Человеческое - Артур Ли Аллен

– Добрый день! Мы бы хотели с вами поговорить о боге, – я сказал это как можно более спокойно и по-воздушному легко. Так же как говорят психологи при гипнозе. Женщина закатила глаза и принялась закрывать дверь, что-то бормоча под нос. В последнюю секунду я выхватил из рук Евы буклеты и помаячил перед лицом женщины.

– Нет, спасибо, не надо, – наконец я услышал что-то внятное от неё, прежде чем перед нами захлопнулась дверь. Странно, но, похоже, именно тогда я впервые ощутил, то чувство, когда говорят: «словно насрали в душу». Я взглянул на Еву, она выглядела очень спокойной. Потом, поджав губы, утишающе улыбнулась и произнесла:

– Ну, значит не судьба, пойдем. – «Что? сдалась? Не может быть! Столько энтузиазма и амбиций при подготовке и тут просто сдалась!?» Я еле сдерживался, чтобы не вышибить ногой в дверь. «Нет, мы попадем сегодня в эту квартиру, вот увидишь, Ева!». Я снова ненавязчиво постучался, пытаясь не переусердствовать. В такт моим ударам по подъезду разносился объемный звук, исходящий от полой железной двери. Не успел я опустить руку, как дверь снова приоткрылась, но на этот раз с большей скоростью и агрессией. Следом появилось грозное лицо. Это был муж. Он бросил злобный взгляд на меня, потом на Еву. На Еве он задержался на пол секунды дольше. Я был прав на счет платья. Возможно, за доли секунды он представил, как имеет её в двадцати разных позах, а она, конечно, не сопротивлялась и получала от этого удовольствия. «Ах ты похотливый сукин сын! А ведь у тебя такая красивая жена, чего тебе не хватает?». Потом он снова перевел взгляд на меня, вернув чувство некомфорта.

– Добрый день! Как мы уже сказали той милой женщине, которая возможно является вашей женой. – «Нельзя выдавать себя». – Мы бы хотели поговорить с вами о боге. – Чтобы второй раз подряд не потерпеть фиаско, я сразу же сунул ему под нос брошюры и Библию. Но это видимо его не убедило. Он решительным движением руки раскрыл дверь до предела так, что она с грохотом ударилась о внутреннюю стену. Потом массивной кистью схватил меня за плечо и затянул в прихожую. Следом, достаточно ловко для своих габаритов схватил Еву за тоненькую ручку и так же агрессивно «пригласил» внутрь и захлопнул за нами дверь. Такая реакция на предложение поговорить о боге стала для меня неожиданной. Мы вчетвером стояли в прихожей. Я, стоял в центре, планировал и прикидывал свои дальнейшие возможные действия. Грозный мужик, орал мне что-то на ухо заплевывая лицо. Жена, стояла позади могучей спины мужа и умоляла его остановиться. И Ева… Ева, пыталась объяснить, что все это недоразумение и шутка. «Как же я разочарован… Неужели она и правда думает, что это какая-то игра? Неужели она могла усомниться в моей серьезности?». Не важно. Уже не важно. Кажется я единственный, кто понимал, что на самом деле там происходило. Конечно, у меня и было двоякое чувство, что я проник в чужую квартиру, хоть и с помощью агрессии, но все равно было ощущение, что злодей – не я. Вернувшись из глубин размышлений, я сконцентрировался на словах мужика.

– Вы – долбанные сектанты – хватит шастать по нашему подъезду! Ваши убеждения не имеют ничего общего с религией! Это чистое лжесвидетельство! Посмотрите на себя. Еще дети, а уже с промытыми мозгами. Не дай бог, я увижу вас еще раз, сверну все эти бумажечки в трубочку, – он швырнул мне их в лицо, – и засуну, сам знаешь куда!

– Юра, не надо, прошу! – женщина кричала и истерически била ладошками по могучей спине мужа. Он, кажется, её даже не замечал.

– Послушайте, я вам говорю – это шутка, просто неудачная! Мы здесь не должны находиться. Можно мы просто уйдем!? – Еву, кажется, он тоже не замечал. – Стас, скажи им!

