Темные кадры - Пьер Леметр

Мое досье о деятельности «Эксиаль-Европы» теперь довольно полное.

Я выучил наизусть организационную схему европейской группы компаний (как и основных акционеров американской группы), держал в памяти ключевые цифры развития за последние пять лет, этапы карьеры основных руководителей, подробное распределение капитала, наиболее существенные даты биржевой истории группы, проекты, особенно те, которые касались территориального сближения нефтеперерабатывающих предприятий с местами добычи и соответствующего закрытия многих нефтеперерабатывающих предприятий в Европе, одно из которых было расположено в Сарквиле. Самым сложным оказалось разобраться в деятельности «Эксиаль». Я потратил две ночи, чтобы освоить базовые понятия в этой области: месторождение, эксплуатация, добыча, бурение, транспортировка, материально-техническое обеспечение… Вначале все это меня пугало, потому что я не очень силен в технике, но мною двигал столь мощный стимул, что постепенно я втянулся. Удивительно, но иногда мне кажется, что я уже там, в этой компании. Я даже думаю, что некоторые ее сотрудники знают о корпорации меньше, чем я.

Я стал выписывать данные на карточки. Сейчас их у меня около восьмидесяти. Желтые для экономических показателей группы и ее биржевых реалий, синие для технических, белые для партнеров. Пользуясь отсутствием Николь, я зачитывал их себе вслух, расхаживая по гостиной. Я весь в этом – техника погружения.

Я зубрил уже четыре дня. Это всегда самый неблагодарный этап: сведения зарегистрированы мозгом, но еще путаются. Через пару дней начнется отсев информации. Я буду готов как раз ко дню испытания. С этой стороны все в порядке.

Исходя из их функций в компании, я начал прикидывать, какие вопросы я смогу задать захваченным в заложники руководителям, – вопросы, которые могли бы выбить их из колеи. Юристы должны располагать конфиденциальной информацией о контрактах с субподрядчиками, партнерами и клиентами; финансисты наверняка в курсе подоплеки переговоров о крупных рынках. Но все это еще довольно размыто, нужна более углубленная и тщательная подготовка, ко дню «Д»[16]я должен быть во всеоружии. Отдельные карточки я сделал для захвата заложников и просмотрел их вместе с Камински.

Вчера я получил первые отчеты от агентства Месташа.

Их чтение повергло меня в настоящий ужас: в своей частной жизни эти люди абсолютно заурядны. Похоже на среднестатистическую выборку зрительской аудитории. Учебы, браки, несколько разводов, дети учатся, опять браки и разводы. Род человеческий иногда просто вгоняет в уныние! Судя по их досье и послужным спискам, к ним ни с какого бока не подкопаешься, потому что они не представляют никакого интереса. Но именно у них я и должен обнаружить слабые места, именно их я должен раздеть догола и выставить напоказ.

Жду Камински. Хоть он и списан со счетов, но сумел воспользоваться срочностью моего дела и выторговать солидную оплату. Стоит он дорого, и с финансовой точки зрения я в глубокой яме, но мне нравится этот тип, он еще крепкий. Моя выдумка про сбор информации для романа продержалась недолго. Я рассказал ему всю правду, что значительно упростило нашу совместную работу.

Он спокойно прочел мои карточки про заложников, которые казались мне столь заурядными, и заметил мое беспокойство:

– Если бы вы прочли карточку про себя самого, то обнаружили бы нечто похожее. А ведь вы не просто безработный – вы готовите захват заложников.

Я это уже знал, но в отсутствие Николь некому сказать мне простые, глупые слова, которые мне нужно услышать.

Итак, я читал и перечитывал карточки. Как говорит Камински, «сколько ни корпи над подготовкой, а как дойдет до дела, действовать придется интуитивно».

С арифметической точки зрения, если признать возможность ошибки в составленном мною списке заложников, мои шансы на успех всего лишь умеренны, а далеко не максимальны. Но я ставлю на тот факт, что, даже если я совершил грубые просчеты при подготовке, ни один из моих конкурентов не будет так же хорошо информирован о личной жизни заложников.