Совесть негодяев - Чингиз Абдуллаев

— Деньги у них большие, поэтому они и гуляют, —равнодушно сказал Антон.

— Да нет, не поэтому. У западных миллионеров тожеденьги есть, но никто в такие загулы не ударяется. Знаешь, они, по-моему,чувствуют, что все это может в один день кончиться. Что все их богатство толькона один миг. И потом, деньги ведь не заработанные, а в основном ворованные. Вотони и гуляют, как урки, чтобы все спустить. Типично воровская психология.

— Ты прямо целую философию развел, — Антонпосмотрел на часы, — останови где-нибудь, я воды выпью.

— Потом выпьешь.

— Да останови ты. После этих пирожков пить хочется.

— Честно говоря, мне тоже. Лучше давай кофе выпьемгде-нибудь по дороге.

— Ну как хочешь, — согласился Серминов. Они успелиеще выпить кофе и через сорок минут, наконец, подъехали к дому Пенькова. Этобыл небольшой пятиэтажный дом старой постройки. Чижов и Серминов поднялись постарым, пыльным лестницам наверх, на третий этаж, где находилась квартираПеньковых. Позвонили и довольно долго ждали, пока, наконец, за дверью нераздались шаги.

— Вернулся уже. Забыл чего? — спросила женщинаоткрывая дверь, но, увидев незнакомых гостей, смутилась: — Вам кого?

— Простите, это квартира Пеньковых? — вежливоспросил Чижов.

— Да, — подтвердила женщина и снова спросила: — Авам кого?

— Нам нужен Олег Пеньков.

— А он только что ушел, — показала женщина водвор, — кто-то за ним пришел, и он ушел.

— Когда ушел?

— Да минут десять как вышел.

— Он не сказал, куда идет? — спросил Серминов.

— Нет, но сказал, что скоро вернется. Ему звонилиполчаса назад из его компании.

— Это мы звонили.

— А вы разве не из «Делоса»?

— Мы из прокуратуры, — показал свое удостоверениеЧижов.

— Ой, Господи! Натворил он чего? — испугаласьженщина.

— Да нет, — успокоил её Чижов, — неволнуйтесь. Он нам нужен как свидетель. Поэтому мы и приехали, чтобы с нимпоговорить.

— Может, в дом пройдете? Он обещал скоро придти, —предложила женщина, очевидно, мать Пенькова.

Чижов переглянулся с Серминовым и неопределенно пожалплечами:

— Если мы вас не будем стеснять.

— Пожалуйста, проходите, — посторониласьженщина. — Лена, — крикнула она на кухню, — поставь чайник, унас гости.

Оба сотрудника прокуратуры прошли в небольшую столовую исели за стол, накрытый чистой скатертью. Появилась высокая девушка-подросток вспортивном костюме. Улыбаясь гостям, она поставила на стол чашки, тарелки,принесла сахар, конфеты. Мать Олега принесла красивый заварной чайник, началаразливать чай по чашкам.

Они сидели, беседуя с женщиной о каких-то пустяках. Из разговорас матерью Пенькова они узнали, что Олег был единственным кормильцем в семье.После смерти отца Олега — водителя трейлера, погибшего в аварии, семья жилалишь на пенсию, выдаваемую по случаю потери кормильца, и маленькую учительскуюзарплату женщины. Лишь недавно вернувшийся из армии Олег был взят в компанию«Делос» и стал работать старшим охранником. Зарплата у него была хорошая, и этоуже большое подспорье для семьи. Они проговорили примерно около часа, когдаЧижов, наконец, решил уходить.

— Вы нас извините, — сказал Евгений, —наверно, Олег где-то задерживается. Мы лучше поедем, а когда он вернется, пустьпозвонит к нам в прокуратуру.

— Обязательно, — пообещала женщина.

— А вы не знаете, куда он мог поехать?

— Да он сказал, что сейчас придет, — недоумевалаженщина, — я ему обязательно скажу, чтобы он к вам позвонил.

Когда они спускались вниз, Серминов недовольно проговорил:

— Не нравится мне это.

— Что не нравится?

— Все не нравится, — Серминов не стал более ничегоговорить, а Чижов, понявший, в чем дело, не стал переспрашивать.

В прокуратуру они вернулись к пяти часам вечера. В кабинетеу Пахомова никого, кроме самого хозяина, не было. Павел Алексеевич что-тобыстро писал, лишь кивнул вошедшим. Кончив писать, он снял очки и посмотрел насотрудников своей группы.

— Ну, что нового? Мне Комаров сказал, что вы поехали кэтому Пенькову в Люберцы. Нашли что-нибудь?

— Его не было дома, — устало ответил Чижов.

— Нужно было ему позвонить, — сказал недовольноПахомов.

— Мы звонили. Он купался. Мы просили сказать ему, чтобыон не выходил из дома, но когда приехали, выяснилось, что он уже ушел.Буквально за пять минут до нашего приезда.

— А Тимур не сказал вам, куда они ездили?

— На Фрунзенскую набережную, — пришел на помощьтоварищу Серминов, — мы записали адрес дома и блок. Но тамдвенадцатиэтажные дома. В каждом блоке по двадцать — тридцать квартир. Вы жепонимаете, что так искать трудно. Мы хотели точно знать квартиру, в которуюподнимался Анисов. А поднимался он вместе с Пеньковым.

— Телефон хотя бы свой оставили? — спросилПахомов. Он был сегодня явно не в настроении. Убийство Анисова вывело его изсебя. Вся затея с письмом в канцелярию премьера теперь выглядела ненужной.

— Оставили, — вздохнул Чижов. В такие минуты лучшес начальством не спорить.

— Завтра утром поедем к Анисову на дачу, обыскпроводить, — недовольно сказал Пахомов, — выезжаем в восемь, непроспите.

— А разве у него есть еще одна дача? — спросилЧижов.

— Выяснилось, что у него три дачи. На одной жила егосемья. Вторую он подарил Казанцевой. А на третьей устраивал свои бардаки. Наего даче сегодня уже были Соболев и Перцов. Ничего существенного не нашли.Кроме документов на эту третью дачу. Завтра поедем мы сами.

Чижов уехал из прокуратуры в восьмом часу вечера. Пеньковтак и не позвонил в этот день. На следующее утро Чижов уже в восемь часов утрабыл в прокуратуре. Как обычно, он не рассчитал и опоздал на пятнадцать минут.Пахомов сидел в своем кабинете. Что-то в его лице не понравилось Чижову.

— Звонила мать Пенькова, — мрачно сообщил ПавелАлексеевич вместо приветствия, — он не вернулся домой до сих пор.