Игры с ангелами - Лариса Соболева

* * *

А в данную минуту Бела смотрела на своего героя, утирая слезы и смеясь. Ну, правда, он смешно выглядит: глаз синий, губа разбита – напавшая сволочь врезала ему круто, кажется, у него что-то было в руке типа кастета. Но Федя мужик, его синяки только красят, а ее… И захотелось плакать, потому что лицо Белы ничуть не краше Фединого, первый раз когда упала, лицом проехалась по насту.

– Выпей кофейку, – предложил он. – Настроение поднимется.

Ее тронула забота, она села на постели взяла кружку, отхлебнула… Ну и дрянь в кружке, по горькому вкусу – кофеек бурно кипел не меньше минуты.

– Я не умею варить кофе, но старался, – улыбался Федя. – Зато чай завариваю, сама знаешь. Не нравится?

В ответ и Бела улыбнулась, глядя на своего героя с нежностью, следом заверила чуть ли не клятвенно:

– Что ты, очень… очень-очень… Никогда такого кофе не пила.

– Я готов хоть каждый день варить…

На его порыв у нее не нашлось слов, она лишь кивнула, давясь горько-горелым напитком. Впрочем, из его рук хоть яд!

– Бела, – вдруг помрачнел Федор, – вот что я думаю… На тебя два раза нападали… Тебе не кажется это странным?

– Не знаю… А что тебя напрягает?

– Не похоже это на случайность… Ну, сама посуди, оба раза на тебя нападал парень, оба раза в сквере, оба раза хотел… хотел причинить тебе вред.

– Да говори прямо, не юли. Что тебе там показалось?

– Слушай, а не охотится он на тебя?

В ее голове промелькнули оба случая, ну, есть как бы повод думать, как Федя, только Бела совсем не уверена, что ее кто-то подкарауливал, чтобы… что? Она пожала плечами и в ответ свой вопрос задала:

– А с какого перепугу?

– Да хрен их знает, мало что в голове у молодняка крутится.

– И тебе показалось, что он молодой?

– Молодой, молодой… – задумчиво произнес Федя. – Значит, так, Белочка… Я буду встречать тебя после работы, так оно будет надежней.

– Но мы в одно и то же время заканчиваем…

– Подождешь, – грозно бросил Федя. – Поработаешь сверхурочно, начальство любит трудоголиков. А без меня из своей конторы ни шагу! Ну, кофе выпила? Подъем! Едем к моим.

– Не могу с таким лицом…

– Мое лицо хуже. Собирайся, я сказал. К обеду успеем.

Бела нехотя откинула плед и встала с дивана, но это так, для виду. Главное, что Федя… Федя любит ее, мнение остальных – неважно.

После просмотра видео Павел задумался.

Надолго задумался, тогда как Феликс терся носом о щеку Насти, иногда что-то воркуя ей на ухо. Не взглянув на них, Терехов промямлил:

– Не налюбовались друг другом дома?

– Павел Игоревич, это не я, это он, – захлопала длинными ресницами Настенька. – Феликс, проводи меня.

– Ага, – подхватился тот.

Оставшись один, Павел позвонил Вене и Сорину, сказал одну фразу:

– Срочно ко мне.

Прошел час ожидания, в кабинет ворвались Вениамин с Женей, последнее время они, как братья-близнецы, всегда вместе. Впрочем, Вениамин на колесах, а Сорин на своих двоих, Женя проявил талант эксплуататора. Терехов показал им жестом, мол, берите стулья и – к столу. Развернув к ним ноутбук, он только слушал сцену на кладбище, хотя звук, конечно, не очень, скорей всего, снимали смартфоном, главная беда – с неблизкого расстояния.

– И кто сделал нам подарок? – осведомился Женя.

– Даритель пожелал остаться неизвестным, – ответил Павел. – Ну, что скажете? Первое впечатление меня интересует.

– А что тут говорить? – пожал плечами Женя. – Нужно встретиться с той женщиной, она, без сомнения, расскажет, что из себя представляет семейка убитого Илюши. По ходу дела Илюша с мамой редкие негодяи, но мы пока не знаем, в чем их негодяйство.

– Вениамин? – перевел взгляд на второго Павел.

– Согласен с Жекой. Это видео – точка отсчета, у нас до сих пор этой точки не было, одни предположения.

– В таком случае, мы с Феликсом в понедельник едем в город Элеоноры, – сказал Павел, вынимая флешку из компьютера. – Но вызвал я вас не для того, чтобы это сообщить. Веня, бери флешку, отдай Алине, мне нужно, чтобы она вытащила голоса, много текста пропадает. Левченко нагружать не буду, у него без нас работы полно, а твоя Алинка в его подчинении, так что это ее прямое дело. Кстати! Что у нас с винтом ноутбука?

– Левченко поручил Алине, она старается, но пока…

– Ясно. Назад привези завтра. Достаточно только аудио, но чтобы каждое слово было слышно.

– Понял, – забирая флешку, сказал Вениамин.

– Мы наверняка пробудем там несколько дней, а вы за это время идите снова на опросы в университет. Еще раз просейте, отберите тех, кто вас… как бы это… ну, что-то в них не то, что-то не понравилось в их поведении. Наверняка такие студенты вам попадались. Думаю, они знают больше, чем выложили. Нет, теперь я уверен, что не мог молодой и здоровый парень жить обособленно, ни с кем не общаясь, не имея приятелей. Если он наследил в своем городе, то наверняка оставил следы и в университете. Еще у меня просьба… м… неприличная.

Веня уставился на него с подозрением, а Сорин насторожился, но с улыбочкой. Услышав о неприличиях, Феликс, стоявший у окна и смотревший, как падает снежок, окунаясь в слякоть, обернулся.

– Поснимайте тех, кого будете опрашивать.

– Разрешение надо спрашивать на съемку, – напомнил Феликс. – Или отменили это условие? Я что-то не припомню.

– А мы не будем приобщать съемки к делу, – нашелся Павел. – Когда люди не знают, что идет съемка, ведут себя свободней. Ладно, по обстоятельствам решайте. С педагогами мы сами разберемся, но для этого нужно хотя бы от чего-то оттолкнуться… Как ты сказал, Женька? Вот, нам надо точку отсчета получить. И последнее задание. Квартиру убитого убирали и дезинфицировали, нам ничего не сообщали, видимо, все чисто. Но вы все же поезжайте и поинтересуйтесь, вдруг забыли что-то… Все. Оба свободны.

Ребята перекинулись парой слов с Феликсом и умчались. Тем временем Павел включил запись, которую перекинул с флешки, чтобы еще раз посмотреть, послушать, и посочувствовал:

– Какие жестокие слова говорит эта женщина матери, только что похоронившей сына.

– Значит, эта мать заслужила, – сказал Феликс, не оборачиваясь, он наблюдал, как с парковки выезжаем Вениамин. – По-другому не бывает, народ у нас жалостливый, к чужому горю проникается всей душой, особенно когда детей теряют, а тут реакция неожиданная.

– Ладно, беги к своей Насте.

Феликс повернулся к нему лицом, ухмыльнулся:

– Э, друг, я же без колес. Ты забыл, что являешься моим личным водителем? Машину я отдал Насте, второй пока не купил, так что вези меня к ней.