Вальсирующие со смертью - Михаил Март

— Докладывай, Иван.

— «Дачник» сидит в забегаловке с новой телкой. Заказали полный стол. Можешь действовать.

— Не упускай их из виду до восьми вечера.

— Постараюсь, но он без машины. На свидание пришел пешком.

— Это ни о чем не говорит. Фотоаппарат у тебя с собой?

— В сумке. Но я не уверен, что справлюсь с такой сложной техникой. Телеобъектив для моего зрения, что бинокль для вороны.

— Не жалей пленку. Мне нужен крупный план. Щелкай сколько влезет. Хоть один кадр, но получится. Конец связи.

Максим убрал телефон на место. Он обошел дачи со стороны леса и находился против деревянного забора, где не было ни ворот, ни калиток. Плотный частокол трехметровых досок не позволял ему заглянуть на территорию дачи. Проникновение на участок дело нехитрое, проблема заключалась в отходе. Он достал из рюкзака гвоздодер и приступил к работе. Две доски были сняты за пять минут. Максим пролез в сад и прикрыл дыру, прислонив доски к перекладине.

Дело осложнялось тем, что со стороны улицы участок прикрывался низким редким штакетником, и любой человек, проходящий мимо, мог заметить постороннего на даче. Максим решил, что в дом проникать ему не нужно. Важно выполнить главное задание при минимальном риске. Вот поэтому он не стал мудрить, а выкопал небольшую яму в двухстах метрах от поселка в орешнике. Отару не обязательно знать о таких мелочах. Главное, что поручение выполнено, а детали его не касаются.

Обследовав сад, он нашел следы раскопок под яблоней, в трех метрах от того места, где он сам откопал труп неизвестной женщины. Перед тем как приступить к работе, Максим заглянул в сарай. Здесь он обнаружил все необходимое для похорон. Даже черную защитную пленку для парников. Она была порезана на куски и сложена стопкой, словно постельное белье в шкафу. Инструмента тут также хватало. За семь лет, проведенных в зоне, Максим повидал немало мокрушников, но «дачник» никак не подходил к этой категории. Человек хладнокровно снимал золотые погремушки с трупов и закапывал в землю, как мусор, завернув в черный полиэтилен. И что же? На следующее утро садился за рабочий стол и допрашивал карманников, называя их преступниками.

Максим не хотел лезть в чужую душу, где ему не дано что-либо понять. Это дело хозяина, тот большой мастак по части психологии, пусть сам копается в чужих мозгах, а он будет копаться в земле.

Труп лежал сразу под дерном. Запах стоял такой, что ветром его могло отнести на соседние участки и поднять переполох среди жильцов. Пришлось поторопиться. Максим не стал разворачивать пленку, а оттащил упакованную покойницу к забору.

Спустя пятнадцать минут мертвец переменил могилу. Она тоже не отличалась особой глубиной, но и здесь бедняжка не найдет своего покоя. Если Нодия сказал, что труп женщины ему нужен, то скоро придется его вновь откапывать.

Максим вернулся на участок, привел все в порядок, убрал лопаты в сарай, притоптал землю и вылез через проем в заборе к опушке леса. Доски он прибил на место, взял рюкзак и побрел к окраине поселка, где его ждала машина.

Старикашка в кроссовках и очках встретился ему на тропинке у колодца. В руках он тащил ведра с водой.

— День добрый, молодой человек.

— Привет, папаша.

— Про обещанные дровишки не забыл?

«Вот память, — подумал Максим. — Только этого не хватало».

— Помню. Как случай выйдет, так завезу. Только деньги готовь сразу. А то вот в какой раз прихожу, а хозяина никак не застану. До сих пор не расплатился. Так что в кредит не отпускаем. Не слишком богаты.

Старик поставил ведра на землю и хитровато ухмыльнулся.

— Судя по твоей машине, паренек, то не богаты. — Он указал холеным белым пальцем на «Жигули», стоявшие в десятке метров на обочине. — Но если ты можешь баловать себя мобильным телефоном, то в деньжатах не нуждаешься.

На поясе Максима висел аппарат, край которого торчал из-за полы пиджака.

— Телефон фирма выдала. У нас гараж частный. И машина гаражная. Разъездная.

Пожилой мужчина подмигнул и взял в руки ведра.

— Удачи тебе, паренек.

«А кому она не нужна», — подумал Максим.