Девять жизней черной кошки - Лариса Соболева

– Ты не боишься, – понизил голос Черкесов, – что Алла воспользуется в подполе оружием?

– Не боюсь, там свой тайник, ей не открыть его. Лучше скажи, с кем еще ты или Лариса были на короткой ноге? Днем мы должны взять их всех.

– Пожалуй, это самые близкие люди… были. Ну, еще Бабуин… то есть Бубулин, ты его знаешь. С моей женой он больше дружил, чем со мной…

– Бубулин? – высоко взметнул брови Андрей. – М-да… С ним я поговорю сам, у меня нет желания причинять ему неудобства. Но если он… придется и его… Так, хватит разговоров. У нас есть три часа на сон. Всем отдыхать!

Завалились прямо в одежде. Приехал Гриша, тихо вставлял стекла.

* * *

Рассвело, когда Андрей, Назар и Черкесов прибыли в город. Первым решено было взять Кира Науменко.

…Киру сорок три года, это умный, предприимчивый человек, неоднократно доказывавший свою преданность Черкесову. Внешне он ничем не примечателен, таких лиц, как у него, вокруг полно. Иногда даже кажется, что подобные люди являются родственниками.

Кир и Василий Романович работать вместе начали давно, еще в их комсомольскую бытность, но тогда Кир считался более удачливым, занимал неплохую должность, а Черкесов только начинал. Но впоследствии амбиции сделали свое черное дело – Науменко слишком стремился взлететь наверх, тараном пер в администрацию и даже втерся в один из отделов начальником. Во время очередных выборов мэра Кир допустил ряд ошибок, думая, что на пост мэра сядет старинный друг семьи, а сам он, разумеется, займет кресло первого заместителя. Однако власть в провинции так просто, путем выборов, не теряют – мэр остался прежний. Он признал Кира ненадежным и выгнал.

В тоже время Черкесов тихонечко и успешно лепил карьеру. Он сделал ставку на бизнес, что было правильно, а когда материально стал независим, занялся политикой, репетировал речи и обещания, чтобы пролезть в думу. Но это было значительно позже. А когда турнули Науменко, Черкесов – самый молодой директор в городе, – слыша, как державу делят на части, тоже возмечтал отколоть кусочек для себя – завод. Как это сделать? Кир подсказал ему несколько анархических приемов, в результате завод разделили… на акции, и акции очутились в кармане Черкесова. Ну, не все, конечно, а «только» контрольный пакет, надо ж было и другим нужным людям дать по кусочку.

Василию Романовичу показалось мало. Где еще добыть реальные деньги и лучше – сразу много? Опять пришел на выручку Кир – есть Дворец культуры, принадлежащий заводу, а раз завод принадлежит Черкесову, то и ДК тоже. Самодеятельные кружки требуют много денег, зачем их содержать? ДК успешно был продан, превратился в забегаловку и игорный притон. За оказанные услуги Кир попросил небольшие проценты и должность заместителя директора завода. Он их получил, и впоследствии Черкесов никогда не жалел, что поделился с верным другом…

Трое борцов за справедливость – похитители похителей – выбрали закоулок неподалеку от дома Кира Науменко, полагая, что на работу он пойдет отсюда.

Совсем недавно Кир купил квартиру в этом престижном доме, и Черкесов был у него в гостях, когда квартиру еще не заставили мебелью. А позже ему все недосуг было заглянуть к заместителю и посмотреть, как он устроился на новом месте. Впрочем, Кир и не приглашал.

Андрей заглушил мотор и повернулся к Черкесову:

– Ну, господин хороший, народу здесь ходит тьма, открыто мы руки ему не скрутим, так что твой черед действовать. Любыми путями замани его в машину.

– А если не пойдет? – разволновался Черкесов.

– Жить хочешь? – ехидно спросил Андрей. – Вот и постарайся, чтобы пошел. Но учти: тебя будет держать на мушке Назар, так что не вздумай сделать ноги – поймаешь пулю, а я обменяю на Лизу и Веронику твой труп.

– Ты мне не веришь? – обиделся Черкесов.

– Конечно, не верю. Значит, так: заманишь его, сам сядешь за руль, ну, чтоб правдоподобно было, а он пусть садится на пассажирское место впереди. Пошел, Черкесов!

Василий Романович выполз из джипа, за ним Назар. Черкесов присмотрел пункт наблюдения у металлических гаражей во дворе, Назар спрятался в арке, ведущей во двор. Ждали час, Черкесов подумывал уже, не вернуться ли в джип и отогреться, но боялся, что Науменко выйдет и уедет на собственной машине. И вдруг во двор въехала служебная заводская «Волга». Черкесов надвинул на глаза шапку, поднял воротник дубленки и поспешил к Назару.

– Что случилось? – встретил тот его вопросом.

– «Волга» моя! – прячась в глубине арки, сообщил Черкесов. – Водила мой за рулем! Он за Киром приехал. Как мне при водителе подходить к Науменко? Кир сейчас выйдет, сядет к нему, и… не поймаем его до завтрашнего утра. Придумай что-нибудь!

– Легко сказать! – пробормотал Назар, мучительно ища выход.

– Думай быстрее! – прошипел Черкесов, схватив парня за грудки.

– Да отцепись ты! – сбросил тот его руки. – Как украсть акции, придумал? Вот и сейчас сам покрути шариками.

– Не я придумал, говорил же! – отчаянно шипел Черкесов. – Ну, давай…

– Ладно, делаем так: я отвлекаю водилу, а ты дуй в подъезд и жди Науменко там. Я иду первым. Но только попробуй смыться… Андрей на перехвате.

– Дурак ты, – буркнул Черкесов, – мне некуда смываться.

«Волга» стояла носом к подъезду, в котором живет Кир, что создавало дополнительные трудности. Если Науменко выйдет, водитель сразу его заметит. Назар подбежал к водителю, наклонился к окошку, постучал. Окошко опустилось.

– Тебе чего? – спросил водитель.

– Слышь, у тебя какая категория? – спросил Назар, встревоженно поглядывая в сторону Черкесова. Тот совершенно явно крался, полностью этим выдавая себя: прямо по стенке размазывался, пробираясь к подъезду, ни дать ни взять – вор или мокрушник. Назар поспешил: – Так какая?

– У меня все категории закрыты, – важно ответил водитель.

– Значит, разбираешься в машинах! – обрадовался Назар, как будто давно искал водителя с закрытыми категориями. – Покажи карбюратор, а?

– Зачем? – вытаращился тот.

– Хочу посмотреть, как он выглядит. Купил такую же «Волгу», карбюратор ни в дугу. Товарищ смотрел, говорит, поставлен с другой машины, а в последних моделях другой. Я тебе полтинник дам, покажи хоть, как он выглядит.

Водителю понравилось предложение, он вышел из машины, открыл капот…

Черкесов набрал цифры на кодовом замке, влетел в подъезд и столкнулся с Киром нос к носу. В полумраке Науменко не разобрал, кто налетел на него, уступил дорогу. Но Черкесов опустил воротник и натянул на лицо улыбку:

– Кир, здравствуй, а я к тебе.

Науменко удивился Черкесову, заросшему неопрятной щетиной, но не настолько, чтобы в ужасе бежать от воскресшего покойника.

– Здравствуй, – вымолвил он все же растерянно. – Значит, это правда?