Кровавый гороскоп - Эш Бишоп

– А вот про Льва, – продолжила Астра. – «Плутон в восточном полушарии пробудит несвойственную вам любовь к порядку. Завтра утром вы, как обычно, встанете с кровати, позавтракаете, как обычно, примете душ и оденетесь на работу. Почитаете газету, выпьете кофе, а потом выйдете из дома, чтобы провести свой самый обычный день. Вот только до работы вы так и не доберетесь. А исчезнете без следа».

– Вот теперь стало жутковато.

– Завтра все будут работать из дома.

Они придвинулись друг к другу и дочитали остальные предсказания. Потом Бобби отключил компьютер и начал собирать свои записи.

Астра взяла табличку с Кеплером и еще раз на нее взглянула.

– Пока ты писал, я нашла в интернете кое-что интересное о Кеплере. Оказывается, это он открыл эллипс. Геометрическую фигуру, не пропуск слова в предложении. Его самая известная книга – трактат под названием «Тайна мироздания».

– Он был ученым? Или математиком?

– Да, то есть нет, то есть да. Он был астрологом, – пояснила Астра.

– Что? Что ты имеешь в виду? Кеплер писал гороскопы?

– Наш человек, – ответила Астра. – Как я поняла, он хотел с помощью математики отыскать тайный язык бога, притом получить результат эмпирически, используя дедукцию, а не на основании слепой веры. Он почувствовал, что нашел его, математически проанализировав расстояния между планетами и то, как эти расстояния меняются. Сам подумай. Если бог есть, зачем ему создавать еще и Солнечную систему?

Бобби кивнул:

– Она существует не просто так. Только представь, как ее открытие заставило психануть людей, всю жизнь веривших в Адама и Еву.

– Кеплер полагал, бог создал Солнечную систему для того, чтобы планеты дергали нас за ниточки, словно девять эллиптических кукловодов. Он картировал их перемещения в стремлении познать, что начертано человечеству богом.

Астра передвинула стул, чтобы сесть рядом с Бобби, а не напротив. Она положила голову ему на плечо, чему он обрадовался – так она не могла заметить его смущение. Астра продолжила:

– Кеплер, безусловно, не был первым. Но он был первым мегаобразованным белым чуваком, которому пришла эта мысль в голову. И одним из первых, кто за основу взял открытия Галилея. Астрология как понятие зародилась в Греции. «Астрон» по-гречески – звезда.

– Астрон Лунес, – произнес Бобби. – Пожалуй, самое время сказать, что на уроках по истории Античности я обычно думал, как быстрее проплыть стометровку. У Кеплера получилось? Сумел он прочесть на небесах язык бога?

– Я же только час его изучала. Но он, похоже, считал, что теологию и телеологию сподручнее всего поженить через геометрию. Орбиту Марса можно представить в форме тетраэдра. Орбиту Земли – двадцатиугольным икосаэдром. Помести между этими планетами несколько равнобедренных треугольников, и тебе откроются все секреты Господа. Даже набег гуннов, черт возьми, сумеешь предсказать! – Астра пожала плечами. – Кеплер сам чем-то походил на диаграмму Венна: точка в истории человечества, где сошлись математика, бог и мистицизм.

Бобби забрал у нее табличку и пальцем провел по краю.

– Сегодня я встретил миллиардера, который любит игры и интересуется астрологией. О последнем он мне соврал, – сказал Бобби. – Вот почему он притворился, будто не помнит перевод с латинского: «Я измерял небеса…»

– Это там тебя треснули палкой?

Бобби потер подбородок:

– Ага.

Астра покачала головой:

– Похоже на зацепку, но радоваться рано. В Сан-Диего три миллиона человек, и крайне маловероятно, что именно к убийце в дом ты залез сегодня. Просто сказочное совпадение. У тебя есть доказательства?

Бобби указал на маленькую табличку с гравировкой.

– Сомневаюсь, что настоящему журналисту этого бы хватило.

– Хорошо, что мы с тобой из гороскопов, – ответил Бобби и широко зевнул. – Давай отложим эту тему до завтра. Надо бы вернуть машину Лесли. И я хочу выспаться, – Бобби начал вставать, но Астра накрыла его ладонь своей, прижав к подлокотнику. Он снова сел.

– Она твоя девушка? – спросила Астра.

Бобби сразу понял: речь о брошенной девушке, что буравила их взглядом, когда они стояли у него под дверью. О Саре.

– Нет. Она замужем. Между нами есть некоторая романтическая энергия…

– Невыплеснутая романтическая энергия? – уточнила Астра.

– А самой тебе что показалось?

– Что она брошенная тобой любовница.

– Вдруг это лишь твое воображение?

– Почему бы тебе прямо не сказать?

– Потому что ты уже догадалась.

– Ты трахнул ее, зная, что она замужем? – скрыть разочарование Астра не сумела, как ни пыталась. – Пожалуй, я пойду домой. Мне тоже пора спать.

Глава 18

Лесли Консорт проснулся в четверть двенадцатого утра. Выспавшись впервые за четыре дня, он чувствовал себя на миллион долларов. Ему приснилось, что он на глубине огромного океана: воздух ему не нужен, и он лениво плавает от одного косяка рыб к другому, погружает усталые ноги в заросли ламинарий или трется ими об актинию.

Сквозь толщу сна края сознания Лесли достигали телефонные звонки. Они начались в 5:03, как только свежий номер газеты приземлился на первое крыльцо, и потом уже телефон звонил без перерыва. Лесли не отвечал; он так и не встал с кровати и даже, в общем-то, не проснулся. Мельком взглянув на экран, он увидел девять новых сообщений и предупреждение о том, что почтовый ящик переполнен.

Одно из сообщений, представил он, должно быть от бывшей жены – костерит его за поведение в братстве. С обязательной ехидной припиской в конце: мол, теперь-то суд увидит его истинное лицо. Два – наверняка от шефа полиции Грюндена: в первом он просит от Лесли объяснений, во втором – требует немедленно ответить и, возможно, описать инцидент в «Раунд Робине». Еще одно сообщение, предположил Лесли, вполне может быть от Майло Маслоу, которому нужен официальный комментарий к рассказу парнишки из братства. Такую картину он себе нарисовал, но ни одного сообщения так и не прослушал. Вместо этого долго простоял под душем, где медленно и с удовольствием поворачивался под струйками, смывая остатки стресса.

Потом Лесли вышел на крыльцо и забрал свой номер «Реджистера». Газета казалась тонкой и легкой, вот только новости в ней были самые что ни на есть весомые. Многие из его соседей теперь тоже на нее подписались – самые юные вообще увидели газету впервые в жизни.

Лесли вернулся на кухню, взял пару