Куда исчезают поклонники? - Дарья Калинина

Но ответить ей на этот вопрос никто не успел. Вика пошла открывать дверь – и буквально застыла на пороге. За дверью стоял мужчина... Нет, сказать, что это был просто мужчина, значит не сказать ровным счетом ничего. Это был всем мужчинам мужчина. Высокий, широкоплечий, с внимательным взглядом карих глаз и короткой стрижкой густых темных волос. Одет он был в легкие брюки и спортивного вида куртку. На пальце, что сразу заметила Вика, отсутствовало обручальное кольцо.

В следующую секунду всю ее наблюдательность и прочие чувства буквально захлестнуло мощной волной томительного узнавания. Именно этого мужчину она и ждала все эти годы! Это же очевидно! Вот именно таким и должен быть ее мужчина.

Просто удивительно, как Вика не понимала этого раньше. Но теперь наконец поняла с пронзительной ясностью.

– Привет, – жизнерадостно улыбаясь и глядя прямо Вике в глаза, произнес мужчина. – А я зашел спросить, не у вас ли сейчас моя неуравновешенная сестренка?

Выговорить что-либо в настоящий момент было для Вики равносильно тому, чтобы вкатить на гору огромную каменную глыбу. Но она все же сумела найти в себе силы и выдавила:

– Сестренка?.. Мила?..

– Да-да, ищу мою сестренку Милу! Так она здесь? У вас?

– У нас.

И Вика посторонилась, давая незнакомцу пройти.

– Заходите.

– Премного благодарен. Уж не знаю, должен ли я начать сразу же извиняться или чуть-чуть погодить, но лучше начну сразу.

– За что извиняться?

– А что? Мила вам скандала не устроила?

– Ну... – пробормотала Вика, вспомнив, как Мила с грохотом врезалась в стену, – разве что самую малость.

– Вижу, я пришел вовремя! – обрадовался мужчина. – Дело в том, что Мила у нас девушка с капризами. Если что не по ней, она сразу же истерику устраивает. Родители ее страшно избаловали. Теперь я даже не представляю, что с ней делать дальше.

Вика хотела сказать, что ничего не надо делать. Жизнь все сама расставит по своим местам. И если Мила не круглая дура, то рано или поздно смекнет, что истерики и скандалы – это не самый лучший способ для знакомства с новыми родственниками. А если дура и не поймет, то ей же самой хуже.

Но вместо этого Вика почему-то сказала:

– Ваша сестра на редкость славная девушка.

– Да неужели?

– Просто она переволновалась. Шутка ли, убили родную мать ее жениха. Можно сказать, свекровь!

– Хм, – проворчал парень. – Что-то я не слышал, чтобы Мила испытывала к Ванькиной матери какие-то теплые чувства. Если и вспоминала, то исключительно с руганью. А уж когда узнала, что та погибла, и вовсе прыгала до утра.

– Прыгала?

– Ну да. От радости.

Вику передернуло. Какой бы стервой ни показалась ей Мила вначале, она все-таки не предполагала, что та действительно настолько стервозна.

– Разрешите мне представиться, – произнес тем временем брат Милы. – Слава.

– Вячеслав?

– Просто Чеслав.

– Разве есть такое имя? – удивилась Вика.

– Есть. Древнеславянское имя, означает Прославленный.

– Красиво! – оценила Вика. – А меня зовут просто Виктория.

– Ничего себе просто! Латинское имя, означает Победная, Победа!

– У нас с вами очень красивые имена.

– Надеюсь, что это не единственное общее между нами, – проникновенно произнес Слава.

Вика под его взглядом откровенно смешалась. И покраснела чуть ли не до слез. К счастью, в прихожую выползли остальные родственники и Мариша. Так что Вика смогла несколько прийти в себя. Она даже вполне внятно представила их нового гостя и объяснила, кто он такой.

– Значит, вы брат этой чокнутой? – недовольно произнесла Мариша. – Ну, скажу я вам, лучше надо за сестрицей следить.

– Прошу прощения. С утра глаз с нее не сводил. Но буквально полчаса назад хватился, а ее нет! Я сразу понял, куда она намылилась. Надеюсь, она не натворила тут ничего действительно ужасного?

– Нет. А могла?

– Мила вбила себе в голову, что теперь Ваня ее обязательно кинет.

– Бросит?

– Нет, именно кинет. Она считает, что теперь он богат. И с ней порвет.

– Почему? Если он ее любит, то...

– Дело в том, что Мила не верит в то, что ей говорят, – вздохнул Слава. – У нее очень тяжелый характер и потрясающая способность самовнушения. Вчера Ваня, как ей показалось, сухо поговорил с ней по телефону. И за ночь она так основательно успела убедить саму себя в том, что он ее разлюбил и готовится бросить, что утром мы все просто испугались. И заперли девчонку.

– И заперли ее дома?

– Не хотели, чтобы она в таком виде показывалась на глаза кому-либо. Особенно жениху.

– А она разозлилась?

– Вскипела так, что хоть святых выноси. Кричала, что мы гробим ее счастье! Что она наложит на себя руки! Что убьет всех нас, а после и своего Ваню, если только поймет, что он ей не верен.

Вика похолодела. Да эта Мила куда опасней, чем она подумала вначале. И она, Вика, оказывается, избежала серьезной опасности. Ведь Мила могла ее прямо с порога пристрелить или еще что-нибудь такое же неприятное с ней сделать. Примерно о том же самом думала и Мариша.

– Слушайте, – с возмущением обратилась она к Славе, – надо ведь лечить девочку. Что же вы ее совсем запустили? У нее же налицо психическое расстройство.

– Ах, нет! Простите, если я невольно сгустил краски. Просто Мила очень впечатлительная и легкоранимая девочка. К тому же у нее был печальный прецедент.

– Что? Она уже кого-то убила из ревности?

– Нет. Я имею в виду, что ее не так давно бросил молодой человек, который считался ее женихом. Но внезапно получил стипендию для обучения в Америке. И тут же уехал, помахав Миле на прощание ручкой.

– Значит, их отношения не были серьезны.

– Свадебное платье было уже сшито, – тихо сказал Слава. – До сих пор в шкафу пылится. И туфли, и фата, и даже подвязки. Если уж это не серьезные отношения, то я и не знаю, что тогда.

Теперь всем стало жаль Милу. Бедняжка! Пережила настоящую психологическую травму. Один подлец ее бросил. И теперь она боится, что и Ваня окажется таким же.

– Наш Ваня не такой! – со вздохом произнесла тетка Рая. – Он Милу не бросит. Уже час в комнате у себя голубки воркуют.

– Воркуют? – оживился Слава. – Очень рад это слышать.

И он просиял такой приветливой, такой веселой улыбкой, что тетка Рая невольно улыбнулась в ответ.

– Садитесь с нами, – гостеприимно предложила она. – Чай будете?

– Буду!