Жертва разума - Джон Сэндфорд

– Произошло несколько необычных эпизодов. Мы думаем, что у нас есть портрет похитителя, но нам неизвестно его имя.

Лукас показал распечатку Данну, тот ее внимательно изучил и потер лоб.

– Есть один парень, плотник. Проклятье, он похож на этого типа… У него такие же губы.

– Как его зовут? И у него есть какие-то причины?..

– Дик, Дик, Дик… – Данн снова потер лоб. – Сэддл? Сэддл. Дик Сэддл. Он считал, что должен стать прорабом, а когда ему не удалось, обиделся и уволился. Он был в ярости, но это случилось прошлой зимой. Он без конца повторял, что врежет мне, однако дальше слов дело не пошло.

– Вы знаете, как его найти?

– В платежной ведомости есть адрес. Он женат и живет где-то в Южном Сент-Поле. Но я не уверен, что это он. Пожалуй, он старше парня, о котором вы говорите. Думаю, ему лет тридцать или даже сорок.

– А где взять эту платежную ведомость? – спросил Слоун.

– По коридору и налево…

– Я схожу.

Когда Слоун ушел, Данн поднял трубку телефона, нажал кнопку и сказал:

– Сейчас придет полицейский. Дай все, что ему нужно, на Дика Сэддла. Он плотник, до прошлой зимы работал на нашем проекте в Вудбери. Да. Да.

– Мы беседуем со всеми во второй раз, – сказал Лукас, как только Данн повесил трубку. – Мы спрашиваем, кто выиграет от смерти Энди Манетт. Ваше имя возникает постоянно.

– Гнусные болтуны! – прорычал Данн и ударил кулаком по кожаной обложке календаря. – Будь они прокляты!

– Они утверждают, что Энди собиралась подать на развод…

– Чепуха. Мы бы с ней договорились.

– …если бы вы развелись, то потеряли бы половину всего. Говорят, вы основали компанию на ее деньги, и выплатить половину ее стоимости вам было бы затруднительно.

– Да, это так, – кивнул Данн. – Но в компанию не вложено ни цента ее денег. Именно на таких условиях и заключен наш брак: я не имею права на ее состояние. И нужно быть чертовым психом, чтобы предположить, будто я могу причинить вред Энди или детям. Чертовым психом.

– Что ж, значит, вокруг полно психов – все, с кем мы говорили, высказали такое предположение, – заметил Дэвенпорт.

– Ну…

– Да, я знаю, пусть трахнут себя, – сказал Лукас. – Итак: кому еще это выгодно?

– Больше никому.

– Хелен Манетт сказала, что Нэнси Вулф получит процветающий бизнес.

Данн задумался.

– Да, пожалуй, но ее никогда не интересовал бизнес… или деньги. Именно Энди всегда была лидером и бизнес-леди. А Нэнси – интеллектуал. Она публикует статьи и все такое, до сих пор сохранила связи с университетом и является важной персоной в сообществе психиатров. Вот почему из них получились хорошие партнеры – Энди занимается насущными проблемами, а Нэнси обеспечивает высокую репутацию в профессиональной сфере.

– Так вы не думаете, что за похищением может стоять Нэнси?

– Нет, не думаю.

– Насколько мне известно, вы с ней встречались.

– Господи, похоже, они вывалили перед вами все грязное белье, – сказал Данн, и его голос слегка смягчился. – У меня было два свидания с Нэнси. И ни один из нас не захотел третьего. Поэтому, когда мы прощались во время второго и последнего, она сказала: «Я знаю девушку, которая идеально тебе подойдет». И оказалась права. Я познакомился с Энди, и через год мы поженились.

После коротких колебаний Лукас спросил:

– У вашей жены есть какие-нибудь отличительные знаки на теле? Шрамы?

Джордж застыл.

– Вы нашли тело?

– Нет, нет. Но у нас был контакт с человеком, который ее похитил, если он говорит правду…

Данн ему не поверил.

– Что происходит?

– Нам позвонил один тип, – сказал Дэвенпорт.

– И он сказал, что у нее есть шрам?

– Да.

– Какой?

– Он сказал, что шрам похож на ракетоноситель, – ответил Лукас.

– О, нет, – простонал Данн. – О, нет…

Вошел Слоун и посмотрел на двух мужчин, глядящих друг на друга.

– Что случилось?

Лукас обратился к Данну:

– Мы вернемся.

Джордж быстрым движением большой руки смахнул коробку со стола, и кубинские сигары разлетелись по кабинету, точно шрапнель.

– Проклятье, найдите хоть что-нибудь! – закричал он. – Вы же настоящий Шерлок Холмс. Хватит меня преследовать, начинайте работать!

– Что все это значит? – спросил Слоун, когда они вышли из кабинета.

– Я спросил у него про ракетоноситель.

– Понятно.

– Похититель насилует ее, – сказал Лукас.

Пока они стояли и разговаривали на парковке, позвонил Грив из публичной библиотеки Миннеаполиса.

– Это Библия, – сказал он. – Нефинеи упоминаются несколько раз, но особой роли не играют.

– Сделай ксерокс и возвращайся в офис. Я буду через десять минут, – ответил Дэвенпорт, закончил разговор и позвонил в кабинет Энди Манетт. Ему ответил Блэк. – Ты можешь принести самые подозрительные досье в участок?

– Да, уже выхожу. У нас появился еще один проблемный случай. Парень, который участвует в серии видеоигр. Аркады.

– И что будем делать? – спросил Слоун.

– Ты хочешь за это взяться? – спросил Лукас.

Слоун пожал плечами.

– Больше у меня ничего нет. За мною дело с турком, но мы не можем найти человека, который знает язык, поэтому там тупик.

– Ни разу не встречал турка, который не говорит на приличном английском, – заметил Лукас.

– Ну, тогда тебе стоит попробовать взяться за расследование убийства турка, – сказал Слоун. – Они кричат, что «нет говорить по-аглийска», как только я начинаю задавать вопросы. Убитый парень был из Детройта, занимался вымогательством, собрал на улице тридцать тысяч – и никто не жалеет, что ему пришел конец.

– Поговори с Лестером, – предложил Лукас. – Нам нужен человек, который будет копать вокруг Манеттов, Вулф и Данна, а также тех, кому выгодна смерть Энди Манетт… – Он подбросил обручальное кольцо, поймал его и принялся катать между ладонями.

– Ты потеряешь свой чертов камешек, уронишь его, и он укатится в канализацию.

Лукас опустил взгляд и увидел кольцо на ладони. Он подбрасывал его совершенно бессознательно.

– Мне нужно что-то сделать с ним и с Уэзер.

– Тут нет никаких сомнений, – заметил Слоун. – Моя старушка сгорает от нетерпения, хочет знать все подробности. И если я их ей не расскажу, мне конец.