Сломленные - Мартина Коул

— Нам придется пойти в суд, — сухо произнесла Триша. — К концу недели о Мэри будет знать уже весь дом. Таких вещей не скрыть. Люди будут шептаться за нашими спинами — они ничего не скажут нам прямо в лицо, зная тебя и твой характер.

Триша поднялась и в отчаянии воскликнула:

— Как было хорошо, когда ты сидел, Ленни! Тогда дети меня только радовали — наша маленькая мадам слушалась меня, а наш мальчик, твой сын, обо всем мне рассказывал. Но для тебя Ян не существует. В чем дело, Ленни? Он слишком взрослый для тебя? Тогда у меня был хороший муж, хоть и в тюрьме. Ты заваливал меня письмами, я ездила к тебе, мы много разговаривали. Когда ты дома, мы никогда не разговариваем — у тебя постоянно какие-то дела, какие-то встречи, тебе некогда, потому что нужно время на воровство. Ты воришка, Ленни, а не настоящий грабитель. Ты ничто по сравнению с настоящими злодеями. Ты всего лишь мелкая сошка, а пыжишься изо всех сил. И Мэри научилась всему этому у тебя. Посмотри, как мы живем, ты, великий грабитель! Если бы я не работала, мы с трудом смогли бы за квартиру заплатить. Ты рассказывал Мэри о легких деньгах, и она купилась на твой треп. Держу пари, ей платили за фотографии. Когда я думаю о том, как жить дальше, я готова прибить вас обоих. И когда ты доберешься до Кевина, вспомни, что ты сам привел Мэри к нему в кабак. Ты отдал нашу девочку ему и таким, как он, сам того не понимая. Ты сам приучил ее общаться с подонками, Ленни, и это все, чего она сейчас хочет.

Ленни застыл, потрясенный словами жены. Прожив с ней столько лет, он никогда не слышал, чтобы она говорила такие умные вещи. Ленни заплакал, но Триша смотрела на него без сострадания. Все чувства в ней омертвели в ту самую минуту, когда она увидела первую фотографию.

— Будь настоящим мужчиной и убей Кевина, Ленни! Убей его. Чтобы больше ни один ребенок не пострадал от этого ублюдка. Хоть раз в жизни будь мужчиной. Сделай что-то достойное.

Он кивнул, не проронив ни слова. Да и сказать в ответ было нечего.

— Но прежде, чем убьешь его, узнай, кто еще стоит за этим. Мы должны раздавить гидру в зародыше. Мы в ответе за то, что сделала наша маленькая шлюха. Детей использовали, над ними надругались, и кто-то должен за это заплатить.

Триша развернула Ленни к себе и посмотрела прямо в лицо человеку, которого она когда-то любила. Тогда они были совсем молодыми, жизнь казалась сплошным развлечением, а Ленни — отличным парнем. Всю свою замужнюю жизнь Триша только и делала, что хлопотала по хозяйству и ухаживала за детьми, а потом возвращался домой герой Ленни, и она снова уходила в тень.

— Мэри никогда не была ребенком, как видишь, — с горечью произнесла Триша. — Таская ее по кабакам, где собирается все отребье, разве ты ожидал чего-то другого? Она выглядит как настоящая шлюха. Вся намазанная, одевается как взрослая женщина. Если ты этого не понимал, то понимали другие мужчины. И давай посмотрим правде в лицо, Ленни: люди, с которыми ты общаешься, — сплошь подонки. Бабники. Охотники до шлюх. Ты посмотри, какие женщины приходят в кабак. Ты не увидишь там ни одной порядочной, но ты таскал туда Мэри с малолетства. Бог свидетель, я всегда предчувствовала что-то подобное, но Мэри научилась всему уж слишком рано.

Она сделала глоток виски, пытаясь унять боль и возмущение, которые в ней накопились.

— Ни моя мать, ни моя сестра Кэти не захотят появляться с ней на людях и, конечно же, не захотят, чтобы она общалась с их детьми. Никто ничего не говорил нам, зная твой характер. Мэри знала, что твоя репутация защитит ее от расплаты. Она использовала тебя, Ленни. Она очень рано научилась использовать людей, и научилась этому, сидя у тебя на коленях.

— Я не хочу даже видеть ее, — прохрипел Ленни и залпом выпил целый стакан виски.