Смерть в ночном эфире - Сандра Браун

У Дина не нашлось удачного ответа на эту шпильку, он промолчал. Сунув руки в карманы брюк, он принялся осматривать холл. Пол был выложен гладкими мраморными плитами, в которых отражалась хрустальная люстра. Свет играл на полированной поверхности двойных консолей, стоявших друг против друга в просторном холле.

Над одним из столиков висел портрет Мэриан Кемп, на­писанный маслом. С противоположной стены на нее смо­трела босая девочка лет семи в летнем платьице из легкой белой материи. Художнику удалось изобразить, как со­лнечные лучи пронизывают ее белокурые локоны. Ребенок был похож на ангела в своей беззащитности и невинности.

В боковом кармане завибрировал сотовый телефон. Дин проверил, кто ему звонит, и увидел номер Лизы. Он не от­ветил, сказав самому себе, что момент для этого неподхо­дящий. Она уже дважды звонила, и оба раза ему казалось неловким ответить.

Дин услышал шаги на лестнице, приглушенные толстым ковром. Он поднял голову и увидел спускавшихся Пэрис и Мэриан. Пэрис еле заметно кивнула ему. Подойдя ближе, она передала ему дискету. Дин сунул ее в карман.

– Спасибо, миссис Кемп.

Хотя она и согласилась им помочь, ее отношение к ним, похоже, не изменилось.

– Я провожу вас, – сухо сказала жена судьи. Миссис Кемп распахнула дверь, увидела размалеванную девицу, разговаривавшую с сержантом Кертисом, и не удержалась от восклицания:

– Мелисса? Я думала, ты в Европе.

Услышав свое имя, девушка повернулась к ним. Она была высокой, стройной и скорее всего красивой, если бы не косметика, щедро наложенная на лицо.

– Привет, миссис Кемп. Я только что вернулась.

– Это подруга Джейни? – спросил Дин у Мэриан Кемп.

– Это ее лучшая подруга, Мелисса Хэтчер.

Рядом с машиной Пэрис стояла последняя модель «БМВ» с откидным верхом, но по одежде девушки никто бы не до­гадался, что она из состоятельной семьи. С коротко обре­занных джинсовых шортов был срезан еще и пояс, так что они чудом удерживались на бедрах. Два крошечных сап­фира сверкали в проколотом пупке. Ворот и рукава на фут­болке были вырезаны настолько сильно, что ни для кого не было секретом, что под ней больше ничего не надето.

Полосатые гольфы выглядели не по-летнему плотными, а черные ботинки до щиколотки больше подошли бы серь­езному путешественнику или наемнику, знающему свое дело. Но сумочка, свисавшая с плеча Мелиссы, оказалась от «Гуччи», что совершенно не сочеталось со всем ее ви­дом.

– Ты говорила с Джейни после возвращения? – спро­сила миссис Кемп.

– Нет, – ответила Мелисса. – Этот тип уже задавал мне этот вопрос. Что случилось? – Девушка явно была удивлена.

– Джейни не вернулась домой вчера вечером.

– Ну и что? Она, вероятно, засела у кого-нибудь. Вы же знаете. – Девушка пожала плечами, и футболка съехала с одного из них. Она с вызовом посмотрела на Дина.

– Вы не могли бы назвать нам кого-нибудь из ее друзей? Мелисса повернулась к Кертису, задавшему этот вопрос, и удивленно переспросила:

– Зачем?

– Нам нужны имена тех людей, у которых Джейни мог­ла остаться ночевать.

– Вы сбрендили? – Мелисса покрутила пальцем у виска.

Детектив отвернул полу пиджака и показал свой жетон, прикрепленный к поясу.

– Вот дерьмо! – воскликнула девица. – Что она на­творила?

– Пока ничего, насколько нам известно.

– Джейни может угрожать опасность, Мелисса. – Пэ­рис спустилась по ступенькам и направилась к девушке.

Та с любопытством уставилась на нее:

– Опасность? Какая опасность? Вы тоже коп?

– Нет, я работаю на радиостанции. Меня зовут Пэрис Гибсон.

Мелисса открыла рот от изумления.

– Не гоните! Это типа шутка, да?

– Нет.

– Ничего себе! – Ее радость была, вероятно, самой ис­кренней из всех ее эмоций, которые она продемонстриро­вала за последние несколько месяцев. – Ничего себе, клево! Я слушаю ваше шоу. То есть когда не слушаю диски. Но иногда нет настроения их слушать, ну вы знаете. Так что я включаю вашу программу. Иногда музыка там у вас отстойная, но вы просто классная, супер!

– Спасибо.

– И мне нравятся ваши волосы. Это вы перышки сдела­ли, да?

– Мелисса, ты не знаешь, Джейни не звонила мне на передачу?

– Звонила, точно. Пару раз. Но это с месяц назад. Мы звонили по ее сотовому и говорили с вами, но мы себя не назвали, и вы не пустили нас в эфир. И это было здорово, потому что мы как следует накачались, и вы, наверное, это просекли.

Пэрис улыбнулась девушке:

– Может быть, в следующий раз вам повезет больше.

– А недавно Джейни не звонила Пэрис? – поинтересо­вался Дин. Темные глаза, обведенные черным каранда­шом, уставились на него. Пэрис представила его как док­тора Мэллоя. Он протянул Мелиссе руку.

Его вежливый жест словно поставил ее в затруднитель­ное положение, но она пожала протянутую руку.

– И что вы за доктор?

– Психолог.

– Психолог? Господи, что Джейни сделала? У нее пере-доз или что?

– Мы не знаем. От нее нет известий уже сутки. О ней волнуются родители и мы тоже.

– Вы? И вы тоже коп?

– Да, я работаю в полиции.

– Гм-м.

Мелисса обвела их подозрительным взглядом, и Дин по­чувствовал, как она насторожилась. Она больше не станет с ними разговаривать, Дин в этом не сомневался. Несмот­ря на то что она поклонница Пэрис Гибсон, ее верность на стороне подруги. Мелисса ничего не скажет о Джейни.

– Я вам уже сказала, что я ничего не слышала о Джейни и не знаю, у кого она может быть. Я только что вернулась из Франции. Я не спала уже часов тридцать, поэтому я еду домой, чтобы отоспаться. Когда Джейни появится, скажи­те ей, что я приехала. Ладно, миссис Кемп?

Ее сумочка описала большую дугу, Мелисса развер­нулась и направилась к машине. Она уже собралась от­крыть дверцу, когда вдруг развернулась, хлопнула себя ла­донью по лбу, сверкнув камнями многочисленных колец.

– Черт побери! До меня только что дошло! – Она ткну­ла пальцем в Дина. – Понятно, почему вы такой клевый. Вы же отец Гэвина!