Пусть она уйдет - Никола Сандерс

– Но ты что-нибудь видела? Пока они работали? – затаив дыхание, спрашивает она.

– Знаешь, что забавно? Я видела на записи Хлою в комнате Эви, когда они были одни, и она просто сама любовь и нежность. Она очень ласково с ней обращалась.

– Ты не думаешь, что она могла знать про камеры?

– Не думаю.

Она протягивает руку.

– Можно я посмотрю?

– Ричард удалил приложение.

Но потом я вспоминаю, как взгляд Хлои упал на плюшевого медвежонка и задержался на нем чуть дольше, чем надо. Могла она знать? Может, она была так мила с Эви потому, что знала о наблюдении?

– Я не знаю, что делать, Роб.

– Ты должна ее выставить. Больше ничего не остается.

Я чувствую, как у меня на глазах наворачиваются слезы.

– Что? Что я сказала?

– Просто ты единственный человек, кто слушает меня. Ты единственная понимаешь. – Вытираю слезы руками. – А еще знаешь что? – Я рассказываю ей про детское фото, которое нашла в чемодане Хлои. – Не Эви, слава богу. Это было бы уже совсем нездорово. Она говорит, что это ее. Но тебе не кажется это странным? Кто таскает с собой свои детские фотографии?

Робин качает головой.

– Что-то с ней не так…

– Вот именно. Но Ричард…

– Ой, да пошел он. Ты должна доверять своим инстинктам. Помнишь Люсиль из школы?

– Конечно.

Люсиль была нашей одноклассницей и подружкой.

– Помнишь, как мы ждали ее после школы, а она все не появлялась? И мы ждали-ждали, и я захотела домой. Мне надоело. Я подумала, что она уже ушла. Помнишь?

Я киваю.

– Но у тебя было предчувствие. Тебя с места нельзя было сдвинуть. Ты была уверена, что что-то не так. Ты так и сказала. Что-то происходит, у меня нехорошее предчувствие. Так что мы продолжили ее ждать, а потом выяснилось, что она случайно заперлась у пожарного выхода. В пятницу вечером. Помнишь?

– Конечно.

Бедная Люсиль. Она была в абсолютной панике. Решила, что застрянет там до понедельника, как, скорее всего, и случилось бы. Она была уверена, что умрет от голода прежде, чем ее найдут.

– У тебя хорошо работают инстинкты, Джо. Всегда так было. Доверься им. Сделай все необходимое, чтобы выгнать ее из дома.

– Но как?

– Не знаю, Джо. Но ты разберешься. Я тебя знаю.

Глава 26

Когда я возвращаюсь, Ричард кормит Эви в гостиной. Они смотрят друг на друг с полным обожанием – таким глубоким, что даже не замечают меня, пока ко мне не подбегает Оскар и не начинает бить хвостом по книжным полкам.

Ричард поднимает глаза.

– Как прошло?

– Хорошо. Все было хорошо. – Я что-то невнятно лепечу про рецепт от доктора, потом про обед с Робин. – Где Хлоя?

– Гуляет с подругой.

– С Роксаной?

– Да, с ней. Расскажи, что сказал врач.

– Она порекомендовала мне препарат. Чтобы справляться с тревожностью.

Я показываю ему таблетки, которые захватила в аптеке по пути домой.

Ричард сосредоточенно кивает.

– Хорошо, хорошо. Почему бы тебе не принять одну и не прилечь?

Мне? Прилечь? Но у меня нет никакого желания ложиться в кровать. Всю дорогу до дома я вспоминала слова Робин: «Доверься инстинктам, Джо. И выгони ее из своего дома».

Я встаю с дивана.

– Доктор Флетчер посоветовала мне посмотреть несколько видеомедитаций, – вру я. – Пожалуй, этим и займусь. А потом отдохну.

– Отличная идея, – отзывается Ричард. – А пока ты это делаешь, я проведу время со своим маленьким ангелом. А потом уложу ее спать.

Он приподнимает Эви так, что она стоит у него на коленях. Она смеется и немножко пританцовывает на месте.

– Я люблю тебя, – целую его в лоб.

Ричард тепло мне улыбается.

– Я тоже тебя люблю, Джо. У нас все будет хорошо, вот увидишь.

Сев за компьютер, я открываю окно браузера и вбиваю имя Дианы. Первой я нахожу статью из архива местных новостей, опубликованную через неделю после ее гибели в ноябре 2013 года. В ней не очень много информации – только что женщина упала с третьего этажа своего дома рядом с Базлидоном и умерла мгновенно.

