Бессонница - Сара Пинборо

– Мой муж тоже так думает. – Ну, по крайней мере, раньше думал. – Чем же я могу помочь, мистер Стоквелл? Ведь бракоразводный процесс завершен.

– Благодаря тебе.

– Однако если вам необходимы услуги корпоративного юриста, боюсь, что от меня будет не много пользы. Я уже какое-то время занимаюсь исключительно семейным правом. В той сфере, которая вас интересует, есть гораздо более опытные специалисты.

– Я пригласил вас сюда, чтобы поблагодарить и лично убедиться, что Бакли знает тебе цену. – Паркер тянется через стол, чтобы сжать мою руку. – В особенности учитывая ваше потенциальное партнерство. – У него сухая ладонь, кожей я чувствую, какая она горячая. Он что, в самом деле пытается накинуть мне дополнительные очки перед Бакли?

– Надеюсь на это. – Я искоса поглядываю на Бакли – тот натянуто улыбается мне. Это предостережение? Будь милой. – Так что возможно, – с ослепительной улыбкой продолжаю я, – мне стоило бы освежить кое-какие навыки в сфере корпоративного права. Честно говоря, мне кажется, я знакома кое с кем, кто имеет опыт работы на вас. Это Джулиан Симпсон из строи- тельной отрасли.

Мой телефон начинает жужжать. Роберт. Я сбрасываю звонок. Если он забыл, что у меня сегодня деловой ужин, это его проблемы. Телефон звонит снова, и, поспешно сбросив вызов, я заталкиваю его в сумочку.

– Джулиан, верно. Сообразительный малый. Правда, я удивлен, что он сейчас что-то строит. – Паркер заговорщицки подмигивает Бакли. – Насколько мне известно, эта молоденькая штучка, с которой он носится, довела его до синих шаров. Ни о чем другом, очевидно, он думать не в состоянии. – Стоквелл подмигивает мне. – Слишком юна, на мой вкус. – Боже, так Мишель была права. У него есть другая женщина. Должно быть, все это отразилось на моем лице, потому что Стоквелл рассмеялся. – О, вижу, ты не знала об этом. Не беспокойся. Его женушка из тех, кто закрывает на все глаза.

Паркер допивает вино из бокала:

– Сколько браков можно было бы спасти, если бы все леди научились так делать.

Бакли согласно хихикает, как будто ему тоже приходится лавировать между любовницами и случайными связями, хотя мне прекрасно известно, как он предан Белинде, на которой женат уже тридцать лет. Внезапно перед моими глазами встает картинка из их школьной жизни. Паркер Стоквелл – громкий, привлекательный, чересчур самоуверенный хулиган, и Бакли, который в благодарность за дружбу пишет за него сочинения.

– Прошу меня извинить. – Я встаю со своего места. – Нужно попудрить носик.

В офисе я переоделась в черное вечернее платье, и теперь, пробираясь в узком пространстве между столиками, я ощущаю, как Стоквелл ощупывает меня взглядом. Он не стал отодвигать свой стул, предоставив мне протискиваться мимо. На мгновение я представляю, что хватаю бутылку с водой и разбиваю ее о его череп и колочу до тех пор, пока его мозговое вещество не забрызгает весь стол, а затем то же самое проделываю с Бакли за его слабость. И это мужчины… Бог ты мой.

Миновав довольно степенную ресторанную зону и многолюдный коктейль-бар, я наконец оказываюсь в дамской уборной. Меня огорчает тот факт, что эти двое вызвали у меня столь сильные эмоции. Я месяцами работала со Стоквеллом, пройдя через всю грязь его бракоразводного процесса, и хоть он никогда мне не нравился, меня это не волновало. Мне не нужно любить клиентов, чтобы делать свою работу.

Стильные кабинки оказываются пусты, и, писая в полном одиночестве, я пытаюсь перезагрузиться. Это всего лишь ужин, и как только Бакли завладеет вниманием Стоквелла, я смогу отойти на второй план. Или гораздо раньше какая-нибудь красотка заставит его свернуть шею ей вслед, я уверена. Возможно даже, что это окажется бедная няня. Вот что меня бесит. Он преодолел так много преград ради опеки над своими детьми, а теперь их растит кто-то другой. Однако это не мое дело. Мне стоит заняться разгребанием собственного дерьма.

– А я все гадала, когда же он станет к тебе подкатывать.

Миранда.

Когда она возникает из соседней кабинки, я как раз споласкиваю руки. И хотя этот визгливый, слегка хмельной голос не оставляет сомнений в том, что передо мной Миранда Стоквелл, отвергнутая жена, – сейчас она не похожа на себя. Свои длинные волосы она покрасила в темный цвет, и они распущены у нее по плечам. Макияж на ней теперь более плотный, в стиле вамп. Я бы не узнала ее.

– Миранда, что вы делаете? – Я одновременно рассержена и озабочена. – Вам не следует здесь быть.

– Я могу быть там, где мне вздумается.

– Вы следили за ним? – Сердце начинает биться быстрее, когда меня озаряет: «Вы следили за мной?» Рот Миранды искривляет горькая усмешка, но она ничего не отвечает. – Послушайте, – я включаю свой самый рациональный и невозмутимый адвокатский тон, – я могу пережить вашу записку у меня на ветровом стекле, но портить мои шины было крайне опрометчиво.

– Слышала, у моих мальчиков новая няня? – Миранда слегка покачивается, уставившись на собственное отражение в зеркале, будто на незнакомку. – Я думала, что смогу поспорить с ним. Я пришла сюда ради этого. Чтобы обескуражить его. Но я не смогу, верно? Все, что бы я ни сказала или сделала, насколько бы, мать твою, это ни было обоснованно, лишь продлит мою разлуку с детьми еще на год.

– Вам нужно пойти домой. – Она стоит между мной и дверью, и мне отчаянно хочется, чтобы кто-нибудь вошел внутрь. – Не думаю, что разговор с ним – хорошая идея.

– Это неважно. Я ведь невидимка. – Она улыбается. Это злая, горькая улыбка. – Меня не существует. Мне даже можно было не перекрашивать волосы.

– Послушайте, Миранда, ваше состояние меня тревожит.

– Нет, неправда. – На миг мне чудится, что она сейчас заплачет. – Тебя тревожит то, что я могу сделать. – Она наклоняется вперед. – И знаешь что, миссис всесильная Эмма Эверелл? Тебе и впрямь стоит встревожиться. Вдруг я сделаю что-нибудь безумное? Что-то, чтобы заставить тебя почувствовать себя невидимкой.

– Вы должны перестать пить, – обрываю я ее. – И оставить меня в покое. И я не сплю с… – Прежде чем я успеваю закончить фразу, Миранда уже оказывается за дверью, в которую тут же заходят три женщины. Во внезапно показавшемся мне тесным пространстве мне не удается последовать сразу за Мирандой. Твою мать. Мать твою.

По пути назад к столику она так и не попадается мне на глаза. Ушла? Или поджидает меня снаружи? Сообщить в полицию? И что я им скажу? Она спьяну