Ледяной лабиринт - Марина Серова

– Михаил Васильевич, – задумчиво произнесла Ася. – Это наш историк. Да, мы вполне могли его видеть. А первый похож на нашего завкафедрой Николая Терентьевича. А зачем вам они?

– Ася, ты знала, что Кирилл играл в покер на деньги? – Я сомневалась, что он говорил ей об этом, но она могла что-то замечать.

– Нет. – Она казалась искренней. – Его часто не было вечерами, но он брал смены в магазине, не хотел зависеть от дяди. Мы копили деньги на Москву. – Она осеклась, пытаясь не заплакать.

– Да, все так и было, – я поспешила утешить девушку. – Просто иногда он еще играл и, видимо, проигрывал крупные суммы. Если ты вспомнишь что-нибудь, не важно что, неприятные звонки, странных приятелей или что-то в этом роде, пожалуйста, сообщи мне.

Она снова согласно кивнула и быстрее, чем я сумела сориентироваться, скрылась из виду. А я так надеялась на ее пропуск! Ничего сложного в том, чтобы пройти в институт, не было. Это все-таки не режимный объект, и при должной доле обходительности и удачи можно проникнуть куда угодно.

Пропускная вертушка и рамка металлодетектора упирались в обычный письменный стол, который вместо списывания рачительные завхозы предпочитают оставлять на вахте.

– Здравствуйте! – предварительно вытащив паспорт, обратилась я к охраннику. – Я к Николаю Терентьевичу, заведующему кафедрой. Мне назначено, меня ждут, – уверенно отрапортовала я, не забывая благодушно улыбаться.

– Сейчас я вас запишу, и вы распишитесь, – важно пробубнил мужчина, чей представительный вид был во многом обусловлен его хмурым лицом и медленной манерой двигаться. – Вот тут, – указал он колпачком шариковой ручки в тетрадь учета.

Я расписалась, попутно стараясь просмотреть список фамилий отметившихся. Николай Терентьевич был тем, кто забрал ключи от триста двенадцатой аудитории в девять пятнадцать сегодня утром. Его фамилия была проста и приятна русскому уху – Иванов.

– Не подскажете, это мне сейчас куда? – сделала я невинную мину. – Сто лет в этом корпусе не была. – Весь мой вид просто кричал о том, как мне неловко его отвлекать.

– Вам на третий этаж, через рекреацию пройти. Там сразу увидите, – напутствовал меня мужчина в форме.

Кафедра общей психологии действительно находилась сразу за небольшой зоной отдыха, устроенной на перекрестье коридоров. Навстречу мне из дверей как раз выходил Николай Терентьевич в сопровождении своего удачливого в картах друга.

– Николай Терентьевич! Михаил Васильевич! – поприветствовала я обоих, пожалуй, излишне бодрым тоном.

После секундной паузы Михаил Васильевич насупился и настороженно уставился на меня. Николай Терентьевич, напротив, свою обеспокоенность прятал за улыбкой и суетой в движениях.

– Татьяна, если память меня не подводит? – осведомился он, протягивая мне руку.

– Совершенно верно, – согласилась я. – Хорошо, что я застала вас двоих на месте. Даже не представляю, где бы я вас здесь искала.

– Мир не без добрых людей, кто-нибудь бы сжалился обязательно, – съехидничал Михаил Васильевич.

– Чем обязаны счастью видеть вас? – галантно отводя меня в сторону от кафедры, поинтересовался Николай Терентьевич.

– Нам нужно поговорить. И сделать это желательно до того, как прокуратура узнает о вашем вкладе в организацию незаконной игорной деятельности.

– Мы ничего не организовывали! – отрезал Михаил Васильевич. – И угрожать нам не нужно!

– Ваш студент убит, и одной из причин был карточный долг. – Я откровенно блефовала. – Вам еще предстоит доказать, что это не вы втянули его в эту историю. Может быть, хватит препираться? Я пришла с миром, а не с угрозами. – Глупо было начинать разговор именно с них, но я понадеялась на удачу, обещанную мне костями. Сейчас для нее было самое время.

– Что скажете, Михаил Васильевич? – сверкнул лысиной завкафедрой. – Послушаем девушку?

– Послушаем, – мрачно согласился историк.

– Прошу вас, – снова засуетился Николай Терентьевич. – Мой кабинет напротив. Нам же не нужны лишние уши? – Он попробовал рассмеяться, но вышло неуклюже.

Кабинет заведующего кафедрой был маленьким помещением с длинным переговорным столом, занимавшим почти все пространство. Сбоку от кресла стоял книжный шкаф, сзади находилось окно, которое укрывали массивные жалюзи.

– Располагайтесь, Танечка. Что же вы хотели спросить у нас? – Мерзкое ощущение, что надо мной издеваются, только что подтвердилось.

– В самом деле, Татьяна, – неожиданно весело поддержал его друг. – За спрос денег не берут.

– Да, это не входная ставка в клубе, – поддержала я. – Так давно вы промышляете азартными играми?

– Я бы использовал другое описание, если вы не возражаете, – хозяин кабинета скрестил перед собой руки. – Мы с Михаилом Васильевичем заходим время от времени сыграть партию или две.

– Дайте угадаю. – При иных обстоятельствах мои собеседники могли бы произвести хорошее впечатление. – Вы редко играете и только в прошлый раз на деньги?

– Как быстро вы схватываете суть, – снова поддел меня историк. – А скажите мне, любезная Татьяна, почему мы с вами вообще должны разговаривать?

– Может, потому, что я веду дело о гибели Кирилла Зябликова? Я была бы вам признательна, если бы вы прекратили ерничать и рассказали мне все, что знаете. Как вы вышли на клуб «Джокер»? Как долго продолжаются ваши посещения? С кем еще из ваших студентов, помимо Кирилла, вы там встречаетесь?

– Можно ваше удостоверение? – протянул руку Николай Терентьевич. – Это шутка такая? – спросил он, передавая мое удостоверение Михаилу Васильевичу.

– Я знал, что мы зря теряем время. – Он вернул мое удостоверение и собрался уходить.

– Вам все равно не уйти от этого разговора. Если не со мной здесь и сейчас, то со следователем, но тогда огласки и дисциплинарного взыскания вам не избежать. – Взгляд Михаила Васильевича все еще был недоверчивым. – Руслан уже дает показания, установить, что вы были одними из посетителей его клуба, – минутное дело. Мой вам совет, поговорите со мной. Змеиться по поводу профессии будете в другое время.

– Попались мы с тобой, Николай Терентьевич, – сказал, возвращаясь на место, историк. – Мы играем уже год с небольшим. До этого просто собирались компанией, но у всех свои дела, как вы понимаете. Наши студенты захаживают, вы правы, но никто не держится долго. Материальное обеспечение, если ты играешь, должно быть больше студенческого бюджета.

– Что насчет Кирилла?

– Пересекались с ним всего пару раз, – настала очередь Николая Терентьевича откровенничать. – Вы должны понимать, Таня, что круг игроков постоянно меняется, нет такого, что в одно время приходят одни и те же лица. Приходят, когда могут себе это позволить и когда дела отпускают. Вот и мы с Михаилом Васильевичем не каждый день в картишки режемся.

– И даже не каждую неделю, – поспешил заверить его друг.

– А что бывает,