Убийство в Атлантике - Джон Диксон Карр

Его обутые в большие ботинки ноги были широко расставлены, а твидовое кепи натянуто на уши. Примерно в шести футах перед ним торчал колышек на деревянном основании, и сэр Генри пытался набросить на него одну из веревочных петель, которые держал в левой руке. Полностью поглощенный этим занятием, он разговаривал сам с собой. Каждый бросок сопровождался потоком брюзгливого бормотания и досадливых комментариев. Мерривейл никого не замечал, словно находился на другой планете.

– Если парень знает английский, почему бы на нем не заговорить? Взял слишком далеко вправо… Тогда возникает вопрос о ремне для бритвы. Хм… Слишком высоко… И черные, черные чернила… Опять не попал. Чертова штуковина.

– Послушайте, Г. М.!

– И зачем такая пропасть штампов, причем одинаковых? Судно продолжает плыть… Если бы только могла обнаружиться веская причина…

Макс подошел поближе и пронзительно свистнул.

Выведенный из задумчивости, Г. М. резко поднял голову, сверкнул глазами и смирился с ситуацией.

– Так это вы, да? – проворчал он. – Давно пора было встать с койки и прогуляться.

– Полагаю, вы не страдаете морской болезнью?

– Я? – усмехнувшись, глухо спросил Г. М. с недоверчивым изумлением в голосе. – Никогда в жизни не страдал. Это все воображение, сынок, и ничего более. Ну возьмите меня, к примеру. Когда я огибал мыс Гаттерас…[32]

– Понятно. Вы заняты?

– О, я просто сидел и думал, – отозвался Г. М., почесывая кончик носа. – Призрачный убийца, оставляющий отпечатки пальцев, заставляет пошевелить мозгами…

– Не думаю, что вы встречались с мисс Четфорд и мистером Лэтропом. Или встречались?

Лэтроп, явно впечатленный, уважительно пожал руку старику, чем его порадовал. Валери оставалась холодной и раздраженной. Встав, чтобы отвесить ей поклон, Г. М. собрал веревочные петли с палубы и вернулся на свою скамейку.

– Мы много слышали о вас в Штатах, сэр Генри, – признался Лэтроп. – Мне жаль только, что я не знал о теперешнем вашем визите. Ребята из мэрии устроили бы вам шумный прием.

– Я понимаю, – извиняющимся тоном произнес Г. М. – И это одна из причин, по которой я приехал и уехал практически тайком. Я люблю Америку. Это самая гостеприимная страна на свете. Но она так чертовски радушна, что после каждого двухнедельного пребывания меня заносят на борт корабля насквозь проспиртованным. А я старик. И меня утомляет эта шумиха.

– Кроме того, – продолжил Лэтроп, скосив на собеседника один глаз, – вряд ли мы могли ожидать, что встретим вас так далеко от дома в нынешнее неспокойное время…

– Ну да. Итак… – произнес Г. М. и метнул петлю.

– И потом, если я правильно помню, в газетах писали, что вас собирались сделать пэром и ввести в палату лордов…

– Это ложь! – воскликнул Г. М. возмущенно. – Не верьте ни единому слову. Они пытались, да. Они всё еще не отказались от своих планов, просто ищут предлог, чтобы схватить меня и запихнуть в палату лордов. Но я одурачил их дважды – и могу одурачить снова. Фу-у-у… – Он бросил еще одну петлю, которая приземлилась в нескольких футах от колышка. – Послушайте, полагаю, старший стюард сказал вам, что мы собираемся провести здесь небольшое совещание относительно убийства?

Он кивнул в сторону трапа. Хупер и доктор Арчер, все еще слегка бледные, карабкались наверх, за ними следовали третий помощник и старший стюард.

И хотя не было произнесено ни слова, Макс почувствовал перемену атмосферы.

Старший стюард выглядел встревоженным. Он щегольски заломил фуражку, но ему явно было не по себе.

– Доброе утро, – поздоровался Грисуолд с бесстрастным выражением лица. – Все в сборе?

– Не совсем, сынок, – отозвался Г. М. – Где коммандер?

Последовала небольшая пауза.

– Капитан не сможет быть с нами сегодня утром, – небрежно ответил Грисуолд. – Э-э-э… возможно, его не будет весь день.

Г. М. помедлил, подняв петлю. Маленькие проницательные глазки изучали лицо старшего стюарда. При качке скамья поднималась и опускалась на фоне серого моря, усеянного белыми барашками. Ветер порывами налетал на шлюпочную палубу.