Я никогда раньше не видела фотографий их дома. Он великолепен. Тут есть и снимок трехуровневого, напоминающего свод церкви холла, явно взятый с сайта агентства по недвижимости. Огромный размер зала поражает.

Женщина из Эссекса, 35 лет, погибла после падения с балкона.

Тридцатипятилетняя женщина скончалась в собственном доме после падения с галереи на третьем этаже. Трагедия случилась, когда муж покойной находился в Испании, в Мадриде. В доме также находилась единственная дочь пары, которой было одиннадцать лет. Женщину нашли лишь утром следующего дня, приблизительно через девять часов после падения, когда местный доставщик принес в дом продукты.

Полиция сообщает, что смерть рассматривается как подозрительная.

Я откидываюсь на стуле. Подозрительная? Первый раз об этом слышу. Сначала Ричард говорит, что Диана умерла после продолжительной болезни, потом это оказался суицид. Но он определенно ничего не говорил про что-то подозрительное.

На этом статья заканчивается, но вскоре я нахожу еще одну, опубликованную четыре месяца спустя в той же газете. Оказывается, изначально полиция предполагала, что в доме находился посторонний, потому что об этом сообщила малолетняя дочь погибшей. Она слышала, что в доме кто-то есть, и утверждала, что непосредственно перед падением матери видела на балконе третьего этажа человека в черном. Впрочем, она была не до конца уверена. Однако обыск и просмотр записей с камер не подтвердили присутствия постороннего в доме, не говоря уже о запертых изнутри дверях. С учетом всех этих фактов, а также юного возраста и шокового состояния свидетельницы полиция отбросила все подозрения.

Расследование, произведенное коронерским судом Эссекса после вскрытия, пришло к выводу, что результатом гибели стало самоубийство.

Пока я читаю, мне не дает покоя одна мысль: почему Диана совершила это, находясь в доме со своей дочерью? Она должна была понимать, что обрекает ее на вечные страдания. Если она действительно решилась на самоубийство, то найти ее должен был Ричард, а не ее маленькая девочка.

Но это – ничто по сравнению с тем, что я узнаю дальше. Эти новости так меня шокируют, что я даже не замечаю появления Ричарда.

– Я только что уложил Эви, – звучит его голос за моей спиной. – Она так устала, бедная маленькая крошка.

Я разворачиваюсь, ощущая, как кровь приливает к лицу.

– Почему ты мне не сказал?

– Чего не сказал?

– Что у вас с Дианой был еще один ребенок.

Глава 27

– Почему ты мне не сказал?

Мы сидим в гостиной. Ричард вернулся из погреба с бутылкой красного вина и двумя огромными бокалами. Я потрясена, насколько у него усталый вид. Предполагаю, что это из-за Эви. Кто угодно будет выглядеть уставшим после целого дня с ней.

Ричард не спрашивает, хочу ли я выпить. Просто наливает бокал и протягивает его мне.

– Знаю, что тебе не стоит пить вместе с таблетками…

Я их не принимала, но решаю ему об этом не сообщать. Беру бокал.

– Спасибо.

Он встает у окна и смотрит на улицу.

– Зачем ты роешься в моем прошлом, Джоанн?

От его ледяного тона у меня сжимается горло. Я сглатываю.

– Я не роюсь! Просто пытаюсь лучше понять Хлою. – Что, в каком-то смысле, правда, но, вероятно, не в том, о котором он думает. – Я пытаюсь узнать ее поближе, чтобы между нами возникло доверие и установились нормальные отношения. И вообще, пары обо всем друг другу рассказывают, разве нет? Я поделилась с тобой своим детством с матерью-одиночкой, а ты рассказал об этом Хлое. Что, кстати, нормально, но Хлоя сейчас больше знает обо мне, чем я – о тебе.

– Тебе доктор подбросил эту мысль? Непременно узнать Хлою получше?

– Ты мне не ответил, – говорю я, уходя от вопроса. – У тебя был еще один ребенок, и он умер. Не могу поверить, что ты мне не рассказал.

Ричард на какое-то время замолкает, а потом присаживается рядом со мной на диване.

– Правда не можешь? Джо, любовь моя… – Он больше не злится. Ричард целует мою ладонь. – Зачем мне рассказывать об этом? Это