Фанат Казановы - Дарья Калинина

Доктор жил в красивом доме в стиле модерн на Петроградской стороне. Дом был совершенно новым, но органично вписался в старую постройку. Те же шесть этажей, что и в соседних домах. Если бы не сверкающие стеклопакеты и еще не успевшая запачкаться краска фасада, дом было бы не отличить от его соседей, стоящих на своих местах уже второе столетие.

– Богато! – оценила Кира. – Даже шикарно!

– Интересно, сколько же могут стоить квартирки в таком доме?

– А я все думаю, почему доктор не повез девушку к себе? Он ведь не женат.

– Возможно, он живет не один.

– А с кем?

– С мамой. Или просто мужик осторожен до чертиков и в принципе никого к себе не приглашает. Знаешь, действует по принципу: мой дом – моя крепость.

– Ну, и как мы будем беседовать с соседями? – расстроено разглядывая подъезд, спросила Тата. – Тут и в сам дом не больно-то прошмыгнешь. Небось, охрана на каждом углу. Не пропустят!

Охрана оказалась представлена в виде одной-единственной тетки, правда, весьма крупной, жилистой и даже с кобурой на поясе.

– Вы к кому? – резко произнесла она, когда подруги вошли в подъезд.

– Мы к доктору Воню.

– Да, он дома, – и охранница потянулась рукой к телефону. – Как вас представить?

– Подождите! Мы к нему, но... как бы не к нему!

Рука замерла над телефонной трубкой.

– Это как же прикажете понимать? – удивленно спросила у подруг женщина. – К нему, но не к нему. А к кому же?

– К нему, но доктор не должен знать о нашем визите.

– Не поняла, – сурово сдвинула брови тетка. – Вы вообще, кто такие?

– Мы его бывшие пациентки! И мы не хотим, чтобы нас убили, как тех троих, как других!

Охранница побледнела.

– Убили? Других? Каких это других?

– Только на прошлой неделе убили сразу трех пациенток доктора Воню. А вы не знали?

Нет, охранница ничего такого не знала. И откуда бы ей знать? Следователь Бряк на доктора Воня еще не вышел. Все-таки язык сломаешь с этими следователями и докторами, надо же иметь такие дурацкие фамилии! Так вот следователь про доктора пока еще не узнавал. И визита милиции еще не было. Тут подруги, надо отдать им должное, опередили милицию на целый шаг.

Но ведь и следователю это дело поручили только вчера. А подруги «варились» в этой каше уже больше недели. И трупы подруг находил не следователь, а они лично. А такие находки, да еще когда они заладили появляться поблизости от вас, очень хорошо стимулируют умственную деятельность и желание поймать убийцу.

– А что? Кого убили-то? – жарко зашептала охранница. – Не Валентину случаем грохнули?

– Валентину?

Это еще кто такая? И в связи с чем охранница вдруг вспомнила это имя?

– Очень уж она по нашему доктору убивалась, – пояснила охранница. – Вот я и подумала, может, руки на себя наложила, сердешная. Но вы ведь сказали, что тех женщин убили... Нет, тогда это точно не Валентина. Да и виделась я с ней третьего дня.

По своему личному опыту подруги могли сказать, что последнее как раз не аргумент. Вот и Колода, простите, мадам Кошкина еще третьего дня была жива и здорова. И даже ничто не предвещало, что она в скором времени переселится в мир иной. А ведь переселилась. Один момент, и она уже там.

– А что за Валентина?

– Приятельница моя. То есть приятельствовать мы с ней стали уже после.

– После чего?

– После того, как доктор ей отставку дал.

– То есть эта Валентина была его любовницей?

– Любовница – это от слова любовь, – скривилась охранница. – А у них с Вольдемаром Степановичем никакой любви и в помине не было.

– А что же было?

– Похоть одна.

– Но вы же говорите, что Валентина даже руки на себя от отчаяния наложить пыталась.

– Да уж не от большого ума! – фыркнула охранница. – Вот вы меня послушайте, что я вам скажу. Ежели мужик об бабу ноги вытирает, оскорбляет ее по-разному, да дурой кличет, а она от него все это терпит и не уходит, то самая последняя дура она и есть!

– Это вы про свою подругу?

– Приятельницу, – поправила тетка. – Да и не приятельница она мне, а так... жалко мне ее стало, когда она тут целыми днями у него под окнами отиралась. Холодно еще было, ветер, ливень холодный, а она сердешная вырядилась в светлый плащик, да туфельки тоненькие, так и промаячила целый день передо мной. Вижу, синеть уже начала. Ну, я ее к себе и позвала. Чайком отогрела. Вот мы с ней и разговорились.

– О чем?

– О доле нашей бабьей. Валентина хоть и помладше меня будет, а уже трижды замужем успела побывать. Так что ей тоже было что порассказать. Одного в толк не возьму, как это она такая опытная с доктором нашим сплоховала. Или правда то, что он слово заветное знает, отчего бабы к нему так и липнут со страшной силой?

Кира пожала плечами. Лично она сегодня довольно долго общалась с доктором Вонем наедине, но ничего похожего на симпатию к нему в самой себе не заметила. Или доктор включает волшебное обаяние только после того, как сочтет жертву достойной своего внимания? Тогда Кире это обидно. Ведь после фитнес-тура она выглядит куда лучше, чем раньше. Хотя и раньше на свою внешность не жаловалась, но сейчас она просто Афродита.

Даже непослушные рыжие волосы покорились и легли густой красивой волной. Прежде от них такого было не добиться. А после моря и южного солнца они не только не пересохли, но стали шелковистыми и послушными. А все потому, что Кира не ленилась и каждый день намазывала себе на волосы специальную маску, защищающую волосы от вредного воздействия ультрафиолета и прочих гадостей. Иначе ходила бы она сейчас словно пугало огородное, а не как мисс Вселенная.