Она ему не пара - Елена Гордина

– Мы сняли тебе комнату в доме напротив. На два месяца, – Ирина Матвеевна все еще всхлипывала. – Девочка, тебе надо приходить в себя. Я тебя прощаю, ты, наверное, уже сама сожалеешь, что меня ударила.

Ольга молчала, она понимала, что любые ее слова бессмысленны.

– Мы сняли тебе комнату, там квартира пустует, это квартира моей знакомой. – Ирина Матвеевна подошла к отцу и обняла его. Отец уже докурил и закрыл окно. – Квартира двухкомнатная, но тебе можно жить только в одной комнате. Через два месяца она возвращается, моя знакомая, и тебе придется оттуда уехать.

Василий Владимирович молча вышел из кухни. Следом за ним ушла Ирина Матвеевна. Ольга осталась одна. Она подошла к окну.

«Два месяца!» Она понимала, что надо срочно искать работу.

Но у Ольги не было доступа в Интернет, а без этого найти нормальную работу сейчас невозможно. К тому же не мешало бы узнать, как продвигается расследование по поводу пожара. Ольга подумала, что, быть может, следствие уже закончено и она сможет отсюда уехать. Найти работу в другом регионе с предоставлением рабочей квартиры довольно просто, с ее опытом и знаниями. Ольга оделась, теперь она ходила в тех самых вещах, которые отдала ей Настя. Даже пуховик и зимние ботинки на Ольге были от любовницы ее мужа.

– Мне нужны деньги, – Ольга заглянула в комнату к отцу. – В долг. Я отдам. Надо купить планшет. И на проезд.

Василий Владимирович и Ирина Матвеевна сидели на диване, отец ел пирожки. Ирина Матвеевна смотрела сериал по телевизору.

– Конечно, мы же не звери, все понимаем. – Женщина встрепенулась: – Да, Вася?

– Ну куда ее девать, – пробубнил отец с полным ртом. – Дай ей там тысяч десять.

– Хорошо! – Ирина Матвеевна проворно выбежала из комнаты и вернулась с деньгами. – На, возьми!

Она протянула их Ольге:

– Но расписку напиши, – Ирина Матвеевна подсунула Ольге чистый лист бумаги. – Пиши, я, такая-то такая, взяла взаймы десять тысяч рублей, обязуюсь вернуть с процентами.

Ольга посмотрела на отца:

– С процентами, папа?

– Да ладно тебе, Ирина Матвеевна, – Василий Владимирович вздохнул, – все-таки родная дочь. Не надо процентов, пусть пишет так, что вернет долг.

Ольга написала расписку, молча взяла деньги и вышла из квартиры.

Она с трудом разыскала интернет-кафе, мрачную каморку на центральной почте. Ольга заплатила деньги и теперь на весь день, до самого позднего вечера, компьютер и Интернет были в ее распоряжении.

Ольга зашла в свою почту, множество непрочитанных писем. Она удалила рекламу, рассылки и оставила всего одно письмо. Из издательства. Ольга открыла его и прочитала: «В связи с тем, что Вы не предоставили оговоренные заранее материалы для принятия решения, уведомляем Вас, что мы более не готовы сделать Вам предложение. Уверены, что удача ждет Вас в других проектах. С уважением…»

Ольга зажмурилась, топор в груди провернулся с оглушительным хрустом, казалось, слышно, как трещит от боли ее израненная душа. Она потеряла все. Проект книги. Ранее собранные и написанные материалы. Шанс изменить свою жизнь.

– И что теперь? – Ольга бессмысленно кликала на первые попавшиеся ссылки в Интернете. – Искать работу? Зачем? Для чего?

Вновь нестерпимо хотелось выпить. Совсем немного, лишь для того, чтобы унять боль в груди. Но Ольга прекрасно помнила, чем закончилась ее последняя «вечеринка», она потеряла деньги, потеряла вещи, чуть не умерла и оказалась на улице.

– Я не буду этого делать!

Она сжала кулаки, постаралась отогнать от себя мысли о спиртном, нашла в Интернете контакты следователя, который вел дело о пожаре, и позвонила ему сама. Мужчина долго не мог взять в толк, кто она такая, а когда понял, сказал, что жертв при пожаре не было, Лену сумели-таки спасти, она выжила. Но Рябинской до окончания следствия все равно уезжать нельзя, так как ее могут вызвать для дачи показаний в любой момент.

Это была очень хорошая новость, настолько хорошая, что Ольга смогла немного справиться со своим настроением.

«Минус на плюс, – подумала Ольга, – шанс от издательства на шанс не сесть в тюрьму, один – один. День прожит не зря».

Ольга обновила резюме и отправила его на все мало-мальские приличные вакансии, открытые в городе. Когда она вернулась домой, в коридоре ее ждали две собранные сумки. Одна с постельным бельем, вторая с продуктами.

– Оля, вот ключи, – Василий Владимирович отдал ей ключи от квартиры. – Это белье и продукты, ну макароны там, чай. Соль. По-моему, Ирина Матвеевна шампунь положила и мыло. Квартира двенадцать, третий этаж. Я бы мог довезти тебя на машине, но здесь всего пара сумок. Да и дом рядом. Думаю, сама дойдешь.

– Спасибо, – Ольга нагнулась за сумками. – Ты бы, папа, бросал курить, а? Что за дурацкая идея курить в шестьдесят лет?

– Мне пятьдесят девять, и это тебя не касается! Курение помогает справиться с давлением и с нервозностью! Ирина Матвеевна мне много курить не дает! А ты лучше о себе подумай, чем совать нос не в свои дела.

– Хорошо, – Ольга похлопала отца по руке и вышла из квартиры. У нее было ощущение, что она сюда больше никогда не вернется, и на этот раз ее внутренний голос оказался прав.