Бугор - Владимир Колычев

– Явление, – кивнул Демьян. – По твою душу… Где Лариса?

– Лариса?.. В машине Лариса… Только она не Лариса… Но если хочет, будет Ларисой. Она всем дает, – пьяно хихикнул Жигуль.

Демьян с презрением смотрел на этого деятеля. Нет за бандитом силы, потому и расклеился он, чушь какую-то понес.

– Я спрашиваю, где моя Лариса?

Демьян схватил авторитета за грудки, сильно тряхнул.

– Какая твоя Лариса?

– Жена моя!

– А я что, с ней спал?

На этот раз Жигуль получил по сопатке. Крепкий у него нос. Сам бандит упал, а кровь не пошла.

– Я спрашиваю, где моя жена?

– Не знаю я, где твоя жена! – с беспомощной ненавистью посмотрел он на Демьяна.

– А кто трактора мои сжег? Тоже не знаешь?

– Знаю, кто их сжег, – злорадно ухмыльнулся бандит. – И кто коровник сжег, тоже знаю. И маслобойню… Я же предупреждал, что с нами лучше не связываться…

– Почему ты не подъехал после пожара? Предъяву ты сделал, значит, и на понятия надо ставить.

– Да дел много было, потому и не подъехал…

– Да нет, ты ждал, когда я сам с повинной головой подъеду. А я не подъехал. Поэтому ты мою жену выкрал.

– Гонишь? Я с бабами не воюю! Понятия у меня, понял!

– Гнилые у тебя понятия! И сам ты гнилой!..

Демьян снова ударил Жигуля и в этот раз вырубил его. Связал ему руки, запихнул в багажник своей машины и вывез из города.

Осень, холодно, но небо чистое, ночное светило большое, яркое, и на реке лунная дорожка. Дуб с кривыми длинными ветвями, человек под ним на шатком ящике стоит, руки за спиной связаны, на шее петля. Жигуль все понимает, поэтому дыхнуть боится. Одно неосторожное движение, и ящик под ним сломается. А еще его можно выбить из-под ног.

– Гена, ты же видишь, я не шучу. Не скажешь, где Лариса, будешь ногами на весу дрыгать. Тебе это надо?

– Я не знаю, где твоя Лариса! – большими от ужаса глазами смотрел на него бандит.

– Ты что, непробиваемый? Я же с тобой не шучу!

Демьян поднял ногу, чтобы ударить по ящику.

– Не надо!

– Где Лариса?

– Не знаю!

– Да? Ну, тогда прощай!

– Не надо! Ну, не надо! – взмолился авторитет. – Я скажу!

– Где она?

– Дома у меня. В подвале. Я покажу…

– А еще кто в доме?

– Никого! Честное слово, никого!

– Ты меня знаешь, я ведь и башку прострелю, если там засада!

Но засады в доме не было. Собака только по двору бегала, но Жигуль ее усмирил. Он мог и команду «фас» дать, но у Демьяна ружье. Жаль, конечно, пса убивать, но это лучше, чем потом прокушенную ногу зашивать.

Пусто в доме. Ни единой живой души. В подвале тоже никого.

– И где Лариса?

– Нет ее здесь. И никогда не было, – буркнул Жигуль.

– А зачем сказал?

– Чтобы с ящика сняли, вот зачем!

– Все равно в ящик сыграешь.

– Да не знаю я, где твоя Лариса! Не трогал я ее! Даже в глаза не видел!

– А кто видел? Кто трогал?

– Без понятия!

– Где у тебя утюг?

– Эй, ты чего? – заколотился бандит.

– А то ты не знаешь, чего?

– Я не знаю, где твоя Лариса!

Утюг Демьян нашел, раскалил его, но жечь им Жигуля не стал. И без этого ему вдруг стало ясно, что к исчезновению Ларисы он отношения не имеет.

Но кто ж ее тогда похитил?

– Ладно, живи. Считай, что мы с тебя за коровник спросили. Животину ты пожег, зверина дикая…

Демьян снова ударил Жигуля и, пока тот приходил в себя, убрался из его дома.

– И что теперь? – спросил Вася, когда они выехали из города.

– Не знаю. Не знаю, где искать Ларису.

– Ларису… Теперь тихую гавань впору искать, этот козел теперь от нас не отстанет. Деревню всю к чертям собачьим спалит! Удавить его надо было.

– Видели нас. Баба в машине была, ларечник на нас пялился…

– Жигуль с нас теперь не слезет.

– Ничего, отобьемся… Или тебе страшно?

– Мне страшно?! Да нет, не страшно. Только кому проблемы нужны?

– Ну да, если моя баба, значит, и проблемы чисто мои должны быть. Ты это хотел сказать?

– Да нет, ты чего? Дёма, ты же меня знаешь! Я за тебя горой!

– Выпить есть?

– Да ты что, я ж не пью!

– Может, Лариса нальет?

А вдруг она уже дома? Вдруг уже ждет мужа? Он, конечно, всыплет ей по первое число, но простит. Даже если она загуляла, простит… А с кем она могла загулять? С Юрой Комаровым? Как спелась с ним тогда у него в гостях, так и отойти от гулянки не может…

Но Ларисы дома не было, и претензии предъявлять некому. Поздно уже очень, утро скоро, но Демьяну на работу совсем не хочется. Он же ради Ларисы вкалывал, как папа Карло, ради нее рисковал, прессуя Жигуля… А бандиты действительно могут дать ответку.

Мама проснулась, Милка годовалая заплакала.

Еще два года назад мама едва ходила, но Демьян возил ее в Москву, там она какое-то время лечилась. Все хорошо было, а как Лариса исчезла, ноги у мамы снова болеть стали. Переживает она очень. Так привязалась к своей невестке, что сохнуть начинает. Да еще и камень на душе от того, что Демьян мается, места себе не находит. А он точно не в себе, потому и тянется рука к бутылке.

– Ох, беда в дом пришла. Ох, беда! – запричитала мама, глядя, как он разливает водку по стаканам. – Все-таки сбежала от нас Лариса!

– От кого сбежала? От меня, от детей? От тебя? Зачем? Мы ее любили. Ты ее любила…

– Как дочь любила. Боялась, что сбежит, поэтому привечала. И не обижала никогда…

– Ну, и зачем ей тогда сбегать?

– Сон у меня был! В ту ночь был, после которой ты с Ларисой к нам приехал. Счастье в дом пришло, ты вернулся, жену привел. Только закончилось это счастье. Сбежала Лариса… Я ее во сне видела, она это была. И сбежала она во сне. А теперь вот и наяву. От тебя сбежала. От детей. От нас…

– Не могла она сбежать. Похитили ее, – упрямо мотнул головой Демьян.

Не знал он, что делать, как найти Ларису. Может, в лес она ушла да заблудилась? Может, людей поднять на ее розыск, округу всю прочесать?.. Но какого черта она бы в лес поперлась?.. Может, правда сбежать захотела?

Чего уж греха таить, нелегко давалась ей сельская жизнь, но ничего, привыкла она, хотя, может, и не совсем смирилась. Лариса и дальше бы все терпела, если бы не он со своими упреками. Наскочил на нее, как тот петух, в смертных грехах обвинил, обидел фактически ни за что. Вдруг ей жить расхотелось? Не с ним жить, а вообще…