Тайна Ночного дозора - Наталья Александрова

Катаржина сделала эффектную паузу и закончила, драматическипонизив голос:

— Впрочем, многие старожилы Праги утверждают, чтокаждые тридцать три года Голем появляется на улицах Йозефова…

— Йозефова? — переспросил Старыгин.

— Ну да, так называют еще пражское гетто, кварталполучил это название в честь австрийского императора Йозефа II, по приказукоторого гетто было полностью перестроено во второй половине восемнадцатогостолетия.

— Простите, что перебил вас.., так что говорятстарожилы?

— Что Голем торопливо проходит по улицам гетто, имногие видели его издалека. Он высок ростом, безбород, с плоскимневыразительным лицом и слегка раскосыми глазами…

Старыгин невольно вспомнил сидящего на ступенях человека изсвоего сна. Впрочем, у того вовсе не было лица.

— Еще одна странность есть в появлениях Голема. Он идетнавстречу человеку, но при этом постепенно уменьшается, как будто уходит вдаль,пока вовсе не исчезает…

— Но это, разумеется, легенда, и могилы хозяинаглиняного человека не существует?

— Отчего же! Голем, конечно, легенда, но его создатель,большой знаток каббалы раввин Лев историческое лицо, человек, живший в гетто всемнадцатом веке, и его могила сохранилась. Она относится к числу самыхпосещаемых надгробий на старом еврейском кладбище. И все-таки, скажите, почемуэта легенда так вас заинтересовала?

— Ну.., хотелось бы взглянуть, я бывал в Праге, ноникогда не посещал это место…

— Все ясно, — укоризненно сказалаКатаржина, — вы решили совместить приятное с полезным. Погулять повесенней Праге и осмотреть достопримечательности. Устроили себе отпуск! Это вто время, когда «Ночной дозор» может быть уже вывезли из России!

— А может быть, его туда и не ввозили, — ответилСтарыгин.

Ему не понравился ее тон. Дмитрий Алексеевич очень не любил,когда с ним разговаривают таким сварливым тоном. Еще он не любил женщин,которые помыкают и командуют. Именно поэтому он счастливо дожил до сорока слишним лет в обществе кота Василия, и никакая женщина не могла затесаться в ихтеплую компанию. Следует отметить, что таких было не слишком много.

Надо отдать должное пани Катаржине — она тут же опомнилась.И даже пробормотала извинения.

— Я так волнуюсь, — она взяла Старыгина за руку изаглянула в глаза. — Промедление в таких делах смерти подобно!

— Русские в делах обычно руководствуются поговоркой«Поспешишь — людей насмешишь!», уклончиво ответил Старыгин и взглянул на часы.

До встречи с фотографом было еще достаточно времени.

— А далеко до этого кладбища?

— Нет, Йозефов находится в самом центре Старого Города,нам достаточно перейти на правый берег Влтавы, а там — рукой подать… — послушноответила Катаржина, и Старыгин мысленно порадовался своей маленькой победе.

Они миновали предмостные башни и перешли реку по знаменитомуКарлову мосту, как по галерее под открытым небом — между двумя рядами старинныхстатуй и скульптурных групп.

Катаржина на мгновение задержалась перед статуей святогоФранциска Серафинского и прочла надпись на каменном свитке:

«Ибо Ангелам Своим заповедает о тебе — охранять тебя на всехпутях твоих».

Пройдя под огромной Староместской предмостной башней, ониоказались в Старом Городе.

— Здесь проходила «коронационная дорога», по которойчешские короли поднимались на Град в день своей коронации, — сообщилаСтарыгину Катаржина.

Обогнув памятник Карлу IV и пройдя мимо собора СвятогоСальватора, они свернули в одну из узких и живописных староместских улочек.

Вокруг теснились сувенирные лавки, маленькие магазинчики, вкоторых продавались богемский хрусталь, цветное стекло, сувенирные пивныекружки, нарядные куклы, плоские бутылки с карлсбадской настойкой «Беккеровкой»,бутылки с абсентом, изделия из гранатов, календари с видами Чехии ирепродукциями знаменитого чешского художника Йозефа Мухи…

Туристов постепенно становилось все больше, и они перетекалииз лавки в лавку, фотографируясь на фоне средневековых домов.

Катаржина, не задерживаясь, быстро шла по этим улочкам,хорошо знакомым ей с детства, и наконец, после очередного поворота,остановилась и сообщила:

— Вот он, Йозефов. Вот это — Еврейская ратуша, видите,на ней необычные часы — их стрелки движутся в обратном направлении, отмеряявремя, оставшееся до конца света. А вот это — так называемая Староноваясинагога, она построена еще в тринадцатом веке.

Она показала на скромное здание серого камня с треугольнымготическим фасадом. Стены здания начинались на полметра ниже окружающеготротуара, так что к его входу нужно было не подниматься, а спускаться, как быпогружаясь в глубину времен. Старыгин понял, что синагога за семьсот с лишнимлет своего существования, можно сказать, вросла в землю. Здесь особенноосознавалась глубокая древность города.

— А вот здесь, — продолжила Катаржина, — наместе Клаусовой синагоги, находилась школа раввина и философа Лева бенБецалеля, того самого раввина Лева, который, по легенде, создал и оживилГолема.

— Но я хотел увидеть его могилу…

— Это совсем рядом!

Катаржина свернула вправо от здания ратуши.

Они прошли коротким кривым переулком и оказались в странномместе.

Казалось, они перенеслись в совсем другой мир.

Вокруг больше не было многолюдного города, древнего и в тоже время современного.

Под сенью старых корявых деревьев, сцепивших в вышине своисухие ветви, как старческие руки, бесконечными рядами громоздились, наползаядруг на друга, надгробные камни. Замшелые, растрескавшиеся от времени, покрытыетемными пятнами от тысяч и тысяч дождей, прошедших над ними за бесконечныевека, камни стояли и лежали в несколько слоев. Казалось, они что-то пытаютсясказать прохожим на древнем клинописном языке надписей.

Простые прямоугольные плиты, на которых с трудом можно былопрочесть остатки средневековой эпитафии, и богатые надгробия, украшенныесложной и вычурной резьбой, надгробия, скрепленные широкими свинцовыми скрепамии разваливающиеся от времени, покрытые еле различимыми полустертыми надписями,наползали одно на другое, как тюлени на лежбище. Между серыми камнями с трудомпробивалась свежая весенняя трава, как сама жизнь пробивается среди мрачныхкамней древнего города.

— Здесь, на этом небольшом кладбище, больше двадцатитысяч надгробий, — негромко проговорила Катаржина, словно боясь потревожитьпокой мертвецов. — Местами они громоздятся одно над другим в девять слоев.

— А как здесь найти нужную нам могилу?

— Это просто. Могила раввина Лева — одна из самыхизвестных и посещаемых на этом кладбище.