Ты найдешь - я расправлюсь - Джеймс Хедли Чейз

– Во всяком случае, ты не можешь пожаловаться на скуку, – расхохотался Максвелл и, наконец, ушел.

Я принялся уничтожать принесенную мне еду, одновременно размышляя. Я рассчитывал найти у Элен записную книжку с адресами и телефонами ее знакомых, но, если таковая и существовала, ее уже успели взять до меня.

Так что единственное, чем я располагал, это телефоном горластого Карло. Я был знаком с одной телефонисткой из центрального узла связи в Риме. Однажды она оказалась победительницей конкурса красоты, и я написал о ней статью. Официальное знакомство перешло в более интимное, продолжавшееся несколько месяцев. Потом я потерял ее из виду.

Я решил разыскать телефонистку на следующее утро, чтобы с ее помощью узнать адрес Карло. Я рылся в памяти, стараясь припомнить, что говорилось во время наших коротких встреч с Элен.

Что еще мы имеем, кроме Карло? Тут я вспомнил, что она как-то упоминала имя Джузеппе Френци, редактора политической хроники в «Л'Италия дель Пополо», который был моим хорошим товарищем. Надо сказать, что Френци поровну делил все свое время между девушками и хроникой. В своей жизни он ценил только те часы, которые проводил в обществе какой-нибудь красотки. Как-то не верилось в нежную дружбу и платоническую любовь между Френци и Элен. Френци относительно «обработки» женских сердец был специалистом высокого класса, ну, а Элен была не из таких, кто отвечает «нет». Так что Френци мог навести меня на интересный след.

Я взглянул на часы: 11.20. Скоро полночь. Но Френци ложился спать не раньше четырех утра. Я набрал номер его телефона, питая слабую надежду, что он еще не успел уйти из дома.

Мне повезло. Френци сразу же поднял трубку.

– Эд, это ты? Вот сюрприз! Я только что собирался сам тебе позвонить. Я как раз прочел о смерти Элен. Это правда? Она действительно мертва?

– Да, это правда. Джузеппе, мне необходимо с тобой поговорить. Можно к тебе приехать?

– Конечно. Жду.

– Еду.

Я положил трубку, выскочил из дома и помчался к «линкольну». Шел обычный для Рима неожиданно начавшийся ливень. Я юркнул в машину, включил «дворники» и принялся медленно отъезжать от стоянки. Френци жил на виа Клаудия за Колизеем. Мне понадобилось не более пяти минут, чтобы добраться до его дома.

Наверное, из-за дождя движение было не слишком оживленным. Поэтому я безо всякого труда заметил, что одновременно со мной от стоянки отъехала еще одна машина, стоявшая неподалеку от «линкольна». Под сплошной дождевой завесой ее трудно было разглядеть, но когда она поравнялась с фонарем, я узнал все тот же зеленый «рено».

II

Надо сказать, что я, как правило, не подвержен припадкам ярости, но если меня вывести из себя, тогда уже я иду напролом и довожу дела до конца. Так и сейчас, заметив проклятый «рено», я решил выяснить, кто же его ведет, и что за игру он затеял. Пока я ехал впереди, я ничего не мог с ним поделать. Мне надо было отстать с тем, чтобы потом нагнать, прижать к тротуару, заставить остановиться и потолковать с шофером. Если понадобится – набить морду.

Я объехал вокруг Колизея. «Рено» держался в пятидесяти ярдах сзади. Выбрав место потемнее, я ударил по тормозам и прижал свою «тачку» к тротуару.

Застигнутый врасплох водитель «рено» не успел затормозить, и его машина промчалась мимо меня. Было слишком темно, чтобы разглядеть, кто за рулем – мужчина или женщина. Я выжал газ до упора и рванулся в погоню.

Водитель «рено», видимо, сообразил, что я задумал. Реакция у него была хорошая. Он тоже прибавил газу, и «рено» рванул по виа дель Фори Империали, как пуля, выпущенная из винтовки.

Несколько мгновений я думал, что смогу его догнать. Мой бампер был в каком-то футе от его стоп-сигнала. Затем «рено» стал уходить.

Мы теперь делали почти восемьдесят миль в час. Сзади послышался пронзительный полицейский свисток. Впереди виднелась пьяцца Венеция. Я увидел плотный поток медленно движущихся машин, и мои нервы не выдержали. Ворваться на площадь на такой скорости означало неминуемое столкновение и, возможно, со смертельным исходом. Я сбросил газ и затормозил.

«Рено» резко ушел вперед. Он испустил длинный предупреждающий гудок и влетел на площадь, промчавшись на волосок от двух автомобилей и заставив третий выехать на тротуар. Не выключая сигнала и почти не сбросив скорости, «рено» пересек площадь и ушел во тьму, в сторону Тибра.

Снова послышались пронзительные полицейские свистки. Я не горел желанием объясняться с дорожной полицией и к тому же был уверен, что при таком освещении никто не смог разглядеть мой номер. Поэтому я свернул на виа Кавуар, снизил скорость до приемлемой и кружным путем вернулся к Колизею.

Потерять «рено» было досадно, но стиль вождения его владельца был для меня уж слишком экстравагантным. По крайней мере, я хорошенько его пугнул.

Доехав до жилища Френци, я оставил «линкольн» перед входом в дом, сам же поднялся по ступенькам крыльца. Френци незамедлительно открыл дверь.

– Входи. Рад тебя видеть.

Гостиная у него была обставлена богато и со вкусом. Он предложил выпить.

– Нет, спасибо. Не хочется.

Я сел на ручку кресла и внимательно посмотрел на Джузеппе. Он был строен, невысок, темноволос, лицо красивое, умные проницательные глаза. Только вот обычно сияющая его физиономия сегодня была мрачна. Брови озабоченно нахмурены.

– Выпей все же, составь компанию, – настаивал он. – Хотя бы рюмку бренди.

– Ладно, давай.

Разливая бренди, он говорил:

– Скверная история, Эд. В газетах сказано лишь, что она упала с обрыва. Тебе известны подробности? И как она очутилась в Сорренто?

– Была там на каникулах.

Протянув мне рюмку, он взял свою и принялся расхаживать по квартире, на ходу бросая слова. На меня не глядел.

– И все чин по чину? Без фокусов? Я хочу сказать, это действительно был несчастный случай?

Я насторожился.

– Ну, если между нами, – сказал я осторожно, – Чалмерс думает, что ее убили.

Джузеппе нахмурился.

– А полиция? Что она думает?

– Похоже, они разделяют это мнение. Дело поручено Карлотти. Сначала он тоже говорил о случайности, но теперь, если не ошибаюсь, думает иначе.

Не повышая голоса, Френци заявил:

– Готов поспорить, что это убийство.

Я закурил сигарету и откинулся в кресле.

– Что заставляет тебя так думать?

– Да ясно было, что рано или поздно кто-нибудь попытается ее пришить. Она прямо-таки нарывалась на неприятности.

– Подожди. Расскажи, что тебе известно.

Он было заколебался, но потом махнул рукой и сел рядом со мной.

– Мы с тобой добрые друзья, Эд. Мне необходим твой совет. Я сам собирался пригласить тебя еще до того, как ты мне позвонил. Скажи, могу я рассчитывать на твою порядочность?