Пятая печать - Николай Воронцов

— А может, тебе вообще не надо никаких рубашек, — в какой-то момент, от эврики округлив глаза, вскрикнула она. — Может, пиджак на голое тело — это твой фирменный стиль? Только представь, сколько поклонниц будет собирать на концертах твое голое под пиджаком тело!

В итоге купили водолазку модного нынче цвета ледяного бордо, которую Евгений тут же в магазине и надел на себя, предварительно оторвав ценник и другие бирки. Покупка новой сумки и телефона тоже состоялась в этот же день, хотя распаковывать аппарат и вставлять восстановленную в телефонной компании симку в телефон Жанна не особо-то и торопилась.

Еще в этот же вечер было кино в стереоочках с самым большим ведерком попкорна и такой же немаленькой бутылкой сладкой газировки.

Весь фильм голова Жанны лежала на плече Евгения, и даже когда пошли финальные титры, она не поспешила с пустым ведерком от попкорна в одной руке и новой сумкой в другой к выходу, а еще какое-то время сидела так, слушала финальную песню и наслаждаясь тем, как ей в данный момент хорошо и замечательно. Евгений, глядя на нее, тоже даже и не пытался двинуться с места. Время для них будто остановилось.

Другие зрители, уже при зажженном свете проходя мимо и задевая в узком ряду кресел ногами их колени, смотрели на оставшихся в зале с некоторым недоумением, впрочем, выйдя из кинотеатра в сутолоку и гул торгового центра, тут же напрочь забывали о оставшихся в пустом зале странных влюбленных.

* * *

После того, как видео было залито на канал, Гарик еще минут пять сидел неподвижно, будто оцепенев и собираясь при этом с мыслями. Как завороженный, он смотрел на счетчик просмотров видео, который показывал какие-то жалкие единицы. В принципе, надо было бы как можно скорее начать раскидывать ссылки по разным другим пабликам и сайтам, чтобы существенно увеличить число просмотров, но только все это было не то, потому что могло растянуться на несколько дней или даже недель. Искусственно накрутить число просмотров и лайков тоже было сомнительным вариантом, потому что в этом случае количество просмотров, несомненно, увеличивалось бы в разы, но при этом само видео осталось бы, что называется, в сумраке. В общем, нужен был какой-то очень оперативный и, главное, очень точный ход, чтобы максимально быстро заинтересовать зрителей посмотреть снятое и смонтированное буквально только что видео.

И тут рука Гарика будто сама собой потянулась к визитке Максима Подарилова. Ведь неспроста же все сложилось таким образом, что именно сегодня он появился на его пути. В жизни же вообще ничего не бывает просто так! Ведь это же совершенно точно, что собственный его ангел-хранитель, всячески благоволя сегодня Гарику, организовал эту случайную встречу.

В общем, в самом деле все клеилось, что называется, одно к одному.

— Алло, Макс? — набрав на телефоне указанный в визитке номер, спросил Гарик. — Хочешь сенсацию? Информационную бомбу? Прямо сейчас?! Про сегодняшний труп на крыше! Я тебе сейчас на почту кину ссылку, посмотришь, только предварительно надо будет обсудить кое-какие финансовые детали. Твои боссы вообще готовы заплатить за сенсацию? Хорошая сенсация стоит хороших денег! В общем, как посмотришь, перезвони, обсудим условия. И не вздумай ничего из этого публиковать без моего на то ведома! — и вроде как в шутку сообщил: — А то по судам затаскаю и моральный вред отсужу с тебя безо всякого лишнего разговора.

* * *

После кино была не очень удачная попытка покататься на коньках все в том же торговом центре. То ли от эмоциональной усталости (так много, как в этот день, в жизни Жанны давно ничего не происходило, и так много, как сегодня, она давно уже не веселилась и не хохотала от души), а может, оттого, что к вечеру на льду от праздного народа, семей с маленькими детьми, юных и не очень юных влюбленных парочек и прочих, прочих — на крытом катке было уже просто не протолкнуться, и в какой-то момент Евгений и Жанна решили уйти со льда. Они сели на бортик и стали лопать чипсы. В любой другой день Жанна на эту гадость даже и смотреть бы не стала, но сегодня — совсем другое дело.

Они почти не общались, да и сделать это на грохочущем музыкой и наполненном скрежетом лезвий по льду и человеческим гомоном и визгом катке было практически невозможно, — только изредка весело поглядывали друг на друга, да еще дурашливо бросались друг в друга чипсами.

* * *

— Ой, блин! — сразу же после разговора с Максимом легонько хлопнул себя ладонью по лбу Гарик. — Я же Кристине обещал на почту дэмку песни скинуть. Совсем забыл! — и принялся колдовать с почтой.

— Где-то у меня телефон одного толкового звукорежиссера был, — закончив с отправкой песни по электронной почте, пробубнил он. — Из любого трека просто конфетку может сделать, — и принялся в телефоне перебирать контакты. — А, вот, нашел! Евгений Гросман. Надеюсь, он не сильно сейчас работой завален… Завтра позвоню ему, напрошусь в студию на запись голоса.

* * *

«Боже, как хорошо!» — прижавшись к плечу Евгения и поглядывая на людей на льду, подумала Жанна и тут же сама себе возразила: «Хорошо, да ничего хорошего!». Вот уж чего она категорически не хотела в этой жизни, так это ворованного счастья. Ведь это же совершенно понятно, что имеющий семью, жену, детей Евгений будет с нею вовсе не оттого, что по уши влюблен, а просто потому, что так несуразно, на самом деле, все получилось. И никогда он не забудет про свою семью и детей, даже нарожай она ему семерых наследников. И в том, что они сейчас вместе, именно она, Жанна, виновата в самую первую очередь.

«Не нужно было ничего этого начинать!» — подумала она.

В какой-то момент Жанна, грустно вздохнув, перелистала в голове все недавние события, непонятно с чего вдруг вспомнила про Кришну, который теперь показался ей каким-то ужасно далеким, будто находился где-то на Северном полюсе или на необитаемом острове. При этом воспоминание о нем вышло каким-то совершенно нереальным, будто он был героем какого-то фантастического романа прошлого века или даже еще дальше по времени.

— Замерзла? — заботливо приобняв ее, спросил Евгений.

— Что будет дальше? — вместо ответа тревожно спросила она его.

— В каком смысле? — не понял он и без раздумий сообщил: — Поедем к тебе!

— Или к тебе! — сыронизировала она и рассмеялась, потому что спрашивала совсем про другое: про него, про его семью, про себя, про то, что будет завтра. — Странно как-то это все! — перекрикивая грохочущую музыку, сказала она.

— Что именно?

Она промолчала, потому что не смогла в грохоте и визге сформулировать свою мысль максимально кратко и выразить лаконично.

Она хотела было сказать что-то еще, но не осмелилась и вместо этого, будто от холода, слегка поежилась. Какая-то непонятная грусть вдруг, будто выползая из темного колодца, наполнила ее сердце.

Где-то там, за стенами украшенного уже вовсю новогодними гирляндами торгового центра наступил вечер, зажглись оранжевым светом фонари и засияли белыми и красными огнями спешащие куда-то по темным, пустеющим улицам автомобили.