Тайна приволжской пасеки - Алексей Биргер

Дверь номера приотворилась, и в номер заглянула хитрая мордочка Осы.

— Я услышала, как вы разговариваете, а мне не спится, — сообщила она. — Да и есть хочется…

— Мы как раз собираемся обедать, — сказал Петькин отец. — А ты как себя чувствуешь? Может, лучше обед тебе в номер принести?

Оса фыркнула:

— Я в полном порядке! Поспала — и все как рукой сняло. Меня ведь только немного просквозило, это ребятам досталось сполна!

— Они еще спят? — спросил Петя.

— Да, как сурки.

— Надо будет договориться в ресторане, чтобы к вечеру им крепкого бульона наверх отнесли… — пробормотал Котельников, как бы для памяти. — Ладно, пойдем поедим, а потом подумаем, что делать вечером. Бимбо, ты остаешься в номере!

Когда они спускались в ресторан и пробили по холлу, им казалось, что все встречные исподтишка бросают на них заинтересованные взгляды. Еще бы! В маленьких городках слухи разносятся быстро, и, наверно, уже пошла молва, что двое взрослых и несколько ребят, остановившихся на третьем этаже, одолели шайку из пятерых матерых бандитов.

Возможно, и официантка именно поэтому была так расторопна и предупредительна. Она торопилась выполнить каждое пожелание путешественников, а, подавая блюда, глазела на них, плохо скрывая свой интерес. Складывалось впечатление, что она с трудом удерживается от того, чтобы начать расспрашивать их, как все это было…

— Мы, похоже, становимся местными героями! — хихикнул Миша. — Скоро нас начнут туристам за деньги показывать, как здешнюю достопримечательность!

— В такой славе есть хорошие и плохие стороны, — сказал Петькин отец. — Мы будем окружены заботой и вниманием, это да. Но иногда этого внимания будет слишком много…

— И мы еще упустили Басмача! — с досадой проговорил Петя,

— И, слава Богу, что мы с ним разошлись миром, не поняв, кто он такой! — возразил его отец. — Представляешь, что было бы, если б он открыл стрельбу, а вы все на палубе и нет времени укрыться? И у меня, как назло, ружье внизу, в каюте. Но он был в более выгодном положении и опередил бы меня, даже если бы ружье было у меня в руках. Ведь он стрелял бы первым, стараюсь застать нас врасплох, пока мы еще не сообразили что к чему! Конечно, мог промазать с первого выстрела… Нет, нет, нам определенно повезло, что ему было выгодней обмануть нас и втихую уплыть подальше, чем попытаться нас убить!

— Интересно, почему он застрелил Корявого у самой лодки, а не возле фермы? — задалась вопросом Оса.

— Я так думаю, чтобы своих обмануть, — ответил Котельников. — Во-первых, трое их подельщиков услышали бы выстрел, если бы Басмач застрелил Корявого возле фермы, и могли догадаться, что Басмач дает деру, прихватив все деньги. Во-вторых, если бы трем бандитам, обложившим амбар, удалось выкарабкаться из передряги и уйти, то Басмач, вновь встретившись с ними, всегда мог бы сказать, что догнал Корявого возле самого катера, когда Корявый уже садился в катер, чтобы уплыть со всеми деньгами, пристрелил Корявого как предателя, а потом собирался вернуться на помощь друзьям, но, услышав по выстрелам и голосам подоспевших людей, что им уже ничем не поможешь, вскочил в катер и ушел, чтобы не погибнуть самому… Если бы его друзья спаслись, он бы предстал перед ними чистеньким и беленьким! Да, в звериной хитрости Басмачу не откажешь… Но давайте оставим эту тему, она портит аппетит.

— Ты собираешься сегодня еще раз навестить командора? — спросил Петя.

— Да, посижу с ним немного, поболтаю, чтобы он не чувствовал себя заброшенным и одиноким. Он терпеть не может болеть и просто бесится от тоски, когда оказывается прикованным к постели…

— Можно мы пойдем с тобой?

— Пожалуйста! — Петькин отец сделал знак официантке, что они пообедали и можно подавать счет. — Я думаю, он будет только рад.

— А вечерком можно будет сходить в парк аттракционов, — предложил Миша.

— Боюсь, он уже будет закрыт, — сказал Петькин отец, поглядев на часы. — Ничего, успеете натешиться! Нам еще торчать тут и завтра, и послезавтра.

Он бросил быстрый взгляд на счет, поданный официанткой, достал из бумажника несколько купюр и положил их на стол.

— Пошли! — Петькин отец встал из-за стола, ребята вслед за ним.

Выходя из ресторана, ребята оглянули и, по довольной улыбке официантки, провожавшей их взглядом, поняли, что Котельников-старший оставил ей щедрые чаевые.

— Поднимемся наверх, проведаем наших добрых молодцов — и к командору! — сказал Котельников. — А потом можно погулять по городу. В таких маленьких городках открывается много интересного, когда не спеша их осматриваешь. Тут своя жизнь, очень своя.

— Такое впечатление, будто тут никогда ничего не происходит, — сказала Оса.

— Видели мы, как здесь ничего не происходит! — расхохотался Миша.

— Нет, я имею в виду… Ну, я имею в виду, что ничего не происходит в обычной жизни, когда живешь изо дня в день, — постаралась объяснить девочка.

— В жизни каждого места есть свои тайные течения, свои темные пятна, — задумчиво проговорил Петькин отец. — Мы здесь чужие. Если мы здесь немножко пообвыкнемся, то, возможно, разглядим, сколько здесь происходит трагедий, скрытых от постороннего глаза. Я думаю, командор мог бы порассказать… Кто знает, что происходит за стенами частных домов, отгороженных от мира заборами и резными ставнями?.. Но светлого все равно всегда больше! — бодро добавил он.

Ребята призадумались. Слова Петькиного отца о вершащемся тайно и тихо, незаметно от чужого глаза, напомнили им о Басмаче, который прячется где-то неподалеку, уходя от погони. Интересно, где он затаился? И вправду ли он может еще раз вернуться на ферму? Когда они снова о нем услышат? И что именно? Что его поймали? Или что он совершил очередное преступление — и опять ушел? У них возникло странное тревожное чувство, которое бывает после сильных переживаний — «отходняк», как определил бы его Миша. И можно ли было верить этой смутной тревоге, которая нашептывала им быть начеку, в ожидании удара из-за любого угла?