Веселая вдова - Марина Серова

– Кем же он приходился вашему мужу?

– Просто работал в фирме, – сказала Маргарита. – Менеджером, кажется. Или бухгалтером?

Она посмотрела на меня с какой-то надеждой, словно именно я легко могла подсказать, в какой именно должности числился в конторе ее мужа Валера Горбачев…

– У квартиранта вашего на лице никаких родинок нет? – Мои подозрения лопались как мыльные пузыри.

– Нет, никаких, – покачала она головой.

– Ну, вы, может быть, просто не замечали? – не отставала я.

– Уважаемая Татьяна, – улыбнулась Маргарита. – Я же художница! Черты лица запоминаю очень хорошо. И мельчайшие детали всегда отмечаю. Нет, мой квартирант – человек совсем другого типа, чем тот, кого вы описали. И из всех людей, кого я знаю из бывшего окружения Василия, под ваше описание подходит разве что Валера.

– Хорошо, что это за Валера? Чем он сейчас занимается? Где живет? – забросала я женщину вопросами.

– Понятия не имею, – разочаровала она меня.

– Ну, может быть, кто-то из ваших общих знакомых может подсказать, где его найти? – с надеждой спросила я. – Остался же кто-то из общих знакомых?

– Подождите, подождите, – забормотала Маргарита себе под нос, вспоминая. Она посидела, наморщив лоб, некоторое время, а потом сказала: – Из общих знакомых – не знаю, кого вам рекомендовать, а вот Даша, наверное, знает.

– Кто такая Даша? – насторожилась я.

– Это его невеста, – пояснила Маргарита Владимировна. – Во всяком случае, была ею два года назад. Мы как-то ездили с Василием на день рождения Валеры – он нас пригласил, – так вот, отмечали его как раз дома у Даши. А где живет сам Валера, я не знаю. Мы с ним тесно не общались.

– То есть вы с Валерой с тех пор, как арестовали вашего мужа, не виделись? – уточнила я.

– Почему не виделась? – вдруг огорошила меня Маргарита. – Виделась. Он приходил ко мне.

– Когда? – опешила я от столь неожиданного поворота дела. – И зачем?

Но Маргарита Владимировна, по-видимому, не увидела в этом ничего странного. Она спокойно продолжала отвечать на мои вопросы.

– Зимой, – сказала она.

– Зачем? – вырвалось у меня.

– Зачем? – Она задумалась. – Ну, он говорил, что пришел проведать, выражал свои соболезнования по поводу смерти Василия… Говорил, что муж мой просил его меня навестить.

– Вот как? – Чем дальше шла беседа, тем больше я изумлялась. – Значит, они поддерживали связь?

– Валера сказал, что был у Василия в тюрьме незадолго до его смерти, – голос Маргариты задрожал.

– Так, и о чем вы еще говорили? – Тон мой стал более сухим и деловым.

– Ну… Так, о жизни, – неопределенно повела плечами Маргарита. – Да! Еще он меня про дачу спрашивал.

– О чем именно? – оживилась я.

Я уже практически бесповоротно уверовала в то, что Валера Горбачев – именно тот человек, которого я разыскиваю. Ведь все совпадает!

– Спрашивал меня – где она? Как дачу найти? А я ему рассказала, что я уже год как ее продала.

– Он не объяснил, почему так интересуется?

– Нет, не сказал. А я не спрашивала.

Маргариту Владимировну, конечно же, не волновали столь банальные житейские вопросы. Она предпочитала витать в своих творческих эмпиреях.

– И что потом? Вы с ним еще виделись?

– Нет, он больше не заходил, – ответила она.

– Вы случайно не говорили ему, что продали дачу именно Коваленко? – Я прямо почувствовала, как у меня все внутри дрожит натянутой струной.

– Ой, а я даже не помню! – удивленно ответила Маргарита, и я чуть не выругалась вслух, но позволила себе лишь тяжкий вздох.

– Значит, как мне его найти, вы не знаете?

– Не знаю, – призналась Маргарита Владимировна. – Дома у него я никогда не была. Только тогда, однажды, у Даши.

– Так, где живет Даша? – решительно принялась я вытряхивать из этой мечтательной вдовы всю возможную информацию. – Вспоминайте, Маргарита Владимировна, вы же художница! – подбодрила я ее и с легкой ехидцей добавила: – Должны помнить мельчайшие топографические подробности!

– Вот с топографией у меня не очень, – смущенно сказала Маргарита и, увидев, как помрачнело мое лицо, поспешила добавить: – Но Дашин дом я помню хорошо. Он стоит прямо перед Набережной, такая длинная девятиэтажка, там еще сбоку кафе «Айсберг», знаете?

– Знаю, – нетерпеливо кивнула я. – А номер квартиры, фамилия?

– Номера квартиры я, конечно же, не помню. Но зато помню: самый первый подъезд от улицы Некрасова. Четвертый этаж. Просто лифт тогда был сломан, нам пришлось пешком подниматься. Я еще порадовалась, что не очень высоко.

– Маргарита Владимировна, больше никто из знакомых мужа вас не навещал?

– Нет, никто, – сказала Маргарита.

– А до этого визита виделись с Валерием?

– Нет. Когда суд над Василием начался, он куда-то исчез. А потом так же неожиданно появился.

– Понятно, понятно, – задумчиво проговорила я, хотя мне пока мало что было понятно.

Ясно лишь одно: нужно срочно разыскать Горбачева. И я уже собралась было уходить, окрыленная этой новой зацепкой в своем расследовании. Но тут на крыльце послышались шаги, и проем двери на веранду заполнил собою атлетического сложения жгучий брюнет.

Хотя лицо у него было вполне европейское, в манере двигаться и держаться чувствовалось что-то неуловимо азиатское. Густые черные волосы. Правильные черты лица, горделивая осанка. Вот только глаза абсолютно все портили, несколько нарушая приятное впечатление. Взгляд у него был острый. Он ощущался почти физически, будто тебя кто-то сверлит или режет пополам остро отточенной бритвой. Было в этих глазах нечто птичье, ястребиное. Так смотрит хищник, выискивая беззащитную добычу, взлетев высоко в небо над открытым бескрайним полем.

Но с изображенным на фотороботе светловолосым мужчиной с родинкой над левым глазом этот человек не имел ничего общего. Абсолютно! А значит, это не он был в подъезде Коваленко в день убийства.

– Здравствуйте, – громко сказал обладатель ястребиных глаз, увидев меня.

– Здравствуй, Сережа. Сейчас ужинать будем, – оповестила Маргарита мужчину, который спокойно прошел мимо нас в дом.

«Наверное, это и есть квартирант», – подумала я.

– Ну, спасибо вам большое. Извините, что отняла у вас столько времени, – рассыпалась я в любезностях перед хозяйкой.

– Оставайтесь с нами ужинать, – предложил вновь возникший перед моим взором красавец со взглядом ястреба-стервятника, неожиданно растворившимся в доброй улыбке.

– Нет, благодарю вас. Меня, знаете ли, дома ждут, – отказалась я.