним интерес.

– Каким же это образом?

– По Интернету. Ему ничего не стоит взломать полицейские файлы и мониторить происходящее. Те же частные детективы, если хорошо им платить, будут на вас работать и помалкивать.

У Лейси завибрировал телефон.

– Все в порядке? – спросил Даррен.

– Да. Еще десять минут. – Положив телефон, она посмотрела на Джери. Та опять вытирала лицо, опять раскачивалась, как в трансе. – Ну, Джери, считайте, что ваше заявление принято. Пошел отсчет времени.

– Меня будут держать в курсе?

– Как часто вы хотели бы, чтобы мы с вами связывались?

– Ежедневно.

– Нет. Я буду давать знать когда и если у нас будет продвижение вперед.

– Оно непременно должно быть, Лейси, вы обязаны остановить Бэнника. Я сделала все, что могла, и уже выдохлась. Я физически, эмоционально, финансово истощена, просто дошла до предела. Мне не верится, что теперь, на этой стадии, можно зайти в тупик.

– Я буду вас уведомлять, даю слово.

– Спасибо, Лейси. Только, пожалуйста, не забывайте об осторожности!

Глава 16

В субботу 22 марта, прекрасным теплым днем, Даррен Троуп, двадцативосьмилетний холостяк, не собирался корпеть на работе. Десять лет назад он, приехав в Таллахасси, стал студентом и целых восемь славных лет изучал экономику и юриспруденцию. Сейчас у него тоже не было планов удаляться от университетского кампуса и от всех радостей, которые он сулил. Но Даррен был увлечен Лейси Штольц, своей новой начальницей, и когда та велела ему явиться в офис в субботу в десять утра с хорошим кофе, Даррен был на месте даже раньше. Он принес и обыкновенный кофе, для Сейделл, третьей участницы их «рабочей группы». Как самый молодой ее член Даррен отвечал не только за кофе, но и за всякие технические средства.

Остальным сотрудникам Лейси запретила наведываться на работу в субботу утром, хотя столпотворения там не произошло бы и без ее запрета. Все обычно разбегались в пятницу в полдень, так о какой же субботе могла идти речь? Не успеешь оглянуться, как пробьет девять утра понедельника.

Троица сошлась в комнате для совещаний рядом с директорским кабинетом. Даррен, возивший своего босса на встречу с «контактом» в среду, уже кое-что знал и очень хотел узнать больше. Сейделл, мертвенно-бледная, болезненная, похожая на привидение – это был ее обычный облик последние семь лет, – подъехала к столу в своем самодвижущемся инвалидном кресле, вдыхая кислород.

Лейси вручила им по экземпляру заявления Бетти Роу, и они молча его изучили. Сейделл, вдохнув очередной раз, произнесла:

– Эта то, о чем вы говорили?

– Именно.

– Бетти Роу – та загадочная особа?

– Да, она.

– Можно поинтересоваться, при чем тут вы? Пускай обращается к парням при оружии.

– Я пыталась отговорить свидетеля от подачи заявления, но потерпела неудачу. Она боится идти в полицию из-за страха перед Россом Бэнником. Она уверена, что может стать одной из его мишеней.

Сейделл бросила недоуменный взгляд на Даррена, и оба продолжили чтение. Когда они закончили, тишина еще долго не нарушалась. Наконец Даррен сказал Лейси:

– Ты сказала «мишени». Много их еще?

Лейси с улыбкой ответила:

– Пока трупов минимум восемь: три жертвы упомянуты в заявлении, есть и еще пять. По версии Бетти, убийства начались в девяносто первом году и продолжались, пока пять месяцев назад не был убит Верно. Это то, что ей известно. Она считает, Бэнник не уймется и может забыть про осторожность.

– Она специалист по серийным убийцам? – осведомился Даррен.

– Не знаю, как становятся экспертами по таким вопросам, но она – знаток. Она преследует – это она так говорит, не я – Бэнника уже больше двадцати лет.

– Почему она этим занялась?

– В девяносто втором году он убил ее отца, жертву номер два.

После этих слов Лейси Даррен и Сейделл долго не отрывали глаз от стола.

– Ей можно доверять? – спросила наконец Сейделл.

– В чем-то – вполне. Она считает, что Бэнник убивает из мести и ведет список потенциальных жертв. По ее мнению, это методичный, терпеливый и очень толковый человек.

– Что говорит о нем наше досье? – спросил Даррен.

– Почти безупречный послужной список, ни одной жалобы, высокий рейтинг у адвокатов.

Сейделл, подышав кислородом, сказала:

– Раз это месть, то он знал всех своих жертв.

– Да, знал.

Даррен хмыкнул, обе женщины посмотрели на него, и он сказал:

– Извините, но у меня не выходят из головы другие четыре дела, которыми я сейчас занят. Одно касается девяностолетнего судьи, который уже не может добраться до суда. Наверное, он не в состоянии самостоятельно дышать. Другой судья, выступая в Ротари-клубе, комментировал дело на его рассмотрении.

– Все ясно, Даррен, – сказала Лейси. – Все мы сталкивались с подобными делами.

– Знаю, прошу прощения. Просто когда всплывает сразу восемь убийств…

– Не восемь, в заявлении говорится только о трех.

Сейделл заглянула в свой экземпляр заявления:

– Возьмем первые два, Ланни Верно и Майк Данвуди. Как был связан с ними Бэнник?

– С Данвуди – никак. Майк просто появился на месте преступления вскоре после убийства Верно. С Верно Бэнник конфликтовал в суде Пенсаколы тринадцать лет назад. Верно, выиграв, угодил в его черный список.

– Почему Бетти выбрала это дело?

– По нему ведется расследование. Убито сразу двое. Копы Миссисипи могут что-то знать.

– Что с третьим, Перри Кронком?

– Это дело тоже еще не закрыто, и оно – единственное во Флориде. Бетти утверждает, что у полиции Маратона нет зацепок. Бэнник знает, что делает, он не оставляет следов, не считая удавки на шее задушенного.