Мадьярская венера - Лин Гамильтон

Мне понравился почерк в дневниках. Он был аккуратным, четким, таким же, как и эскизы, и, несмотря на то что для выставки были выбраны отрывки, описывающие проект, чувствовалось что-то очень личное за всей этой научностью.

Я оставила для Кароля записку, в которой поблагодарила его за розы и сказала, что была бы не прочь снова увидеться. После я отправилась в ресторан.

* * *

— Итак, теперь, когда все собрались, давайте начнем, — произнесла Диана. — Что мы имеем на данный момент, Лара? — голос ее звучал несколько официозно.

— Немного, — ответила я. — Уверена, Моргана уже рассказала, что Лиллиан Ларрингтон никогда не была владелицей венеры, что она только вложила деньги в ее покупку, вот и все. Я поговорила с Каролем…

— Не может быть! — воскликнула Грэйс. — И ты говорила с ним обо всем этом? Он знает наши планы?

— Конечно же нет, — возмутилась я. — Мы пообедали вместе, вот и все.

Моргана приподняла бровь.

— Я лишь расспросила его о венере. Почему бы и нет?

— Ты уверена, что это была хорошая идея? — гнула свое Грэйс.

— Поверь ей, — вступилась Моргана. — Она занимается торговлей антиквариатом. Почему бы ей было и не спросить о ней?

— Давайте уже перейдем к делу? — вмешалась Диана. — Что нам теперь следует делать?

— Мы? — Я нарочно выделила это слово. — Пока не знаю точно.

И как я умудрилась вляпаться во все это?

— Я попытаюсь выяснить имя дилера, у которого Кароль купил венеру, поговорить с этим человеком. Там посмотрим, скажут ли они мне, откуда она у них, что очень сомнительно, даже если я смогу найти этого человека.

— Это не проблема, — заверила Диана.

— Что ты хочешь этим сказать? — не поняла я. — Если Кароль мне не скажет, как же я это узнаю?

— Я могу выяснить, откуда она у него взялась, — сказала она.

— Так откуда же? — спросила Грэйс.

Диана посмотрела на нас так, будто все мы тут были умственно отсталыми.

— Думаю, именно я выписывала тогда чек, — произнесла она. — Я же была бухгалтером до недавнего времени, если помните.

— Ну, и кто же это? — произнесла я, теряя терпение. Этот разговор начинал действовать мне на нервы.

— Сейчас сказать не могу, но выясню.

— И как ты это сделаешь? — поинтересовалась Моргана. — Учитывая то, что ты там больше не работаешь? Не собираешься ли ты вломиться туда через витрину?

— Это ты намекаешь, что именно я пыталась ограбить Коттингем? — ощетинилась Диана.

— Дамы, — раздраженно произнесла Грэйс, — не уклоняйтесь от темы, если не трудно. Мы уже достаточно взрослые, чтобы спорить и ругаться как дети.

— Я сохраняла копии всех документов, с которыми работала последние шесть месяцев, — объяснила Диана. — Они у меня дома. Если дадите мне больше информации, я выясню имя.

— Это должен быть чек примерно на миллион, — сказала я.

— Что-то я не припомню такую большую сумму. Я бы запомнила. За все время работы в музее мне подобное не попадалось. Хотя я просмотрю документы. Может, есть еще что-то, что поможет сузить поиск?

— Европа. Это был дилер из Европы.

— Ладно. Я покопаюсь в бумагах, когда доберусь до дома, и позвоню тебе, когда найду что-нибудь, — сказала она мне. — Допустим, чек найдется, что дальше?

— Я свяжусь с этим человеком или компанией, и тогда посмотрим, что мне удастся выяснить. Хотя должна сказать, что, со слов Кароля, этот дилер так и не сообщил ему имя владельца. Если он не назвал имя человеку с чеком, скорее всего, и мне не скажет.

— Может, тебе Моргану взять с собой? Пусть охмурит его, — предложила Сибилла.

— Вот только этого не надо, — насупилась та.

— Да я же шучу! — примирительно начала Сибилла. — Не обижайся!

— А не глупо ли покупать нечто столь дорогое, как венера, не зная владельца? — спросила Грэйс.

— При обычных обстоятельствах — да, — кивнула я. — Если правильно помню, Кароль сказал, что не рискнул бы приблизиться к венере и на километр, если бы у него не было документов, подтверждающих, как оказалось, ее подлинность.

— А разве все это не может быть частью тщательно спланированного обмана? — вдруг предположила Диана. — Доклад, дневники — все?

— Конечно, может быть и так, — задумчиво произнесла я. — Но Кароль говорит, чернила и бумага дневников и доклада выдержали проверку.

— Значит, они подлинные? — с сомнением произнесла Грэйс. — И дневники, и венера?

— Все же существует возможность подделки этих вещей, даже венеры, хотя это было бы непросто. Для начала, пришлось бы найти кусок кости мамонта возраста около двадцати пяти тысяч лет, а у большинства из нас вряд ли есть нечто подобное под рукой. При этом для работы нельзя использовать современные металлические инструменты, поскольку можно обнаружить крохотные частички металла, а венера, если вы помните, датируется каменным веком. Что касается дневников и доклада для научного клуба, пришлось бы найти старую бумагу, что, правда, не представляет большой трудности, ведь события происходили около ста лет назад. И, наконец, необходимо знать состав чернил в то время, что тоже достаточно легко выяснить, учитывая относительно недавнюю дату на документах.

— Так, значит, все-таки есть вероятность, что все это жульничество, а Кароль — часть всего?

— Да, возможно. Также может случиться так, что все — обман, и Кароль был как и все одурачен.

— Все это — обман, а он — часть этого обмана, — упрямо твердила Диана. — Я знаю это. — На минуту мне показалось, что она сейчас сломается и разревется, но Диана встала и ушла в дамскую комнату.

— Нет, серьезно, — подала голос Сибилла, — что, если, как ты сказала, этот дилер не скажет, где он достал статуэтку? Если он не сказал Каролю, с чего ему тебе говорить?

— Хороший вопрос, — согласилась я. — Тогда мы окажемся в очень трудной ситуации.

— Что бы ты тогда сделала?

— Я бы начала с другого конца, — ответила я. — С венеры, и проследила бы ее путь до настоящего времени, а не наоборот.

— Ты имеешь в виду с 1900 года?

— Да.

— Это было бы не так уж и сложно? Всего сто лет.

— Ну да. За эти сто лет прошли две мировые войны, нацистская оккупация, около сорока пяти лет коммунистического режима, не говоря уже о Венгерской революции 1956 года, во время которой страну покинуло около двух тысяч человек, — выдала я с долей сарказма.

— Нам придется поехать в Венгрию? — спросила Моргана.

— Еще по бокалу вина, дамы? — не дал мне ответить официант.

— Мне не надо, — быстро отказалась я.