Клинок молчания - Лэй Ми

– Сяо Вон, из городского департамента Сюйцзиня.

Сяо Вон поднялся и кивком приветствовал собравшихся. На изумленный взгляд Фан Му он ответил улыбкой и подмигнул.

Практически сразу профайлер ощутил прилив новых сил и надежды. Прибытие Сяо Вона вдохновило его – теперь у Фан Му был надежный союзник.

Когда совещание наконец закончилось, он едва успел встать на ноги, как Сяо Вон уже направился к нему. Наскоро представился Бьян Пиню и схватил Фан Му в объятия.

– Так и знал, что мы скоро увидимся, дружище! – Сяо Вон широко улыбался. – И вот – это произошло!

– Я глазам своим не поверил! – воскликнул Фан Му. Оглядевшись по сторонам, добавил уже тише: – Чем ты будешь у нас заниматься?

– Поговорим в другом месте. – Сяо Вон приподнял брови. – Ты разве не хочешь угостить меня ужином?

* * *

Они пошли ужинать в ресторан-барбекю. Сяо Вону хотелось попробовать местных деликатесов, но Фан Му не особенно разбирался в гастрономии, и потому они остановились на недавно открывшемся заведении поблизости от департамента. Сяо Вон тоже был непривередлив и с радостью удовольствовался бараньей котлетой и пивом.

Бьян Пинь с ними не пошел, и Фан Му понимал почему: Сяо Вон был пока только его другом, и в присутствии третьего им было бы сложней возобновить дружеские отношения.

Допив пиво и покончив с бараниной, Сяо Вон, удовлетворенный, вытер салфеткой рот.

– Очень вкусно! Оно и неудивительно, мы же в столице провинции… В маленьком городке вроде Сюйцзиня таких заведений не сыскать. – Он улыбнулся с довольным видом, а потом хлопнул ладонью по лбу. – Совсем забыл! Комиссар Ван, капитан Дэн и Сю Тон просили кое-что тебе передать.

– Передать что? – Фан Му немного растерялся, но ему все-таки было любопытно.

– Северный виноград. – Сяо Вон вытащил из кармана пиджака пластиковый контейнер. – Это наш деликатес, с Сюйцзиньских гор; ты, наверное, никогда такой не пробовал.

– Очень любезно с их стороны! Передай им мою искреннюю благодарность.

– Да не за что, – отмахнулся Сяо Вон. – Ты оказал нам неоценимую помощь.

– Рад слышать. – Фан Му улыбнулся. – Есть новости по делу?

– Все идет гладко. – Сяо Вон хитро подмигнул, закуривая сигарету. – Но я слышал, что между Льян Жехао и Пей Лан возникли трения.

– Серьезно?

– Естественно, он не порадовался тому, что кто-то снял такое видео с Пей Лан. – Сяо Вон лениво откинулся на спинку стула. – Я слышал, что, когда ее освободили, Льян Жехао потихоньку организовал для нее осмотр у гинеколога.

Фан Му сразу вспомнилась их встреча с Льян Жехао на лестнице, и он с отвращением покачал головой.

– Он же ее жених! Ему надо было думать о том, как помочь ей в такой ситуации. Он ведь мужчина…

Сяо Вон стряхнул пепел с сигареты.

– Нам не понять, как думают парни вроде него.

Фан Му пожал плечами.

– Ты надолго в Чанхоне?

– Пока не знаю. Наверное, уеду домой, когда дело передадут в суд. – Сяо Вон наклонился к Фан Му над столом. – А это правда, что подозреваемый – заместитель комиссара?

Фан Му медленно кивнул:

– Угу.

– И он убил человека? – с любопытством спросил Сяо Вон.

– Он подозревается в убийстве человека, – не удержавшись, поправил его Фан Му. – Какое задание тебе поручили?

– Пока никакого. Я – офицер из сторонней команды, – ответил Сяо Вон, теперь уже более сдержанно. – Похоже, начальство относится к этому делу очень серьезно. В основном в группе люди не из Чанхона. – Он со вздохом покачал головой. – И следствие будут вести они.

Фан Му оставалось только кивнуть.

– Да, кажется, мы впервые столкнулись с чем-то подобным.

– Дело сразу показалось мне странным… – Сяо Вон скривился. – Обычно старших офицеров привлекают за взятки, коррупцию и все в подобном роде. Но убийство – о таком я слышу впервые.

– Пожалуй… – Фан Му засмотрелся на угли, горящие под решеткой барбекю. – И потому расследование надо вести как можно тщательней.

– Ну, я только рад опять работать вместе с тобой. – Сяо Вон протянул Фан Му руки через стол. – Уверен, вдвоем мы многого добьемся.

Фан Му с улыбкой пожал руки товарища в теплом свете углей, и на их переплетенные пальцы упал алый отблеск.

* * *

Льян Сихай затормозил на стоп-линии перед светофором. Он нисколько не походил на себя, богатого и капризного. Вместо костюма на нем был рабочий комбинезон, на голове – кепка с козырьком. И сидел он не в роскошном кожаном кресле, а на водительском сиденье грузовика. В этот момент он ничем не отличался от любого дальнобойщика.

Казалось, что красный свет будет гореть вечно. Льян Сихай откинул крышку ящика для инструментов, где в беспорядке валялись пачки сигарет. После секундного колебания достал самые дешевые. Вскоре кабину наполнил дым. Не то чтобы Льян Сихай действительно любил курить, просто в таких ситуациях сигареты помогали сохранять спокойствие.

Включился зеленый; Льян Сихай немедленно затушил сигарету. Заталкивая окурок в пепельницу, он подумал о том, что лучше будет избавиться от дорогих «Чангуа» и русских сигарет в ящике, чтобы не привлекать внимания. Шофер грузовика, курящий дорогие сигареты, неизбежно вызовет подозрение.

Этим делом он занимался только лично. И не мог допустить ни единой ошибки.

Включив передачу, Льян Сихай услышал в кузове какой-то шум. Замерев, прислушался, но шум не повторился – возможно, просто почудилось. Зато машины позади него были совершенно реальны, и они нетерпеливо гудели. Стараясь придать лицу расслабленное выражение, Льян Сихай тронулся с места.

Напряжение немного отпустило, когда он проехал пост оплаты и вырулил на скоростное шоссе. Пристроившись за междугородным автобусом, снова прислушался к шумам в кузове. Убедившись, что ни голосов, ни движения нет, он наконец смог полностью расслабиться. Импортное снотворное все еще действовало. В следующий раз надо купить побольше.

Наступил и миновал полдень, но воздух поздней осени оставался прохладным. По обеим сторонам шоссе простирались сжатые поля, на них медленно догорали стога соломы. Ветра не было, и дым от них ровными столбами уходил в небо. Они походили на древние сигнальные костры. Губы Льян Сихая сложились в ледяной улыбке. Чем отличаются эти пшеничные поля от полей сражений, залитых кровью и усыпанных трупами? А эти костры – на них запросто могли бы гореть кости побежденных…

Жизнь – это война.

Он нажал на педаль газа. Грузовик ускорился, оставив голые поля и костры позади.

Победа достанется выжившим.

Примерно сорок минут спустя на шоссе появились знаки – он подъезжал к