Игра души - Хавьер Кастильо

– Эй, парень! Как ты обращаешься с гостями? А ну-ка, выходи и помоги этой прекрасной молодой леди.

Мирен поблагодарила его улыбкой и некоторое время ждала признаков жизни на кухне, но напрасно. Профессор остался сидеть за столом, пытаясь уложить у себя в голове, что этот мальчик – брат Джины, и удивляясь, как, черт возьми, Мирен удалось узнать, что он работает здесь.

– Итан, это важно, – сказала она наконец. – Возможно, ты поможешь нам разобраться кое в чем.

Мирен напряженно ждала, боясь, что парень может убежать в любой момент и навсегда скрыться из виду.

– В этом нет ничего плохого, Итан. Пожалуйста. Уверена, ты сможешь нам помочь, – произнесла она и затем добавила: – Это насчет Джины.

Дверь тихонько приотворилась, и из-за нее показались сначала пальцы, затем ухо и, наконец, обеспокоенное лицо парня.

– Вы из полиции? Откуда вы знаете, как меня зовут? – неуверенно спросил он. – Я больше не хочу ни с кем разговаривать. Я ничего не знаю. Я уже рассказал все, что мне известно.

– Из полиции? О, нет. Не беспокойся на этот счет. Мы просто пытаемся понять, что произошло с Эллисон, и хотим задать несколько вопросов жителям этого района. Ее тело было найдено всего в трехстах метрах отсюда. Мы знаем, что Джина тоже пропала здесь. Где-то по дороге к своему парню, недалеко от того места, где… Где ты видел ее в последний раз, недалеко отсюда, рядом с мостом, в Непонзите. Мы просто… пытаемся понять, есть ли какая-то связь между этими двумя случаями. Вот и все.

– Связь?

– Мы знаем, что и Джина, и Эллисон учились в «Институте Маллоу». В твоей школе, – добавила Мирен.

Итан кивнул и облокотился на стойку. Старик рядом весь обратился в слух.

– Ты не против, если мы поговорим наедине? – прошептала Мирен, наклонив голову и кивнув в сторону старика, чтобы показать, что тот подслушивал.

– Мистер Дэвис, можно я закончу немного раньше? До конца смены всего пятнадцать минут.

Старик уже собирался возразить, но понимал, что новых гостей не будет, а те, что сидели в кафе, уже заплатили по счетам. И тут Мирен пустила в ход предложение, от которого невозможно было отказаться:

– Мы оставим пятьдесят баксов чаевыми.

– Ладно. Но не говори Луизе, что я отпустил тебя раньше времени. Она меня убьет.

– Не беспокойтесь, мистер Дэвис, – искренне ответил Итан и, смотря ему прямо в глаза, добавил: – Большое спасибо.

Итан снял фартук, аккуратно сложил его и вышел из-за стойки. Он подошел к столу, за котором сидел профессор, подождал, пока Мирен займет свое место, затем придвинул стул и сел. Теперь они были достаточно далеко от мистера Дэвиса и могли быть уверенны в сохранности своих секретов. Профессор смотрел на Итана. Это был высокий молодой человек с тощими ногами, но хорошо развитой спиной, которая напомнила ему самого себя в молодости, когда он входил в сборную факультета по гребле. По смуглому лицу были рассыпаны веснушки, волосы растрепаны, а в голубых глазах ярко отражался свет, падавший из окна напротив.

– О чем вы хотели спросить? – тихо спросил Итан.

– Я Мирен Триггс, – представилась Мирен, пытаясь посеять в нем хоть какое-то семя доверия, – журналистка «Манхэттен пресс», а это… Джим Шмоер… – Она замялась, подбирая подходящее прилагательное, которое могло бы подойти практически для всего. – …Независимый журналист-расследователь. Мы работаем над статьей об Эллисон и говорим с местными жителями, чтобы составить себе… более четкое представление о произошедшем.

– И при чем тут Джина? Зачем вам понадобилось ворошить все сейчас? Я не хочу… Не хочу снова возвращаться к этому.

– Как я уже сказала, нам кажется, эти случаи связаны. Это правда. Хотя пока мы не понимаем как, и именно поэтому нам нужна твоя помощь.

– Как вы меня нашли?

– В «Фейсбуке», – ответила Мирен. – Это было несложно. Тебе стоило закрыть профиль. Еще у тебя на странице написано, что ты встречаешься с некой… Деборой, если мне не изменяет память.

Итан отрицательно мотнул головой и опустил глаза.

– Эллисон училась в моем классе, но, пожалуйста, я… Я не имею к этому никакого отношения.

– В твоем классе?

– Да. Она перестала ходить на занятия неделю назад. Мне это немного напомнило то, что произошло с Джиной, но… Не знаю. Моя сестра… Ее так и не нашли. Семье Эллисон… по крайней мере, будет где ее оплакать.

– Тебе, наверное, было очень тяжело расти без нее.

– Тяжело? Вы не знаете моих дядю и тетю. Представляете, что это такое, молиться Богу и благодарить его за каждую тарелку на столе, когда он отнял у тебя родителей и сестру? Бог – тот еще сукин сын. Ему на нас наплевать. Я живу с двумя психами, которые только и делают, что вылизывают ему одно место. Бог не смотрит, на кого направляет свои кары. Он просто поднимает палец и… приказывает: «Ты, страдай». И с тобой в конце концов происходит все, что только может произойти. Мои родители погибли за несколько месяцев до исчезновения сестры. Дядя и тетя говорят, это происки дьявола. Если это так, я ненавижу Бога за то, что он сидел и равнодушно смотрел на все.

– Твои дядя и тетя – глубоко верующие?

Итан наклонился над столом и прошептал:

– Они фанатики. Чертовы сектанты. Такие же, как в школе. Я жду окончания года, чтобы никогда больше туда не возвращаться. Потом с тем, что мне удастся заработать здесь, мы с Деборой сразу уедем.

– «Институт Маллоу» настолько религиозный? Я знала, что это центр христианского образования, да, но никогда не представляла, что это настолько… мрачное место.

Парень настороженно оглянулся и снова опустил глаза. Казалось, он боится говорить.

– Религиозный? Вы там были? Там молятся перед каждым уроком, молятся во дворе. Если ты совершаешь какой-нибудь грех, преподобный, который там за директора, накладывает на тебя епитимью. И если ты ему не нравишься, она может быть ужасной. Я уже сбился со счета, сколько раз мне приходилось проходить по двору на коленях. Меня он ненавидит.

– Епитимью? – переспросила Мирен, не веря своим ушам.

– Наказания за грехи, – пояснил профессор. – Они служат чем-то вроде… искупления.

– Это самое худшее, что есть в Маллоу. Можете спросить у любого. Хотя сомневаюсь, что кто-то вам что-то расскажет. Нам запрещено говорить о том, что происходит в стенах школы. Однако старшеклассникам это все уже порядком надоело… И они частенько нарушают правила. Некоторые курят травку. – Итан замолчал, наклонился над столом и прошептал: – И даже занимаются сексом. И преподаватели это знают. Они не