С чистого листа - Татьяна Полякова

– Зачем?

– А мое ты можешь назвать?

Он вновь усмехнулся:

– С десяток. И что с того? Время идет, и именаменяются. Меня когда-то называли Счастливчиком, правда, недолго. Теперь кудачаще зовут Путником.

– Что? – едва не заорала я.

– Значит, кое-что ты все-таки помнишь, – судовлетворением кивнул он.

– Ни черта. Кончай валять дурака и объясни, чтопроисходит.

Он откинулся на спинку стула и с минуту внимательно меняразглядывал.

– В какой-то книжке я вычитал историю про парня,который однажды, возвращаясь с работы, едва не погиб. У него была прекрасная женаи двое ребятишек, был дом, машина, деньги в банке и уверенность в будущем. Дотой поры, пока упавший кирпич едва не прекратил все это. В то мгновение онвдруг понял, что жизнь случайна и от него ничего не зависит. Тогда парень сел вближайший поезд и отправился на другой конец страны. Жена, так и не дождавшисьего с работы, долгих пять лет искала его, а когда нашла, выяснилось, что у негоопять хорошая работа, красавица жена и двое детей. Знаешь, что мне нравится вэтой истории? Он сделал открытие, что жизнь не то, что нам кажется, и неспятил. Он приспособился. Примерно то же самое произошло со мной. Теперь твояочередь.

Я выбросила вперед руку и ухватила его за горло. Наверное,для меня это явилось куда большей неожиданностью, чем для него.

– Попробуешь еще пичкать меня дурацкими историями, и ятебе шею сверну, – сказала я.

– Не сомневаюсь, – с трудом ответил он и, кажется,действительно не сомневался. Но страха в нем не было, уважение – да, но нестрах, и это окончательно сбило меня с толку.

– Кто ты?

– Ни друг, ни враг. Скорее наблюдатель. – Яразжала руку, не желая, чтобы на нас обращали внимание. – Помогать тебе яне стану, – откашлявшись, заявил он. – Выплывай как можешь. Это будетсправедливо. Но и вредить тебе я не намерен.

– Медиум произнесла одно слово: «Дэви». Что этозначит? – спросила я, понемногу успокаиваясь. На этот раз он разглядывалменя очень долго, покачал головой и сказал:

– Ну, если ты и этого не помнишь, значит, плохи твоидела. Антиквар мертв, и рассчитывать на помощь тебе не приходится.

– Ты знаешь, кто его убил?

– Нет. У тебя так много врагов, что это мог сделать ктоугодно. Впрочем, если он это сделал, значит, он очень сильный враг.

– Я справлюсь, – сказала я с усмешкой. – Нестану благодарить тебя за беседу, раз от нее нет никакого толка. Трави и дальшесвои байки, если найдешь желающих их слушать. Не знаю, чем я тебе досадила, ноесли я тебя не помню, то ты этого и не стоишь.

Глаза его полыхнули гневом, но он тут же отвел взгляд иусмехнулся.

Расплатившись за пиво, которое так и не попробовали, мыочень скоро оказались на улице.

– Отправляйся домой, – сказал мне Павел. – Ая дождусь этого типа и побеседую с ним по-своему.

– Не уверена, что это хорошая идея, – ответила я.

– Почему?

– Он не производит впечатления парня, с которым легкосправиться.

– А я произвожу? – сердито спросил Павел.

– Не злись. Лучше подумай: если я ничего толком о себене знаю, как мы отличим правду от вранья?

– Что-то я не понимаю…

– Он может побаловать тебя очередной байкой, вот и все.Теперь понял? Я не склонна доверять словам этого типа, что бы он ни говорил.

– Тогда что ты предлагаешь?

– Для начала хочу кое-что проверить. Ночной поездотправляется в мой родной город через три часа.

– Я поеду с тобой, – заявил Павел.

– У тебя нет документов. Оставайся в моей квартире,завтра я вернусь.

– Нет. Одну тебя я не отпущу. Может, этот тип иразвлекался, рассказывая нам небылицы, но у меня создалось впечатление, что отвоих врагах он говорил серьезно.

– Ага, но забыл сказать, кто они.

– Билет на поезд я достану, можешь не сомневаться.

– Тогда поехали на вокзал.

Я решила сэкономить, оттого на вокзал мы отправились не натакси, а маршруткой, тем более что времени до отправления поезда было сколькоугодно.

На вокзале я устроилась в зале ожидания, а Павел направилсяк кассам, взяв мой паспорт и деньги на билеты. Я сидела и разглядывала пол.Нелепость происходящего теперь меня скорее злила, чем пугала. Видимо, я началаприспосабливаться. Подумав об этом, я усмехнулась, вспомнив рассказ Путника.Наконец вернулся Павел, сунул мне в руки билеты и устроился рядом. Помолчавнемного, заявил:

– Я очень хорошо понимаю, что ты сейчас чувствуешь.

– Да? Сказать по правде, я ничего не чувствую. Но запонимание спасибо.

Он обнял меня и прижал к себе:

– Может, с мозгами у меня проблемы, но всем твоимврагам я шею сверну.

– Может, твои враги тоже подтянутся, тогда работы утебя прибавится, – невесело пошутила я.

– Справимся.

Я устроила голову на его плече и закрыла глаза, чувствуятепло его тела. Прислушивалась к окружающим звукам и постепенно успокаивалась.Должно быть, я уснула, потому что совсем не помню минут ожидания.

Павел пошевелился, и я открыла глаза.

– Пора? – спросила, зевая.

– Поезд на второй платформе.

…Родной город встретил меня дождем. Зябко ежась, я вышла наперрон и огляделась. Вокзальные часы показывали половину седьмого. Павел взялменя за руку, и мы зашагали в сторону площади.

– Ты так и не сказала мне о своих планах, –заметил он.

– Хочу съездить на кладбище.

– На кладбище? – удивился он.

– Да. Там похоронены мои родители. Это за городом,довольно далеко, от центрального рынка туда ходит маршрутка, но сейчас,наверное, еще слишком рано, придется ехать на такси.

– Может, переждем на вокзале, пока дождь кончится?

– Лучше бы найти какую-нибудь забегаловку, выпить кофе.У меня глаза слипаются.