Я молчал и прикидывал всевозможные развития событий. Черт, слишком много людей вокруг, и все практически бесконтрольно что-то кричат. Так. Ева. Жена. Муж. Дети… Где дети?! Из-за криков у меня не было возможности понять дома ли они. Хотя вряд ли они могли в воскресенье днем быть вне дома без родителей. Мужчина с силой схватил меня за плечо так, что я почувствовал резкую боль, и стал меня трясти. Все начало выходить из-под контроля и я понял, что пора действовать. Грубым движением я вырвался из рук наглого «святоши», отошел на несколько шагов назад, упершись спиной в стену, и молниеносным, отточенным до мастерства движением вынул пистолет из сумки и направил на крупное тело мужика. Наконец, у меня появилось время разглядеть его. Только тогда я заметил, что он был одет очень по-домашнему, на нем была лишь майка, из которой небрежно торчали жесткие волосы, растущие на груди, и семейные трусы. В его глазах гуляло непонимание и, конечно, шок. Тут жена выглянула из-за спины мужа, на его фоне она казалась такой миниатюрной, и, увидев чрезмерно продолговатый от глушителя пистолет, выпучила глаза и глубоко вздохнув, схватилась за рот, чтобы не закричать.

– Так, тихо. – Я подхватил её мысли. – Пистолет уже заряжен и снят с предохранителя. Любое ваше неподчинение или лишнее движение и вы получите пулю в лоб. – «Зачем я вообще распинаюсь?». Конечно, мне было проще выпустить несколько пуль, и поскорее закончить с этим. Но только не здесь – я находился в не выгодном положении. Вокруг меня стояли люди. И если бы кто-нибудь решил взбунтоваться я, скорее всего, потерпел бы поражение. Я посмотрел на Еву, она полностью копировала движения жены. Её тонкие ручки были прижаты ко рту, а глаза пристально смотрели на пистолет. Поразительно насколько похожей бывает реакция у женщин в экстремальных ситуациях.

– Теперь медленно пройдите на кухню, – в первую минуту мне было не о чем волноваться, они находились в шоке и их мозг окутывал страх, поэтому они вряд ли обдумывали план как обезоружить меня. – Помните, если мне хоть что-то не понравится, то я вынесу вам мозги. Не заставляйте меня делать это, – я говорил это монотонно и спокойно, чтобы случайно не разбудить в них агрессию.

Муж и жена, повинуясь моим требованиям, прошли в яркую просторную кухню, где шкварчала кипящее масло на сковородке. В воздухе витал запах пряного жареного мяса. Теперь перед нами находилось расстояние примерно четыре метра. Внутри меня прокатилась волна облегчения. Я взглянул на Еву, которая по-прежнему стояла возле меня. Она посмотрела в ответ мокрыми глазами, и, не моргая, опустила руки, вокруг её рта и на щеках остались бледные силуэты от пальцев.

– Ты… ты это серьезно, Стас? – её голос дрожал.

– Конечно серьезно, и я хочу, чтобы ты мне помогла.

Ева медленно повернулась и дрожащими руками попыталась открыть дверь, вероятно, что бы сбежать. Я опустил голову и выдохнул, окончательно разочаровавшись в любимой. Потом взглянул на семейную пару, они молча смотрели на меня исподлобья, надеясь, наверно, что Ева попытается переубедить меня и мы мирно уйдем восвояси. Но такого случиться явно не могло. Я отвел пистолет от мужа с женой и приставил к голове Евы, не сводя глаз с супругов.

– Иди на кухню… – Я заметил, как напряглись тонкие изящные мышцы на её шее, и замерло дыхание.

– Ты не сделаешь этого. Мы же любим друг друга, – она говорила это, обращаясь к железной двери.

– Не сегодня. Иди на кухню! – Я схватил её за тонкую шею – в голове возникли картинки, как я имею её сзади – и втолкнул в кухню так, что она приземлилась на объемное пузо мужика. Теперь они все были у меня на мушке. Отлично.