Тайна рубинового ожерелья - Фиона Келли

Джуди уставилась на нее в полном недоумении:

— Так ты не знаешь?

— Не знаю — что?

— Ожерелье, Трейси. Это не подделка, не модель из коллекции моего отца. Оно настоящее!

Трейси тяжело оперлась о притолоку, у нее внезапно закружилась голова. Она сказала чужим голосом:

— Джуди, что же все-таки происходит?

Кузины сидели рядышком на продавленном матрасе. Джуди сорвала мешковину с окна, и комната освещалась тусклым предвечерним светом.

— Папа знал, что кто-то уже несколько месяцев обворовывает компанию, — сказала Джуди. — Было внутреннее расследование, ну и все такое. Думали, что это кто-то из дизайнеров. Какой-нибудь жадный парень, который продает идеи конкурентам. Самое смешное, что расследованием занимался Тони Мейер — отец ему слепо доверял. Именно Тони Мейеру пришла идея позаимствовать на время тайские королевские драгоценности. И мой отец просто загорелся этой идеей. А Мейер все устроил: передачу драгоценностей компании, охрану, в общем, все. Вот так он и смог их подменить.

— Откуда ты это узнала? — спросила Трейси.

— Я знала, что Мейер везет в Англию набор копий последний моделей. Все было настолько секретно, что сами модели видели только несколько человек: те, кто их делал, мой отец и Мейер. Даже я их не видела.

— Ты шутишь? — не поверила Трейси. — Твой отец не показал тебе модели?

Джуди печально улыбнулась:

— В последнее время я не слишком ладила с родителями. Черт, ты же знаешь, как это бывает…

Она посмотрела на Трейси и осеклась, вспомнив, что родители кузины развелись.

— Извини, — сказала Джуди. — Ты этого, конечно, не знаешь.

— Представляю себе, каково это, — отозвалась Трейси. — Так что дальше?

— Мы немножко повздорили. И я не захотела ехать с ними отдыхать. Попросила, чтобы они отпустили меня в Англию, повидать тебя. А с отцом мы вообще поссорились пару недель назад и с тех пор не разговариваем. Наверное, он не показал мне новые модели, чтобы я почувствовала, как он сердится. С него станется…

— И что же случилось?

— Я знала, что копии… вернее, то, что я считала копиями, — в кейсе у Мейера. В багаж с другими вещами он его не сдавал. И вот когда Мейер отлучился в туалет, я открыла кейс. Просто, чтобы поглядеть.

— Понимаю, — сказала Трейси, не скрывая неодобрения.

— О, ради бога, не будь лицемеркой! — вспыхнула Джуди. — Я знаю, что не должна была этого делать, но не могла удержаться. А потом я жутко разозлилась на отца и хотела просто взглянуть…

— И сразу поняла, что драгоценности настоящие?

Джуди усмехнулась:

— Нет, это были копии. На всех моделях стояло клеймо с буквой «Ш» — «Шехерезада». И лишь на ожерелье такого клейма не было, и мне это показалось странным. И тогда я поцарапала одним из камней ожерелья циферблат моих часов. — Джуди понизила голос и говорила уже еле слышным шепотом: — Остались следы, Трейси. Ожерелье порезало стекло. Тут я заметила, что Мейер возвращается на свое место, и сунула все в кейс, а ожерелье положила к себе в карман. Я подумала, что смогу дождаться того момента, когда самолет приземлится, а потом обращусь в полицию.

— Но почему он украл только одно ожерелье? Он же мог похитить все украшения.

— Это было бы слишком опасно. Он-то надеялся, что когда тайской королевской семье возвратят драгоценности, то не скоро заметят, что одно ожерелье — подделка. Если вообще заметят. А это ожерелье стоит сотни тысяч долларов. Ему бы вполне хватило на безбедную жизнь, главное, чтобы скрыться с украденным.

— И Мейер заметил, что ты открывала его кейс, да?

— Он ничего не сказал, но, по-моему, заподозрил меня. Наверное, видел, как я отодвинула от себя его кейс. Тогда я купила коробку конфет, пошла в туалет и спрятала ожерелье в коробку. После этого он мог меня даже обыскивать — все равно бы ничего не нашел. В аэропорту он позволил мне отправить тебе посылку, но после этого его будто подменили. Он перестал быть тем милым парнем, которого я знала всю жизнь, и превратился в настоящего бандита. Ни на минуту не оставлял меня одну, так что я не могла ни к кому обратиться за помощью. Привез меня в гостиницу, запер и пригрозил, что так и будет держать взаперти, пока я не скажу ему, куда дела ожерелье. И мне пришлось ему сказать. Я испугалась…

— Что было потом?

— Он куда-то несколько раз звонил. В Нью-Йорк. Наверное, своему сообщнику. Объяснил, что если кто-нибудь будет справляться обо мне, то нужно отвечать: все в полном порядке.

— Номер телефона для экстренной связи, — кивнула Трейси. — Я звонила по этому номеру, и какой-то мужчина сказал мне, что все нормально, и мне совершенно не о чем беспокоиться.

— А потом он позвонил кому-то в Англии. Меня запер в ванной, так что я ничего не слышала. У него, наверное, все было заранее спланировано, а я ему помешала. Вот после того звонка он и заставил меня связаться с тобой. Вытащил пистолет и пригрозил, что если я буду фокусничать… А потом притащил меня сюда и запер. В общем, я надеялась, что ты все поймешь, заявишь в полицию, и меня выручат.

Трейси вдруг оживилась.

— Ничего еще не потеряно, — сказала она. — Ожерелье у моих подруг, Белинды и Холли. Как только они поймут, что со мной не все в порядке, то тут же заявят в полицию. Не беспокойся, Холли и Белинда нас освободят. — И Трейси ласково обняла кузину.

— Ну да, — мрачно сказала Джуди, — как ты освободила меня. Но я не собираюсь сидеть и ждать освобождения. Я хочу выбраться отсюда.

— Дверь заперта, — отозвалась Трейси. — И мы слишком высоко, чтобы можно было вылезти через окно… Мы даже знака никому подать не можем, — уныло добавила она. — Жилья нет на мили вокруг.

— У меня есть идея! — объявила Джуди. — Пошли со мной.

Она потащила Трейси в соседнюю комнату и показала на квадратную дверцу в потолке.

— Должна же она куда-нибудь вести, — сказала Джуди. — Сама я туда не заберусь, но если ты мне поможешь…

Трейси оценивающе посмотрела на люк и улыбнулась:

— Это в любом случае лучше, чем сидеть тут и ждать неизвестно чего.

Трейси подсадила Джуди, которая ловко забралась ей на плечи и начала приподнимать крышку люка.

— Получилось! — закричала Джуди.

Она подтянулась на руках и через секунду уже была по ту сторону люка, а потом за руки втащила туда Трейси. Наверху было темно, но пол оказался достаточно прочным и даже не очень скрипел, когда девочки отползали по нему в сторону. Трейси закашлялась от пыли и тут же ощутила, как на лицо ей опустилось что-то вроде паутины. Она ахнула:

— Джуди!

— Я здесь. Ползи за мной.

— Я тебя не вижу.

— Схватись за мою ногу. Кажется, я вижу впереди свет.