Игра в убийство - Найо Марш

Снаружи, на промерзшей террасе, молча сцепились двое мужчин. Неверный свет лампы освещал их сквозь развевающиеся шторы. Найджел на миг увидел очки Токарева и его странно безучастное лицо. Он бросился на русского, пытаясь схватить его за ноги, но сам был сбит с ног и ударился лицом о каменный пол. В следующий момент он увидел, как Аллейн отлетел назад, и, приподнявшись, заметил фигуру, растворяющуюся в темноте.

— За ним! — скомандовал Аллейн. Резкий свист разорвал ночной воздух.

Найджел бежал по газону, в лицо ему бил холодный ветер. «Лес! — думал он. — Не дать ему уйти в лес!» Он слышал впереди ритмичный топот ног русского по мягкому дерну. Отчаянным усилием Найджел рванулся и обрушился на невидимого беглеца, сбивая его с ног и падая с ним вместе.

«Так-то лучше, — думал Найджел, заворачивая ему руку за спину, — теперь не уйдешь».

— Поймали! — долетел голос Аллейна из темноты, и тут же инспектор опустился на колени рядом с ним, а бычий глаз фонаря возвестил о стремительном приближении констебля Банса.

Токарев издал короткий, всхлипывающий звук, похожий на стон.

— Так, — сказал Аллейн. — Давайте-ка зажжем мой фонарь.

Луч фонаря осветил Токарева, лежащего ничком, и Найджела, сидящего на нем верхом.

— Возвращайтесь на пост, Банс, да поживее, — приказал инспектор. — Грин еще там?

— Да, сэр, — выдохнул Банс, — мы услышали ваш свист.

— Мисс Норт, мистер Басгейт и я выезжаем на «бентли» в течение десяти минут. Держите ворота открытыми и не останавливайте нас. А потом смотрите, чтобы мышь не проскочила! Теперь идите.

— Да, сэр, — прогудел Банс, и бычий глаз растаял в темноте.

— Так вот, доктор Токарев. Этот славный револьвер будет упираться вам между ребер, и я думаю, что вы пойдете спокойно.

— Проклятье! Проклятье! — бешено вскрикнул Токарев по-русски. Что-то резко щелкнуло.

— Да, осмелюсь сказать. Пошли, вставайте.

Трое стояли лицом к лицу в темноте, к которой их глаза уже привыкли.

— Не думаю, что у него при себе оружие, — сказал Аллейн, — но все-таки посмотрите, Басгейт, хорошо? Доктор Токарев, считайте себя под арестом. В карманах ничего? Точно? Все правильно. Теперь сюда, быстро. О черт, слишком поздно! Уже поднялся шум и гам. Ну что ж, ничего не поделаешь.

Голоса доносились из дома. Две фигуры обрисовались на фоне распахнутого окна кабинета.

— Аллейн! Басгейт! — звал сэр Хьюберт.

— Мы здесь! — отозвался Аллейн. — Ничего не случилось!

— Как это не случилось?! — вдруг завопил русский. — Еще как случилось! Я под арестом! Я, невиновный в убийстве! Сэр Хьюберт! Мистер Уайлд!

— Пошли, — сказал Аллейн, и они с Найджелом потащили своего пленника к дому. Хэндсли и Уайлд встретили их в слабом круге света, падающего из окна.

— Всего лишь небольшие «салочки по-русски», — объяснил Аллейн. — Доктору придется немного погостить вдали от дома.

— Доктор Токарев, — сказал сэр Хьюберт, — как это ужасно!

— Токарев! — пробормотал Уайлд Найджелу. — Все-таки Токарев!

Найджел не мог понять, прозвучала ли в голосе Уайлда нотка явного облегчения, или ему показалось. Русский яростно протестовал, потрясая руками в наручниках. Найджелу безумно захотелось хихикнуть.