– О… – произнес Г. М. и снова промазал.

Сэр Генри не стал развивать свое высказывание, но все знали, что оно значит. Внимательней изучив шлюпочную палубу, Макс понял, почему сегодня утром она показалась ему какой-то другой. Число дозорных у палубного ограждения было удвоено. Лайнер находился в зоне действия подводных лодок.

Валери ойкнула и обернулась к Лэтропу:

– Так, значит, вы хотели сыграть в шафлборд? Вы знали, что снова затевается расследование!

Г. М. жестом оборвал ее и повернулся к старшему стюарду.

– Эти восемь карточек с отпечатками пальцев, – проговорил он, – они у вас? И что, действительно отпечатки нельзя подделать?

– Карточки в моем сейфе. Сам Гудини не смог бы до них добраться. Я не стал класть под замок еще несколько сотен образцов, поскольку у всей команды есть алиби на вечер воскресенья. От них нам будет мало проку.

Г. М. тщательно прицелился перед новым броском. Уголки его рта опустились еще ниже; в воздухе сгущалась атмосфера опасности, действуя Максу на нервы.

– Скажите-ка мне, сынок, – продолжил Г. М., прикрыв один глаз и лениво наблюдая за происходящим, в то время как палуба поднялась, легонько толкнув присутствующих вверх. – Предположим, мы поймали убийцу или кого-то, кто, как нам удалось доказать, замешан в убийстве. Что вы с ним сделаете? Посадите на гауптвахту?

Третий помощник рассмеялся, но без особого веселья:

– Нет, сэр. Это еще одно расхожее представление, почерпнутое из детективных рассказов. Меня уже спрашивали об этом. О гауптвахте вспоминают лишь в одном случае: если кто-то из команды напьется в порту и буяна потребуется утихомирить. Она не для пассажиров.

Г. М., однако, продолжал настаивать:

– Хорошо, что бы вы тогда с ним сделали? С подозреваемым?

Третий помощник пожал плечами:

– Капитан, вероятно, просто запер бы его в каюте до прибытия в порт, где подозреваемого передадут властям.

– Запер под охраной?

– Скорее всего, просто держал бы взаперти. В конце концов, сбежать подозреваемый не сможет. Существует только один способ удрать с корабля, когда у тебя нет лодки. Прыгнуть за борт.

– Ну да, как Бенуа, – согласился Г. М.

После этого, снова тщательно прицелившись, он бросил петлю, которая приземлилась в двух футах от колышка. Лицо Мерривейла разгладилось и стало спокойным, но Максу это понравилось еще меньше. Сделав глубокий порывистый вдох, он посмотрел прямо на Валери Четфорд.

– Тогда нам лучше покончить с этим, – сказал Г. М. – Заприте эту девушку в каюте. Я буду отвечать за ее передачу властям, когда мы доберемся до Англии.

Глава пятнадцатая

Все онемели.

Валери отступила, легко и не без изящества удержав равновесие на качающейся палубе. Ветер закинул вьющиеся пряди ей за уши, заставив опустить веки. Но лицо выражало неприкрытый ужас.

– Не понимаю, о чем вы говорите! – вскрикнула она высоким голосом, почти заглушенным ветром. – Вы хотите запереть меня?

– Вас, – подтвердил Г. М. – Смотрите-ка. И капитан, и главный механик, и вахтенные на мостике, и двое присутствующих здесь парней, – он указал на Крукшенка и Грисуолда, – не могут позволить себе валять дурака. Они на посту. На случай если вы не знали, перевозить боеприпасы в шторм, какой бушевал последние два дня, – это вам не увеселительный круиз. У всех и так забот хватает. Они не могут позволить вам и дальше вставлять палки в колеса ради забавы.

Сам тон его голоса, пугающе тихого, заставил ее отодвинуться еще дальше.

– Минуточку! – продолжил Г. М. – Прежде чем вы скажете что-либо еще, должен предупредить. На борту нет специального порошка для снятия отпечатков пальцев с предметов. Но тальк, нанесенный мягкой кисточкой, для этого тоже годится. Вы оставили свои отпечатки на металлической части выключателя в каюте миссис Зия-Бей. Они также найдены на пудренице с ее туалетного столика. Крукшенк обнаружил их вчера вечером, а Грисуолд сравнил с образцами. Верно, сынок?

Третий помощник мрачно кивнул.

Старший стюард сердито уставился на палубу.

Никто из остальных не издал ни звука. Только Хупер, с глухим стуком сбросив спасательный жилет, плюхнулся