Девы - Алекс Михаэлидес

К девяти часам Мариана пришла в «Игл» на встречу с Фредом.

Этот паб, самый старый в Кембридже, оставался в наши дни таким же популярным, как и в семнадцатом веке. В нем было несколько обитых деревянными панелями смежных помещений, главное из которых называлось Баром военных летчиков.

Здесь пахло жареной бараниной, розмарином и пивом. Колонны поддерживали неровный потолок, испещренный надписями и рисунками времен Второй мировой войны: британские и американские летчики написали здесь свои имена, выжгли номера отрядов, намалевали карикатурные изображения голых женщин с пухлыми яркими губами.

Ожидая у стойки появления бармена, Мариана, задрав голову, в неровном свете свечей рассматривала потолок с посланиями от тех, кто давно уже лежал в могиле.

Молодой круглолицый бармен в черно-зеленой клетчатой рубашке вытащил из посудомоечной машины поддон с вымытыми кружками, от которых шел пар, и улыбнулся Мариане.

— Что будете заказывать, дорогуша?

— Бокал вина «Совиньон блан», пожалуйста.

— Секундочку.

Он налил ей вина. Расплатившись, Мариана огляделась, выбирая, куда бы присесть.

Тут и там, держась за руки, нежно ворковали влюбленные парочки. Старательно отводя глаза от столика, за которым обычно устраивались они с Себастьяном, Мариана сверилась с часами. Начало десятого. Фред опаздывает. Может, он вообще не явится? Хорошо бы! Она посидит еще четверть часа и уйдет.

Не выдержав, Мариана все-таки повернулась к их с Себастьяном столику в углу. Он был не занят, и Мариана, поколебавшись, направилась туда.

Опустившись на стул, она отпила вина и, по старой привычке, провела пальцем по знакомым трещинкам на деревянной столешнице. Как и раньше, отовсюду доносились оживленная болтовня и смех. Если зажмуриться, можно на несколько минут вновь оказаться в прошлом. Мариана представила, что ей снова девятнадцать и вот-вот появится Себастьян в белой футболке и голубых джинсах с дырой на коленке.

— Привет! — произнес чей-то голос.

Мариана, подсознательно надеявшаяся услышать Себастьяна, в некотором недоумении распахнула глаза, и иллюзия рассеялась.

Перед ней с застенчиво-счастливой улыбкой на лице стоял Фред, сжимая в руке кружку «Гиннесса».

— Извини, что опоздал. Меня задержал научный руководитель. Я торопился как мог, крутил педали изо всех сил и въехал в фонарный столб.

— Ты не ушибся?

— Да нет. Фонарю досталось больше. Я присяду?